– Вот же задала ты мне задачку, Нахида! – Лин Фэн смотрел на девочку перед собой.
Её лицо ещё не было таким взрослым, как у Великого Древа Мудрости в игре, но в нём уже проглядывали нежные черты, совсем не детские. Только теперь Лин Фэн понял, почему Нахида опозорилась и куда делась его сила, что должна была сорвать печать. Оказывается, её утащил этот проказник.
– Ну как? Доволен моим новым видом? – игривый голос Нахиды звучал у него в голове.
Лин Фэн почувствовал в этой нежности еле уловимую насмешку. Видимо, подросла немного и зазналась, да? В следующий раз отберу у неё все вкусняшки.
– Доволен, конечно, очень доволен. Только ведь это ты ненадолго мою силу заняла, не продлится долго, верно?
– Ну, это ты хорошо сказал, – ответила Нахида. Не то чтобы она специально вредила.
Лин Фэн искренне восхищался ею. Но чужая сила внутри Нахиды была для него так же заметна, как яркий свет в ночи. Он понимал, что маленькому травяному богу потребуется немало времени, чтобы по-настоящему обрести такой облик.
– У рода Великого Древа Мудрости есть много чего интересного, чего нет у других богов. Самое заметное – это то, как сила влияет на внешний вид.
Когда она на пике, то выглядит как молодая, красивая женщина. Именно так Великое Древо Мудрости представало в роликах игры. Когда чуть слабее, то как девочка, какой сейчас выглядит Нахида. И только когда сила на исходе, или сразу после рождения, пока не выросла, она предстает в образе малышки, которая так знакома игрокам.
Для божества такое состояние, когда оно ещё не набрало сил, на самом деле очень опасно. Даже Великий Сострадательный Древесный Царь, после победы над тёмной напастью, лишь ненадолго становился похожим на "недокормленного", и то это было временное отступление.
Насида же изначально была могущественным существом. С самого появления на свет она находилась в изоляции, и её силы мало росли. Только благодаря тому, что она — новая ветвь Мирового Древа, ей удавалось хоть как-то поддерживать свои основные возможности.
Но даже такой старт уже даёт высокий уровень. Ведь Боги и Демоны отличаются друг от друга. И хоть сила Насиды была немного слабее, она всё равно имела право называться Божеством. Редко кто понимал, что она ещё находится в "детском" состоянии.
Поэтому, поглотив божественную силу, которую юноша использовал для снятия печати, она ненадолго вернулась в облик девушки. И силы, которые она показала, впечатлили Линь Фэна.
– Признаю, твой обманчивый вид повлиял на моё отношение к тебе. – Линь Фэн заметил обиду и вызов в первых словах Насиды, – Но разве нужно было так выражать своё несогласие? Ты довольна?
Он не ожидал, что Насиду так сильно заботит его мнение.
– Я стала такой не только для того, чтобы выразить несогласие. – Проекция сознания Насиды покачала головой и с беспокойством добавила: – Я просто немного волнуюсь, смогут ли люди принять Божество, которое выглядит как ребёнок. В конце концов, разница между этим обликом и тем, что они себе представляют, слишком велика.
Но затем, глядя в сторону Линь Фэна, она неохотно произнесла:
– Хотя я и чувствую, что разница между мной и обычными детьми должна быть столь же очевидной, как разница между душистым цветком и мятой.
– Между прочим, зачем тратить время на такую ерунду? Образ бога не так важен, как тебе кажется.
– Да и после битвы все может измениться. Не станешь же ты перестраиваться снова и снова, – Линь Фэн покачал головой, понимая переживания Насиды. Это сродни первому интервью для студента – хочется выглядеть идеально. – Представляешь, есть страна, где их бог притворяется бедным нищим, поет каждый день на площади, чтобы заработать на стаканчик?
– Правда? Ты не шутишь? – удивилась Насида.
– Ладно, потом еще поговорим. Кстати, что собираешься делать с этим Колоссом Руин?
Они общались мысленно, поэтому в реальности время почти не двигалось. Увидев, как сильно выросла сила Насиды, Линь Фэн предложил ей пересмотреть изначальный план.
– Раньше у меня было маловато сил, чтобы полностью спрятать колосса под ожившими растениями, – объяснила Насида. – Чтобы никто не узнал, что им управляют они, мы должны были его уничтожить, хоть жалко было.
Линь Фэн кивнул, соглашаясь с ее прежним решением.
– А сейчас? – спросил он, уловив скрытый смысл в словах богини.
– Теперь, когда я стала сильнее, могу прорасти своими растениями внутрь Колосса.
– Через них можно попробовать управлять этой древней штукой из Каэнри’ах, как ты делаешь.
– В таком случае, ломать Колосса, которого ты так старательно изменил, будет просто преступление.
– Я думаю запечатать его на краю города. Он будет служить украшением, и одновременно восполнит недостаток военной силы, возникший из-за политики Совета.
"Превратить врага в друга?" – Линь Фэн задумался. Кроме разрушенных домов, гигантский механизм не нанес особого ущерба. Такой подход казался вполне разумным. Увидев, как Богиня Трав легко подчинила себе бывшего врага, люди, несомненно, еще сильнее проникнутся уважением к силе Нахиды.
– Тогда так и поступим.
– Приготовься, я готовлюсь к ответу.
Коротко предупредив Нахиду, Линь Фэн разорвал связь и переключился на управление Колоссом.
Вернемся к настоящему моменту.
Гигантский механизм, опутанный бесчисленными лозами-прутьями, словно готовясь к последнему рывку, высвободил все свое оружие. Грохот вращающихся колес был подобен грому, и даже земля дрожала. В этой чистой земле, созданной богами, неуклюжее металлическое чудовище, заточенное в клетке, безжалостно выпускало всю мощь, дремавшую в нем пять сотен лет – будь то его железное тело или орудия на нем.
Ужасающая разрушительная сила, которую увидели все, кто был свидетелем этой картины, поразила их до глубины души. Они не могли даже представить, какая участь постигла бы весь Сумеру, если бы божества не вмешались.
Но все усилия Колосса были напрасными. Девушка, парящая в воздухе, лишь слегка опустила свои белые руки. Бесчисленные, похожие на змей лозы, словно живые, проникли в полое тело гиганта через суставы. Как паук, впрыскивающий яд в пойманную муху, они замедляли и ослабляли движения Колосса.
С ревом, похожим на заглохший двигатель, оранжево-желтые глаза гиганта, некогда вселявшие бесконечный страх во весь Сумеру, наконец полностью потускли.
Механические творения и увитые цветами лианы – две вещи, казалось бы несовместимые, – под божественной силой неожиданно слились в первобытную, но удивительно гармоничную картину.
http://tl.rulate.ru/book/134821/6314943
Готово:
