Вам у стоял в тени лестницы и смотрел, как Сантана утешает Цезаря, а затем зовёт прибывших немецких солдат, чтобы те погрузили Цезаря на носилки.
Немецкие солдаты испуганно покосились на Сантану, стоявшего на солнце, и стали похожи на муравьёв.
Сантана махнул рукой, показывая солдатам, чтобы они уходили.
При сражении сильных слабые только мешают.
Среди завалов щебня и обломков стен Сантана огляделся и наконец увидел большой каменный блок, похожий на крест.
Сантана удовлетворённо кивнул.
Ощущение, что сюжет меняется в его руках, было похоже на то, как в летний день откручиваешь шипящую прохладную газировку и залпом выпиваешь её до дна, наслаждаясь свежестью.
Сантана сказал Ваму, стоявшему в тени:
— Ваму, я ценю тебя, поэтому решил дать тебе шанс.
Шанс подчиниться мне.
Возможно, ты не знаешь, но Карз истребил почти весь клан Людей из колонн, и мы с тобой — всего лишь двое последних выживших младенцев из нашего рода.
Тебе незачем умирать за Карза.
Ты ведь говорил, что право сильного есть истина, и только победитель олицетворяет справедливость и дружбу. Теперь я — единственное в мире совершенное существо.
Ты должен следовать своим правилам и предложить мне свою верность. Конечно, если ты не согласен, мы можем посоревноваться, а ты можешь заодно прихватить с собой тех вампирских закусок, что прячутся по всей гостинице.
Ваму молчал, лишь изучающе смотрел на этого совершенно незнакомого «Сантану».
— Господин Карз говорил мне, что Сантана изменил внешность, получил Красный камень Эйша и стал совершенным существом, — неторопливо произнёс Ваму своим грубым голосом. — Я всегда верил, что внешность человека может измениться, тело может измениться, воля может измениться, характер может измениться.
Но сущность остаётся неизменной, душу не переделать.
— Душу? — С сомнением в голосе спросил Сантана. — Во времена Джозефа Джостара не должно быть никакой души.
Сантана уже всё обдумал: если судьба сыграет не по правилам и Ваму вдруг достанет стенд,
Сантана тут же сбежит, организует покушения на политических лидеров разных стран и устроит в мире хаос.
Конечно, это не значит, что Сантана струсил; Сантана будет разными способами выведывать способности стенда противника.
В конце концов, в битвах стендов главное — это информация, победить можно только неожиданностью.
Иначе даже самый сильный может споткнуться и упасть в канаву.
— Да, душу, — серьёзно ответил Ваму. — Каждый враг, с которым я сражался, каждое столкновение, каждый удар — это не только физическая битва, но и игра душ.
Ты даёшь мне совсем другие ощущения, не такие, как Сантана. Я действительно не понимаю, почему все считают тебя Сантаной.
Ты… ты действительно Сантана?
— Угадай, — весело улыбнулся Сантана. Его совсем не заботило, что другие сомневаются в его личности.
Неизвестно ещё, у кого лучше репутация — у путешественника во времени или у Человека из колонны.
Кроме того, даже если ты и угадаешь, что с того?
Я стою здесь, я — совершенное существо, превзошедшее предел жизни. Кто сможет причинить мне вред? Кто посмеет причинить мне вред?
— Неважно, ты это или нет, достаточно того, что ты — совершенное существо, — подытожил Ваму состояние Сантаны.
— Итак, ты решил? — Сантана снова стал серьёзным. — Подчинишься или погреешься на солнышке?
— Я буду соблюдать свои правила, но… — Ваму стиснул зубы и опустил голову. — Прошу вас, господин, уничтожьте вампиров, обосновавшихся в замке. Думаю, вам не нужны эти невежливые подчиненные.
Теперь пришла очередь Сантаны удивляться.
Но Сантана почесал подбородок и быстро всё понял, и его взгляд на Ваму стал ещё приятнее.
Почему Цао Цао любил Гуань Юя?
Потому что он был верен.
Если бы Цао Цао ценил только тех, у кого высокие боевые навыки, разве не был бы Люй Бу лучше?
Люй Бу мог сразиться с тремя братьями Лю Бэем, Гуань Юем и Чжан Фэем в одиночку.
Так что, недоступное всегда манит, а избалованные ведут себя нагло.
Чем больше Гуань Юй демонстрировал верность своему старому брату, тем больше Цао Цао его ценил.
Если бы Гуань Юй действительно сдался,
Со временем киноварная родинка и белая луна превратились бы в комариный укус и стенную замазку.
Это как с чужой женой.
Жена не так хороша, как наложница, наложница не так хороша, как украденная, а украденная не так хороша, как недоступная.
Ваму — тоже такой человек, вечно говорящий одно, а думающий другое, обладающий даже более благородной воинской волей, чем у людей, или, скорее, рыцарской волей?
(Рыцарская воля — это чушь. Рыцари, как военный класс, зависящий от феодалов и знати, уважали женщин, были честны и прямолинейны и т. д. — всё это относилось к дворянам и их семьям.
Подхалимство начальству и его семье — это нормально.
Если бы маленькие простолюдины осмелились не платить налоги или бунтовать, они бы захотели проверить, достаточно ли остр меч рыцаря?)
Ваму — не человек, но обладает человечностью.
Он говорил, что презирает тех, кто слабее его, но отпустил пузыри хамона, созданные Цезарем ценой своей жизни.
Он говорил, что это вовсе не из-за того, что он стал сентиментальным, но запомнил всё о Цезаре.
Так и сейчас: Ваму говорит, что только сильный олицетворяет истину, но не хочет предавать Карза, пытаясь отсрочить продвижение Сантаны второстепенными делами.
Чтобы Карз смог сбежать.
Хотя Сантане не присущи достоинства Цао Цао, любящего чужих жён, но он ценит именно эту волю Ваму.
Ваму будет крутым, решил Сантана, и судьба ему не помешает.
Под предводительством Ваму Сантана направился в гостиницу.
Лиза Лиза была убита горем из-за ран Цезаря и с тревогой ухаживала за ним у гостиницы.
За последние четыре года Лиза Лиза относилась к Цезарю почти как ко второму сыну.
Что касается первого сына… Джозеф использовал камеру, чтобы сфотографировать спящего Цезаря, чтобы потом использовать эти снимки для поддразнивания Цезаря.
План гостиницы выглядел очень старым, а по тёмным коридорам тянулись жуткие паутины.
Они тянулись всё дальше вглубь, и в конце пути была чёрная дверь, на которой была вырезана целая фигура вампира.
Сантана даже не взглянул и мгновенно уничтожил дверь вместе с вампиром с помощью хамона.
Теперь, когда условия улучшились, у Сантаны пропал интерес даже к поеданию вампиров.
Если использовать человеческий вкус и искусно приготовить еду, то вкус окажется намного лучше, чем у этих серийных вампиров, похожих на булочки.
Дойдя до конца пути, Ваму почти полностью исцелил свои раны.
Переступив через разрушенную дверную раму, они оказались в тихом зале.
Но сверху скрывалось около сотни слабых дыханий.
Сантана провёл пальцами, создавая электрическую дугу, и высоким напряжением ударил по сухим дровам в камине. Оранжевый огонь с треском осветил комнату.
Наверху, сотни жутких взглядов разом уставились на Сантану.
— Мы — избранные, которым господин Карс даровал вечную жизнь, — произнёс предводитель вампиров, обнажив клыки. — И по его приказу мы разорвём тебя на куски!
Остальные вампиры взревели, подбадривая сами себя.
«Ну прямо как бабушка в одеяле — у деда встал», — Сантана от души расхохотался.
— Да вы просто булки какие-то. Карс и то не смел так со мной разговаривать. Вы что, круче Карса? Карс вообще в курсе, какие вы тут отморозки?
http://tl.rulate.ru/book/151468/9007708
Готово:
