Глава 47
— Эй, эй! Нэйтан, замри. Сейчас он войдёт!
— Я не могу сидеть на месте.
— В таком случае глубоко вдохни, и полегчает.
— Ты Бетси, правильно? Хорошо, всем тихо!
Сквозь приоткрытую дверь раздался, казалось бы, знакомый ему голос, но Рейнард никак не ожидал услышать его здесь. Потому-то голос и пришёлся его слуху чужим.
За этим следовал легкий смех, который часто являлся Рейнарду во сне. Это был смех Юрины.
Рейнард застыл, не в силах верить тому, что послышалось за дверью.
Комната Эйдена, в которой, по обыкновению, всё было перевёрнуто вверх дном, теперь была аккуратно обставлена. Посреди комнаты, в которой прежде валялись книги и одежда, теперь стоял стол, которого Рэй никогда не видел. В довершение поверх стола его ждало много пёстрых имперских десертов.
Масштаб был значительно скромнее, но выглядело всё очень похоже на вечеринку по случаю дня рождения, которую дом Карфия устроил ему пять лет тому назад.
И там была Юрина.
Она теперь была намного выше, чем когда они только встретилась, но всё ещё достаточно мала, чтобы уместиться в его объятиях целиком.
— Рэй.
Он закрыл глаза, улыбнулся и пошагал к ней.
— С днем рождения. Я вот что хотела сказать… Я здесь, потому что хотела сказать тебе это.
Её улыбчивое лицо было таким милым, пока она говорила с ним так тихо, чтобы её слова мог уловить лишь он один. Вдруг из её маленьких белых рук в сторону Рейнарда выстрелила пригоршня конфетти. Улыбка Юрины то появлялась, то исчезала за конфетти, что устлали Рейнарду весь взор.
И тогда, когда Рейнард протянул руку, чтобы обнять Юрину, вдруг из-за спины появился Эйден и повис у него на спине.
— Эй, Рейнард! С днем рождения! Этот засранец вымахал таким большим!
— Рейнард, с днем рождения!
Нэйтан подбежал к Юрине и засмеялся.
— С днем рождения!
— Брат, поздравляю!
И тут он увидел, как Бетси, Томас и Алекс машут ему и смеются.
Рейнарду вовсе и не хотелось плакать. Но слёзы всё же покатились по щекам.
— Всё так же плачешь.
Нэйтан тем временем схватил любимый кекс Рейнарда и вручил ему.
Вместо этого Эйден принял тот кекс, и помазал щеку Рейнарда взбитыми сливками.
— Эй, почему бы нам и тебя так же не украсить?
Тогда-то Рейнард зачерпнул всё тех же сливок, а после отправил их на щеки Эйдена, и ушёл в другую комнату, чтобы омыть своё лицо.
— Эйден! Здесь так здорово!
— Да, да. Ешь больше. Эти десерты пропадут, если не съедим их сегодня же. Кстати, а когда леди Карфия повстречала этого парня?
— Пять лет назад. Когда Рэю было двенадцать.
— О, даже так. Но разве же не было с ним тяжело поладить?
Комната стала намного шумнее после ухода Рейнарда. Он, в свою очередь, теперь стоял у двери и глядел на Юрину.
Он проторчал в этих стенах вот уже пять лет, но тот факт, что Юрина была здесь, придавал месту оттенок чего-то особенного. Перед ним стояла сцена, полная теплого смеха, и покрытая золотым ореолом, будто осенний солнечный свет проникал через окно.
При виде его любимых друзей и ещё сильнее любимой Юрины, казалось, где-то в сердце Рейнарда загорается огонёк.
— Рэй, что ты стоишь? Давай скорей.
Когда Юрина, вытирая крем со рта Нэйтана, посмотрела на него и улыбнулась, сердце Рейнарда начало биться скорее.
Тук, тук, тук, тук, тук.
Приятная пульсация, зародившись в сердце, теперь разошлась по всему телу. Ощущение легкой дрожи было странно приятным.
Рейнард видел смех Юрины и не знал: плакать ему или смеяться. Его сердце было переполнено чувствами, и он даже подумал снова заплакать. И, как ни странно, его губы продолжали бесконтрольно дрожать.
Рейнард не знал о любви.
Родители, которые должны были научить его этому миру, ни разу не сказали, что любят его. Поэтому было естественно, что он не познал такое чувство. И он ничего не знал о любви между мужчиной и женщиной.
Он сам не ведал, что он чувствует, но в моменты, когда он видит Юрину, в сердце его зарождались новые эмоции.
«Я хочу видеть улыбку Юрины. Я хочу взять ее за мягкую руку и насладиться прогулкой. Только нас двое. Я хочу обнять это маленькое теплое тело и целовать эти улыбающиеся губы».
«Я хочу поглотить её теплое дыхание, сладкое, как мед, разделить его и стать единым целым с ней, телом и разумом».
«Я хочу делать с ней всё. Я хочу иметь её целиком».
И он тоже хотел быть для нее целым миром.
«Это и есть та самая любовь? Не знаю. Жаль, но мне некого спросить».
— Рэй?
Однако в тот момент, когда он увидел голубые глаза Юрины, жадность его дала о себе знать, и он возжелал, чтоб эти глаза не сходили с него никогда.
«Не знаю, любовь ли это. Но, может быть, я ...»
— Юрина.
«Кажется, я все время держал тебя глубоко в своём сердце».
****
После того дня, когда все собрались вместе и наслаждались вечеринкой по случаю дня рождения, Юрина смогла выведать немного больше о повседневности Рейнарда в академии. Нэйтан оказался очень хорошим источником информации, и пересказывал Юрине историю за историей, не дожидаясь её просьбы.
Юрина и Рейнард вместе ходили на занятия в течение дня, а по вечерам, когда занятий не было, ходили в центр города и ужинали вместе. В графике этом не было ничего особенного, но Юрине подобная рутина никогда не надоедала. Скорее, это только вернуло её в воспоминания из детства.
«Было интересно узнать, как изменился Рэй».
Он делает заметки плавным курсивом, внимает словам профессора, быстро отвечает и сам задаёт вопросы, просиживает долгие уроки в одной позе, и не смыкает глаз.
Каждое из этих маленьких изменений сильно тронуло сердце Юрины.
Нигде теперь было не видать того зеваку, писавшего как курица лапой.
Когда же он улыбался, глядя ей прямо в глаза посреди класса, Юрина ощущала странное покалывание где-то в животе. Когда это происходило, Юрина прикрывалась книгой и избегала его взгляда.
В последний день перед отъездом Юрины все ели в известном ресторане.
В то время Юрине довелось понаблюдать за взаимодействием Рейнарда и Эйдена на протяжении всего ужина.
— Рейнард ведь не вернётся в империю ещё какое-то время, так? Пару лет назад мы ездили в наше фамильное поместье с Рейнардом. Тогда одна из моих младших сестёр увидала Рейнарда, и заявила всем, что влюблена, что выйдет за него!
— Эйден, хватит трепать языком. Еда стынет.
— С каких таких пор ты так тонко заботишься обо мне? Леди Карфия, мне доселе так тяжко приходилось, чтобы идти с ним в ногу, но при тебе...
Эйден решил взять их отношения целиком на себя, и продолжает заботиться о Рейнарде, который может быть тому и рад, хотя и несколько раздражён. На первый взгляд, различия этих двоих — экстремальны. Но эти двое очень хорошо подходили друг другу.
Если бы Рейнард услышал эту мысль, он бы твердо сказал «нет». В глазах Юрины же всё обстоит именно так.
Эйден был болтлив, но он держал себя в руках, дабы не потрепать Рейнарду нервы лишний раз. А Рейнард, хотя и выходил из себя, не оттолкнул Эйдена ни разу.
Первей всего, Эйден был незаменимым другом Рейнарду, потому что он активно побуждал того не оставаться в комнате наедине со своими мыслями.
«Хорошо. У Рэя есть хороший друг».
Юрина вновь просмотрела письмо Рейнарда из академии. Это был короткий и неуклюжий ответ, больше похожий на записку, чем письмо.
[Все здесь хорошие.]
Быть может, всё сложилось как нельзя кстати. Если Эйден останется подле него, Юрине было бы легче оставить Рейнарда и вернуться в империю.
Время текло, и настал день убытия Юрины из королевства. Юрина хотела было попрощаться в столице, но Рейнард настоял, что сопроводит её до границы, так же как встретил её.
И Юрина с радостью приняла его предложение.
Атмосфера в карете, идущей к границе, сильно отличалась от того, когда они ехали сюда. Рейнард молчал, так что Юрине досталось больше времени, чтобы просто молча смотреть на него.
«Сегодня последняя ночь».
После сегодняшнего они действительно расстанутся. Юрина, остановившись на постой в том месте, где она прежде воссоединилась с Рейнардом, проснулась и больше не могла уснуть.
Юрина долго блуждала по комнате, внезапно подошла к окну и открыла его. Она взглянула и увидела звезды, рассыпанные что драгоценные камни на черном небе. Но кое-кто оказался рядом.
— Юрина?
Это был Рейнард. Он высунулся из окна в этот момент, прямо как Юрина.
— Рэй, что ты делаешь? Тебе завтра ещё в Академию.
— Это то, что я у тебя хочу спросить. Тебе ещё завтра ехать в Империю, но почему ты не спишь? Академия всяко ближе, чем до столицы.
— Я не могу заснуть ... Ежели я захочу спать, я могу поспать и в карете. Ты же — ты скачешь в академию на лошади.
«Мне надо идти спать».
Простые слова, но вымолвить их не выходили. Было ли то же самое с Рейнордом? Ведь он теперь держал рот на замке.
В отличие от светлого времени, ночью здесь было мало огней. Тьму разгонял один лишь слабый свет луны.
Юрина неосторожно наклонилась из окна, чтобы немного ближе рассмотреть лицо Рейнарда, которое было трудно разглядеть из-за теней. Затем Рейнард положил руку на подоконник и высунулся наружу, словно надумал сигануть из окна.
— Юрина, это опасно!
Настойчивый крик раздался в тихой деревне, пока все спят. Юрина испугалась и рефлекторно съежилась.
Где-то послышался собачий лай. А под стенами кот зашипел и спрятался в кустах.
Юрина глубоко вздохнула, чтобы унять своё сердце. Было темно и ничего не видно, но та всё же улыбнулась Рейнарду.
Он по-прежнему смотрел на нее из окна, и кричал ей так громко, будто удумал разбудить всю деревню.
— Не волнуйся. Я не ребенок.
— Ты ребенок, который еще даже не провёл церемонию совершеннолетия. Я рад, что ты не выпала.
— Здесь не так-то и высоко. А если и упаду, меня ведь можно спасти? Разве ты не умеешь делать что-нибудь вроде магии левитации?
— Умею. Но что, если ты грохнешься оземь еще до того, как я применю магию?
— Ничего не хочу знать. Я доверяю тебе. Ты сказал, что защитишь меня от всего.
Впрочем, это мнение можно было назвать необоснованным. Даже будучи не на 30-м этаже, а на 3-м, скорость падения всяко была бы выше, чем скорость реакции Рейнарда.
Если ей повезет, и она останется просто покалеченной, он прибегнет к лечебной магии. Но если не повезёт, и она умрет мгновенно, все будет кончено.
Однако, как ни странно, Юрина верила, что Рейнард спасёт её, несмотря ни на что.
Вспомнились слова клятвы, которую он дал, когда был ребенком.
«Юрина, я буду тебя защищать».
Это было обещание тринадцатилетнего мальчика, который только-только взялся за магию. Но он был верен этому обещанию в своем сердце. И когда Юрина провела с ним это время, её доверие к нему выросло еще больше.
Он защитит ее.
Как та всегда и хотела ещё с момента их встречи.
«Теперь я могу быть счастлива?»
Такой вопрос возник сам по себе.
Нет, она определенно должна быть счастлива, но вместо этого на сердце подкралась лишь странная тяжесть. Юрина даже не могла догадаться, откуда растут корни этого тяжелого, гнетущего чувства.
«Как я могу быть такой эгоисткой?»
Переживания пятилетней давности снова ворвались ей в голову.
Легкое чувство вины сковало её грудь, когда перед глазами проигралась сцена её «предложения».
http://tl.rulate.ru/book/24790/1443676
Сказали спасибо 393 читателя
Ненавязчивая реклама подана очень аккуратно😏
Стоит глянуть на Реймонда😏