===В Конохе===
Сарутоби Хирузен находился в своём кабинете, бесконечно проверяя кипу отчётов о миссиях, как и все каге до него. Сегодняшний день для «профессора» оказался обычным: он собрал все отчёты о миссиях ранга D и низкого ранга C и многократно скрепил их своей подписью, даже не удосужившись их прочитать. Эти виды миссий не требовали его внимания, за исключением тех, которые ответственные чуунины откладывали в отдельную стопку. Такой подход избавлял Сарутоби от необходимости проверять каждый чертов отчёт, прежде чем поставить свою подпись.
После того как секретарь забрала все бумаги, она оставила перед престарелым Хокаге чашку тёплого чая, что он оценил и попрощался с милой женщиной на сегодня. Чашка чая означала один из его заслуженных перерывов в течение дня, необходимый не только из-за долга, но и по причине возраста. Не торопясь вдыхая аромат восхитительной травы, Хирузен сделал глоток тёплой жидкости, глядя на деревню, за которую он отвечал, через окно своего кабинета. Дети играли, как и полагалось. Анбу патрулировали деревню. Всё было так, как должно быть, по мнению Хокаге.
Однако без всякой причины перед ним возникло изображение Наруто с его старой дурацкой улыбкой, словно кричащей всем, что он возьмёт шляпу Хокаге и заменит старика, как он привык называть Хирузена. Через некоторое время в его сознании возник новый образ Наруто — на этот раз это был нынешний Наруто, переживший трагические события, связанные с погибшим кланом Учиха. Сарутоби до сих пор не мог смириться с недавним поворотом событий и внезапным спокойным поведением Наруто. С возрастом лишь немногие случаи наполняли его сердце радостью, и Хирузену было больно осознавать, что тот Наруто, которого он знал когда-то, скорее всего, погиб вместе с кланом Учиха.
Конечно же, Хокаге винил себя в сложившейся ситуации. Наруто оказался не в том месте и не в то время, и это чуть не стоило ему жизни, но престарелый Хокаге всегда думал, что мог бы сделать что-то, чтобы избежать этой трагедии. Если бы ему удалось сохранить хотя бы минимальный уровень дипломатии с кланом Учиха, он мог бы достичь компромисса, и ничего бы из этого не произошло. Кроме того, он полагал, что Наруто заслуживает большего, чем вынужденный самостоятельно добывать себе пищу, заглядывая в мусор. Если бы его холодильник оставался полным, блондин не испытывал бы необходимости искать еду, а значит, не оказался бы рядом с кланом Учиха в ту роковую ночь.
Тем не менее, зацикливание на прошлом не решало бы проблему. Что бы ни случилось, ничто не могло вернуть время обратно и избавить Наруто от мучительной боли, вызванной тем, что он стал свидетелем жестокой расправы над одним из сильнейших кланов Конохи. Меньшее, что мог сделать Сарутоби, — это отговорить совет от дальнейшего нагнетания обстановки, так как присутствие Наруто на территории комплекса вызывало ряд нежелательных вопросов. Однако в этом вопросе Сарутоби имел достаточно навыков как уважаемый шиноби и как политик, чтобы изложить истинную историю произошедшего, тем самым избавив блондина от любых ошибочных обвинений.
Проблема заключалась в том, что, как он и боялся, Сарутоби был вынужден раскрыть новое владение Наруто — Шаринган. В то время он наблюдал за шокированными лицами членов своего совета и глав кланов, которые считали, что кровная линия уничтожена и остался лишь Итачи. Потребовалось много времени на обсуждения и медицинские заключения, но в конечном итоге весь совет был убеждён, что хотя Наруто может использовать Шаринган в полную силу, никаких научных доказательств того, что блондин сможет передать ДНК Учихи своему потомству, не существует. Это огорчило нескольких членов, особенно старого ястреба Данзу, так как в то время это была его идея. Поскольку совет признал этот вопрос невозможным, Сарутоби переключился на более насущные дела, такие как тренировочная миссия мальчика под руководством Хатаке Какаши и постоянные улучшения, отражённые в письменных отчетах Какаши.
Очевидно, Данзоу снова показал свои когти, пытаясь убедить совет в том, что мальчику следует тренироваться у него, чтобы полностью раскрыть свои способности. Однако весь совет был в курсе старых (для некоторых всё ещё актуальных) методов тренировок Данзоу и проголосовал против. Все высказались за то, чтобы Хатаке Какаши продолжал тренировать мальчика, поскольку он был элитным джоунином и обладал глазом Шарингана. После этого обсуждать больше было нечего, и Сарутоби закрыл собрание, поблагодарив присутствующих. Это событие произошло месяц назад, и с тех пор тема Наруто редко поднималась между Хокаге и его советниками, за исключением случаев, когда речь шла о новом навыке, который мальчик усвоил под руководством Какаши.
Некоторые главы кланов интересовались развитием мальчика, например, Хьюга Хиаши, Нара Шикамару, Яманака Иноичи и Цумэ Инузука. Все четверо знали, насколько высокомерными со временем стали Учихи, и беспокоились, что Наруто покажет подобное поведение. Хирузен объяснил им, что вероятность того, что такой человек, как Наруто, станет высокомерным, невелика. Это просто не в его природе — быть поглощённым или ослеплённым властью. Поначалу главы кланов отнеслись к этому скептически, поскольку никто из них не знал о тех моментах, когда Учиха проявляли уроки смирения, но Хокаге решил рассказать им о постоянных разговорах Наруто с Какаши о том, что произошло во время резни Учихи, и о его желании тренироваться ещё усерднее, чтобы защитить то, что для него свято.
С тех пор его более никто не беспокоил по поводу Наруто, и Хокаге улыбнулся, зная, что, когда блондина не было в деревне, ему удалось с лёгкостью справиться с ситуацией и убедить совет в том, что оснований для беспокойства практически нет. Вернёмся к настоящему: когда травяной чай был почти допит, на столе возник небольшой шлейф дыма, а затем появился личный призыватель собак Какаши — Паккун, держащий в пасти свиток.
— Ах, Паккун, я рад, что Какаши не медлит с отправкой отчётов. Как поживает Наруто в эти дни?
Выпустив свиток изо рта, пес объяснил, что всё написано на свитке и что он практически не общался с блондином, чтобы знать хоть что-то о его тренировках. Конечно, Сарутоби это знал, и всё же он каждый раз задавал Паккуну один и тот же вопрос, но его намерением было просто начать любой возможный разговор. Он отстранил Паккуна и открыл свиток, чтобы прочитать его содержимое. По словам Какаши, Наруто оправдал ожидания и его, и Хокаге, развив Шаринган до второго уровня.
Его тайдзюцу улучшалось с поразительной быстротой, как и мускулатура, и ловкость. Сарутоби знал и ценил суровые методы тренировок Какаши, считая, что Наруто необходимо быть готовым к тем испытаниям, которые его ожидают в будущем. Однако больше всего его потрясло удивлённое заявление Какаши о том, что Наруто обладает не только сродством к огню, как утверждалось ранее, но и вторичным сродством к земле.
Ничего странного в том, что шиноби могут обладать несколькими сродствами, не было, но Наруто, которому через пару месяцев исполнится десять лет, всё-таки выделялся. Лишь немногие, такие как сам Какаши и Итачи, были способны продемонстрировать такой уровень мастерства в ниндзюцу к девяти годам. Сарутоби понимал, к чему может привести сравнение Наруто с Итачи, ведь юные вундеркинды часто вызывали недовольство у жителей деревни и шиноби Конохи. Тем не менее, судя по докладу Какаши, Наруто вполне мог освоить огненное дзюцу к моменту своего возвращения, а изучение нескольких дзюцу земли не составило бы особой сложности. Следовательно, Наруто действительно мог считаться вундеркиндом, если опираться на стандарты Хокаге.
Ещё одним важным моментом было то, что Какаши сумел объяснить блондину, как важно рассматривать Шаринган не как панацею, а как инструмент, который следует использовать, и не становиться от него зависимым. В настоящее время Какаши обучал Наруто сложным упражнениям по контролю чакры, не желая, чтобы огненные дзюцу повредили его органы. По мнению Хирузена, это была разумная мера предосторожности, учитывая количество несчастных случаев, произошедших из-за неудачных попыток в прошлом.
В целом Наруто усердно тренировался, чтобы стать всесторонне развитой личностью, поскольку в обучении Какаши были охвачены все виды искусств. Гендзюцу, хотя и изучалось в меньшей степени, также было частью обучения, так как Какаши научил блондина эффективно их рассеивать. Не говоря уже о том, что блондин, безусловно, мог бы освоить и кендзюцу, если бы Какаши согласился его учить в будущем. Какаши, вероятно, с нетерпением ждал возможности поделиться с Наруто как можно большим количеством знаний, и Наруто, в свою очередь, не жаловался, впитывая эти уроки, как губка.
— Несомненно, я ожидаю от тебя великих свершений, Наруто-кун.
Вернувшись к своей работе, Сарутоби начал читать отчёты об уровне миссий А и В с улыбкой на лице, представляя себе блондина через пару лет в качестве шиноби Листа.
http://tl.rulate.ru/book/114681/4441652
Готово:
Использование: