Воздух казалось замер, как будто что-то священное ждало в конце коридора. Пауза в хаосе.
— Не волнуйся, — прошептала Трейси, как раз перед тем, как они повернули за угол. — Он в порядке.
Дафна остановилась и посмотрела на подругу пристальным взглядом.
— Да ладно тебе, — прошептала Трейси, — я тебя знаю, это не очевидно, но для меня ясно, что между вами есть что-то большее, чем просто партнерство по учебе.
— К тому же мы знаем, что у тебя сейчас не тот период, в этот период ты гораздо более раздражительна, — добавила Блейз.
— Это...
— Твой секрет в безопасности с нами, Дафна, — успокоила ее Трейси с улыбкой.
— Действительно, мы обещаем.
Ей хотелось поспорить, но в тот момент она думала только об одном, поэтому не ответила, а просто кивнула в знак молчаливой благодарности.
Потому что тогда она все-таки увидела.
Прямо перед ней, за дверью класса, стояла знакомая фигура. Гарри, в профиль. С сумкой через плечо, с волосами, более растрёпанными, чем когда-либо. Он слегка прислонился к каменной арке, с палочкой в руке, листая пачку заметок. Гермиона стояла рядом с ним, не закончив фразу, но он слушал ее только вполуха.
И тогда — он поднял глаза.
Их взгляды встретились во второй раз за это утро.
На мгновение шум вокруг нее — шаркающие ногами ученики, скрипящие петли двери класса, тихое бормотание портрета — исчез.
Его глаза слегка расширились. И та жесткая, нечитаемая маска, которую он носил, треснула.
На его лице появилась мягкость. Облегчение. Настоящее, видимое облегчение, как будто она была единственной личностью, которую он ожидал увидеть.
Дафна снова почувствовала, как замерло дыхание.
Она хотела перебежать через коридор и поцеловать его, к черту последствия.
Вместо этого она просто замедлила шаги, приближаясь к очереди в класс. Ее пальцы коснулись ремня сумки, губы дрогнули в улыбке, которую она не позволила себе показать.
Когда она остановилась рядом с ним — достаточно близко, чтобы почувствовать тепло, исходящее от его руки, — ей потребовалось все свое самообладание, чтобы не наклониться к нему.
Он взглянул на нее и тихо сказал:
— Утречко.
Только это. Одно слово.
Но в нем было все.
Я в порядке. Я скучал по тебе. Я тоже хотел тебя увидеть.
Она сдержала прилив эмоций в груди и ответила так же тихо:
— Привет.
Они стояли так в течение мгновения. Двое студентов, ожидающих в очереди. Как будто ничего не произошло. Как будто они только что не танцевали на грани буйства и страха.
Но под кожей ее сердце колотилось.
Он был здесь. И он был ее.
И занятия еще даже не начались.
В классе было тепло от волшебного света, и он гудел от сосредоточенной энергии. Профессор Бабблинг оставила высокие окна приоткрытыми, и свежий весенний ветерок шелестел по гобеленам, висящим на стенах. Он колыхал пергамент и развевал пряди волос, пока студенты, сгорбившись над длинными верстаками, с палочками в руках и закатанными рукавами, занимались своим делом.
Дафна и Гарри сидели на своих обычных местах в задней части комнаты. Их часть стола была завалена образцами ткани, нарисованными графитом символами и слабыми остатками неудачных заклинаний. Между ними лежал бледно-голубой плащ, наполовину защищенный и измазанный рунной краской.
— Пока что, — пробормотала Дафна, наклонившись ближе, чтобы осмотреть их последнюю связку, — у нас есть отражающая защита от мелких проклятий и отталкивающий заклинание, рассчитанный на чары средней силы. Неплохо.
Гарри взглянул на руны, которые они нанесли на внутреннюю подкладку — плотные, перекрывающиеся петли скандинавских рун и модифицированный греческий символ, обеспечивающий магическую эластичность.
— Все еще слишком слабо против сильных проклятий. Хочешь попробовать снова наложить второе кольцо?
Она кивнула.
— Более плотная петля. Мы расположили связывающую руну слишком далеко от якоря.
Их локти коснулись друг друга, когда они наклонились. Никто из них не отстранился.
Они тихо работали несколько минут, сосредоточенно, погрузившись в привычный ритм общего молчания и тихих расчетов. Это было нелегко — пока еще — но уже близко к цели. На этот раз руна отреагировала лучше, вспыхнув золотом под палочкой Гарри и закрепившись на ткани аккуратным блеском.
— Хорошо, — тихо сказал он. — Это было чисто.
Она улыбнулась, неосознанно гордясь собой.
Бабблинг прошла мимо них, остановившись на мгновение, чтобы осмотреть их защитный плащ с приподнятой бровью и довольным бормотанием.
— Сильная связь. Проверьте ее на чем-нибудь более агрессивном, — сказала она и ушла, не дав им возможности спросить, что именно она имела в виду.
Гарри посмотрел на Дафну.
— Хочешь наложить на меня заклятие?
— Осторожно, ты предлагаешь мне приятное времяпрепровождение.
Он моргнул, а затем рассмеялся, удивленный и задыхающийся.
— Я здесь, чтобы доставить удовольствие.
Она протянула ему плащ с дразнящим взглядом.
— Давай. Я попробую что-нибудь легкое, но резкое.
Он кивнул и надел плащ поверх своей формы. Дафна подняла палочку и быстро произнесла заклинание слежения, чтобы контролировать поглощение магии. Затем, без предупреждения, она взмахнула палочкой и послала ему в плечо жгучее заклинание — заклинание туманного искажения, предназначенное для дезориентации и отвлечения внимания.
Гарри вздрогнул, когда оно ударилось о защитное заклинание и разлетелось на безвредный свет.
— Вау.
— Это… ново, — медленно произнесла Дафна, проверяя показания заклинания. — Оно просто отклонило проклятие. Защита не просто поглотила его — она перенаправила.
Гарри ошеломленно посмотрел на плащ.
— Мы даже не создавали его для этого. Соединение — оно отклонилось от линий крепления?
— Возможно, — пробормотала она. — Эта петля была более плотной. Возможно, она создала перекрытие с рунами по краям.
Они посмотрели друг на друга — с широко открытыми глазами, взволнованные.
— Мы сделали прорыв, — сказал Гарри, улыбаясь. — Настоящий.
Дафна почувствовала, как жар поднимается в ее груди. Они действительно сделали прорыв. Все эти часы — долгие сессии бок о бок, испытания, настройки, неудачи — они работали. Как партнеры.
Ее внезапно осенило, как сильно она скучала по нему с тех пор, как узнала о нападении. Не только по его голосу или присутствию — но и по этому. По тому, как они вписывались в ритм друг друга, по тому, как он слушал, действительно слушал, как будто ее ум был так же важен, как и ее магия, черт возьми, она боялась, что становится одержимой.
Она не могла сдержать улыбку, которая расцвела на ее лице.
— Мы становимся в этом хороши.
— Ты имеешь в виду работу с рунами или то, что мы несокрушимая пара? — поддразнил он.
Гарри снова рассмеялся, но его смех немного померк, когда она не отвернулась. Ее взгляд завис, задумчивый. Он наклонил голову.
— Что?
Дафна колебалась. Затем тихо наложила заклинание уединения на их рабочий стол. Мир успокоился — как будто они погрузились в пузырь тишины.
Он слегка выпрямился.
— Всё в порядке?
— Да, — ответила она, и в ее голосе слышалась легкость, но под ней проскальзывала нервозность. — Просто... Я хотела поговорить об одном деле.
Он поднял брови.
Дафна скрестила руки на верстаке, полусидя боком к нему.
— Ты знаешь, что мы проводим... много времени вместе.
— Да, я вполне осознаю это, — осторожно сказал он с улыбкой, слегка прищурив глаза от любопытства.
— И мне это очень нравится. Ты мне очень нравишься.
Гарри моргнул, заметно успокоившись.
— Ты мне тоже нравишься. Очень. Надеюсь, я дал это понять.
Она ухмыльнулась.
— Да, дал, и это хорошо, потому что... Потому что я начинаю замечать некоторые... побочные эффекты.
Он нахмурился.
— Побочные эффекты?
Она неопределенно указала на себя.
— Ну, с тех пор как проклятие исчезло, я стала чувствовать к тебе более сильные чувства и... э-э... ну... Гормоны, видимо, набирают силу.
Она позволила паузе затянуться, наблюдая, как он нервно теребит край пергамента.
— Ты вел себя очень корректно, — мягко добавила она. — С тех пор, как мы начали… целоваться.
— Я… ну… я не хотел торопить тебя. К тому же проклятие и все такое…
Она протянула руку и положила свои пальцы на его, убедившись, что никто не смотрит.
— Я знаю. Это и делает тебя таким замечательным.
Он посмотрел на ее руку на своей, затем снова поднял глаза — смущенный, но улыбающийся.
— Я хочу сказать... — Ее голос стал немного тише, интимнее. — Если ты когда-нибудь захочешь быть немного менее корректным — может, трогать больше — я не буду против.
Гарри сглотнул. Сильно. Его уши покраснели.
— Ладно.
— И под «не против» я имею в виду, что мне бы это понравилось, если бы ты хотел, я имею в виду.
Он кивнул, глядя широко и искренне.
— Хорошо, э-э, под «больше трогать» ты имеешь в виду насколько?
Теперь она покраснела, понимая, насколько это было неопределенно, и, несмотря на свои очень непристойные мысли о душе и шкафчиках, она не была готова к такого рода прикосновениям, по крайней мере, пока не в реальности.
— Через одежду, я имею в виду, — пролепетала она.
— Ну, я буду иметь это в виду в следующий раз.
Дафна усмехнулась, довольная и немного покрасневшая сама.
— Ты милый, когда нервничаешь.
— А ты ужасающая, когда смелая, — произнес он тихо, но его улыбка была очевидна.
Затем чары уединения исчезли, как раз в тот момент, когда Бабблинг объявила об окончании урока.
Они медленно собирались, «случайно» касаясь друг друга руками.
И когда они вышли в коридор бок о бок, между ними возникло новое напряжение — милое, волнующее и принадлежащее только им.
http://tl.rulate.ru/book/133109/6679110
Готово:
