Су Чанжун больше ничего не сказал. Сунь Цюфан хотела снова возразить, но он остановил её. В конце концов, наступал Новый год — они не хотели давать денег в долг, но и не хотели, чтобы дом наполнился криками и плачем, давая другим повод для сплетен. Сунь Цюфан могла лишь надуться и молча ковыряться в еде.
Поскольку оба брата твёрдо утверждали, что у них нет денег, у бабушки Су и дедушки Су не было выбора.
Они не могли обидеть третью семью, и старшая решительно отказалась. Как бы они ни настаивали, им не дадут ни копейки.
Остальная часть новогоднего ужина прошла в неловком молчании. Особенно Ли Юйлань и Су Чанфу – оба выглядели крайне недовольными.
После ужина Су Чанжун отвёл жену и дочь в их комнату и остался там. Они больше не хотели общаться с другими.
В предыдущие годы обстановка не была такой напряжённой, но после серьёзной ссоры каждая встреча казалась полем битвы – изматывающей морально.
В первый день Нового года, который должен был стать оживлённым днём визитов родственников, Су Чангуй после завтрака сказал, что они с Гао Хун возвращаются в город навестить её родителей.
Это было обычным делом каждый год, поэтому дедушка Су и бабушка Су не стали их останавливать.
Увидев, что они уходят, Ли Юйлань подошла с рисовыми лепешками собственного приготовления. Гао Хун не взяла их, её лицо было ледяным. Только Су Чангуй неловко принял их, не сказав ни слова, и они ушли.
«Фу! Что в них такого особенного? У них просто водятся деньги и что?» — сердито пробормотала Ли Юйлань, когда они отошли на безопасное расстояние. Старейшины Су промолчали. Даже им пришлось признать, что характер третьей невестки был поистине невыносимым.
Су Чанжун и Сунь Цюфан недолго пробыли дома. Позавтракав и повидавшись с несколькими знакомыми семьями в деревне, чтобы обменяться новогодними поздравлениями, они собрали вещи и приготовились к возвращению в город.
Когда старейшины семьи Су увидели пару, выходящую с багажом, лица обоих потемнели. Семья третьего сына только что уехала, а теперь и старший торопился. Неужели кто-то из них ещё считает это место своим домом? Один за другим они становились такими непочтительными.
Ли Юйлань кисло сказала: «Хорошо, что мама и папа вырастили нашего Чанфу. Мы же не можем рассчитывать на других. Каждый думает только о своей маленькой семье, совершенно не заботясь о старших».
Она взглянула на вещи в руках Сунь Цюфан – клейкие рисовые лепёшки, немного муки и лапши – и тут же резко спросила: «Зачем ты берёшь столько вещей?»
Услышав её крик, бабушка Су тоже оглянулась и увидела, что каждый член семьи старшего сына несёт сумку из змеиной кожи, явно набитую вещами. «Зачем вы так много берёте?»
Услышав эти слова, Сунь Цюфан холодно рассмеялась. Когда семья третьего сына уходила, они даже подарили им рисовые лепёшки. Но когда её собственная семья взяла несколько вещей, какой была их реакция?
Су Чанжун тоже почувствовал себя неловко и ответил с натянутым лицом: «Это не от этой семьи. Это от семьи третьей тёти. Раз они обрабатывали нашу землю, то дали нам немного зерна взамен».
Услышав эти слова, бабушка Су и Ли Юйлань тут же покраснели от смущения. Бабушка Су напряглась и резко бросила: «Если собираетесь уходить, то уходи. Никто тебя не остановит. Бессердечные люди. Мы вырастили стаю неблагодарных волков. Не только не помогаете семье, но и уезжаете ещё до Нового года».
Су Чанжун почувствовал укол вины. Если слухи распространятся, ситуация будет выглядеть совсем нехорошо. Что бы ни сделали старейшины, они всё равно были его родителями. Уйти из дома в первый день Нового года вместе с семьёй… люди будут сплетничать.
Но ему было всё равно.
Если они останутся, кто знает, не вспыхнет ли драка прямо во время праздника?
«Папа, мама, я заеду в город повидаться с Ланьцзы, а потом вернусь в город».
«Если уходишь, то уходи. Не разговаривай со мной». Старушка махнула рукой, даже не взглянув на него.
Су Чанжун вздохнул, молча посмотрел на семью и повёл жену и дочь по дороге к городу.
Всю дорогу Су Чанжун и Сунь Цюфан почти не разговаривали. Раньше они всё ещё ворчали о несправедливости семьи. Но теперь они ясно увидели ситуацию и даже не хотели об этом говорить. Всё, чего они хотели, – это жить своей жизнью. Если им больше ни на кого не полагаться, им больше не придётся терпеть эти обиды.
Сунь Цюфан вдруг вспомнила, как Гао Хун рассказывала о том, сколько денег они тратят на воспитание дочери – покупают новую одежду, нанимают репетиторов – и невольно почувствовала искушение. Несмотря на бедность, у неё была только эта драгоценная дочь. По мере своих возможностей она хотела дать ей лучшую жизнь.
Раньше она не представляла, что дочь можно воспитывать так бережно. Но теперь поняла. Раз они жили в городе, их дочь должна была вырасти настоящей городской девушкой. Она нежно погладила Су Минь по голове и тихо вздохнула.
Су Минь, однако, думала о другом. Поначалу она была не против вернуться в город, но как только услышала, что отец упомянул о визите к тёте, ей стало не по себе.
По правде говоря, она нечасто общалась с Су Лань, но те редкие встречи оставили неприятное впечатление.
Девушки из деревни редко выходили замуж в городские семьи, особенно девушки из отдалённых мест, таких как деревня Суцзя за горами. Но поскольку её тётя Су Лань часто ездила в город из-за работы отца и благодаря своей привлекательной внешности, она в итоге вышла замуж за горожанина. Но с тех пор, как вышла замуж, она полностью отдалилась от семьи. В праздники она просто быстро съедала что-нибудь и уезжала. В обычные дни она никогда не навещала её. Даже когда бабушка Су приходила просить о помощи, та возвращалась ни с чем.
Когда её отец заболел, и они отчаянно пытались собрать денег, они просили всех, даже её тётю Су Лань. Но когда Су Лань узнала, она холодно выгнала её. С ледяным выражением лица она сказала: «Я никому ничего не должна в этой жизни. Не думаю, что семья Су сможет выжать из меня хоть копейку». И захлопнула дверь перед её носом.
С того момента Су Минь перестала считать её родственницей. Хотя ничего ещё не произошло, вернувшись в эту временную линию, она всё ещё не хотела сближаться с этой тётей. Но её чувства не определяли желания родителей.
Су Чанжун, напротив, очень ценил свою сестру. У трёх братьев в семье была только одна сестра, и, естественно, её очень любили.
«Она нас даже не любит. Зачем нам ходить к ней в гости?» — не удержалась Су Минь.
Су Чанжун взял её за руку и с досадой ответил: «Не говори глупостей. Как твоя тётя может тебя не любить?»
«Она всегда убегает, когда приходит в гости, даже не разговаривает с нами. Разве это не неприязнь?»
«Послушай, у твоей тёти было тяжёлое детство. Понятно, если у неё есть обиды». Су Чанжун почувствовал укол грусти, вспомнив прошлое. Его бабушка никогда не любила девочек, поэтому у Ланьцзы было тяжёлое детство. Она даже не ходила в школу, а только сидела дома, занимаясь домашними делами. После смерти бабушки мать вернулась к старым привычкам, постоянно ворча, что дочери никчёмны. Если бы не всё это, возможно, Ланьцзы не порвала бы с ней, выйдя замуж.
Семья мужа Су Лань жила на самой дальней улице города. Это был тихий район, всего с несколькими домами, не такой оживлённый, как центральные улицы. Но по сравнению с отдалённой деревней Суцзя, обстановка здесь была гораздо лучше.
Мужа Су Лань звали Ли Хуа. Он работал в правительственной строительной бригаде, разъезжая по разным строительным площадкам и выполняя тяжёлую работу. Это считалось надёжной работой, подобной «железной чаше риса». Благодаря этому семья Ли также построила дом – целый одноэтажный дом из красного кирпича с черепичной крышей.
http://tl.rulate.ru/book/138745/7389638
Готово:
