Ли Сен нахмурился и не сразу согласился, он явно всё ещё сомневался.
Ли Чжичжи тут же понимающим тоном сказала: «Это не имеет значения, я могу учиться у своего учителя».
«В конце концов то, чему учит домашний учитель, ограничено», - барыня Ли равнодушно взглянула на неё, изящно вытерла уголки губ шёлковым платочком и добавила, - «Он просто начитанный человек и может лишь обучать детей грамоте. Как можно обойтись без скрупулёзного изучения музыки, шахмат, каллиграфии и живописи? Правилам этикета и рукоделию её должны обучать специальные няньки и мастерицы. Лучше отправить её в школу, чтобы обучаться всему этому вместе, и избежать неприятностей в будущем. Разве это не разумно, муж мой?»
Ли Сен вздохнул, но продолжал колебаться: «Позволь мне обдумать это ещё раз».
Его всё-таки немного волновало то, что сказал даос, но время шло, а с особняком ничего не случалось, и его опасения сильно ослабли. Когда барыня Ли изложила свою аргументацию, он не мог не быть тронут.
Ли Синчжи посмотрел на него, потом на свою мать, и нахмурился, чувствуя, что что-то не так.
Когда все разошлись, Ли Сувань последовала за барыней Ли в свою резиденцию. По дороге она не осмеливалась заговорить. Когда они добралась до «Сада глициний», она осторожно спросила: «Мама..., папа, он согласится?»
Барыня Ли остановилась, протянула руку, чтобы поправить выбившиеся локоны девочки, и сказала: «Скорее всего».
В глубине души Ли Сувань не была счастлива, но на лице у неё всё равно было счастливое выражение, и она сказала: «Это здорово. Кажется, папе очень нравится младшая сестра Чжи. Когда придёт время, я обязательно буду хорошо заботиться о ней в школе».
Барыня Ли протянула руку и легонько постучала по лбу девочки, затем улыбнулась и сказала: «Какая глупая девочка, как ты думаешь, почему я предложила отправить Ли Чжичжи в школу?»
Ли Сувань была немного ошеломлена вопросом, а затем барыня Ли медленно произнесла: «Цветы нужно обрамить зелёными листьями, чтобы они выглядели красивее и привлекали внимание. Ты водишь компанию с уездной княжной Жунань и другими знатными особами круглый год, и если у вас хорошие отношения, то это прекрасно. Но каждая из них более выдающаяся, чем ты. Кто обратит на тебя внимания в такой компании? Когда ты с ними, ты просто напрасно тратишь время, служа их фоном».
Пустота на лице Ли Сувань постепенно сменилась радостью, и она заколебалась: «Мама имеет в виду...»
Барыня Ли слегка приподняла брови и сказала: «Чем глупее и невежественнее Ли Чжичжи, тем больше твои способности и таланты будут выделяться. Когда другие будут упоминать о благородных барышнях семьи Ли, они, естественно, подумают о тебе. Теперь ты понимаешь, какой тяжелой была работа твоей матери?»
Ли Сувань была одновременно растрогана и обрадована: «Мама, я думала...»
- И что же ты подумала?
Ли Сувань покраснела и поперхнулась: «Я думала, тебе больше не нравится малышка Вань».
«Глупый ребёнок, почему же ты так подумала? Твоя мать так усердно трудилась, чтобы вырастить тебя такой большой, так кропотливо работала и делала для тебя всё, что в моих силах, как я могу не любить своего ребёнка?» - Барыня Ли погладила Ли Сувань по щеке и вздохнула, - «Все эти почти шестнадцать лет, твоя мать так старательно тебя растила и наставляла, как это можно сопоставить с каким-то появившимся ниоткуда человеком? Даже если придут небожители, им придётся отступить».
По щекам Ли Сувань текли слёзы, она была растрогана и сказала: «Малышка Вань не знает как отблагодарить вас за всё».
Барыня Ли мягко улыбнулась и сказала: «Когда у тебя всё будет хорошо, это станет величайшей наградой для твоей матери. Прорицатель однажды сказал, что ты родилась прирождённым фениксом [то есть, замужество с представителем императорского клана] с неописуемо прекрасной судьбой. Моя мать всё ещё рассчитывает на то, что моя дочь будет процветать в будущем, что так же позволит пожаловать титул моей матери [обычно родителям невест императорской семьи в благодарность за воспитание дочери присваивались более высокие титулы], и пейзажи нашей будущей жизни будут великолепными».
…
В итоге Ли Сен расслабился и согласился отпустить Ли Чжичжи учиться в школу. Непонятно что это было за мышление, но он так и не сказал, как разобраться с личностью Ли Чжичжи. Он просто спешно передал дело барыне Ли, а сам отправился на службу.
Рано утром барыня Ли взяла Ли Чжичжи и Ли Сувань, и они все вместе поехала в школу.
По дороге Ли Сувань бойко разговаривала с барыней Ли. Только Ли Чжичжи сидела в углу салона экипажа тихо, как невидимка. Она смотрела на мать и дочь холодными глазами и непринуждённо улыбалась. Ли Сувань время от времени бросала на неё взгляды со неявным провокационным значением. Сердце Ли Чжичжи было спокойно, как гладь воды, и она находила это даже немного забавным.
В действительности поездка была скучной, поэтому она протянула руку и приподняла занавеску, чтобы выглянуть наружу.
Был погожий весенний денёк, по обе стороны от проспекта густо зеленели ивы. Карета двигалась по Торговой улице. Девочка как нельзя лучше была знакома с этой дорогой: миновав мост «Прыгающий карп», вы увидите буддийский храм «Славный». Поверните налево за храмом, и там будет школа.
Школа называется «Сад талантов» и чрезвычайно знаменита в столице. Её учредила старшая принцесса Юннин, и в неё принимают только девочек. Здесь были собраны лучшие учителя со всего мира. Многие люди гордятся тем, что отправляют своих дочерей в школу «Сад талантов», и есть даже много богатых семей из других мест, которые специально переезжают в столицу, чтобы отправить своих дочерей на учёбу в «Сад талантов». В какой-то момент, обучение барышни в школе «Сад талантов» стало стандартом при обсуждении браков в знатных семьях.
Через какое-то время экипаж остановился около школы.
Ли Чжичжи вышла из машины и слегка прищурила глаза. Раннее утреннее солнце поднималось с востока, и золотистый свет упал на украшенную золотом табличку, слова «Сад талантов» ярко сияли.
Это оно! Место, где она больше всего пострадала в своей жизни, за исключением особняка Ли, это та самая школа «Сад талантов».
Когда людей слишком много, легко возникают споры и противоречия, особенно там, где собираются такого рода девочки.
«Я всё устроила должным образом, и есть ещё кое-что, что я хочу тебе сказать», - голос барыни Ли привёл Ли Чжичжи в чувство, и она повернулась, чтобы посмотреть на свою биологическую мать с должным количеством сомнения в глазах.
Барыня Ли грациозно сжала шелковый платочек и сказала мягким голосом: «Барин изначально не планировал отпускать тебя учиться в «Сад талантов», потому что большинство людей здесь – это дочери знатных и княжеских семей, даже самые драгоценные дочери из императорского клана. Такие как ты, вернувшиеся из провинции, не могут коснуться даже порога этой школы, ты понимаешь?»
Ли Чжичжи притворилась смущённой, медленно кивнула, и барыня Ли продолжила: «Мне потребовалось много усилий, чтобы убедить барина, чтобы у тебя была возможность поступить в «Сад талантов», но ты хорошо знаешь свою ситуацию, ведь ты даже нескольких иероглифов не знаешь. Если люди узнают об этом, они неизбежно будут смеяться над тем, что наш особняк Ли не может дать достойного воспитания своим законным дочерям».
Пока она это говорила, пара её глаз пристально следила за реакцией Ли Чжичжи, а на дне её глаз скрывалось неописуемое отвращение. Когда она заметила как Ли Чжичжи на мгновение сжалась, барыня Ли добавила с удовлетворением: «Ты просто должна понимать это в своём сердце. После того, как ты войдешь в «Сад талантов», ты последуешь за малышкой Вань, и она позаботится обо всём. Однако одно тебе следует чётко знать: ты не можешь сказать внешнему миру, что ты - законная барышня особняка Ли. Говори, что ты - двоюродная барышня, и ты приехала в особняк Ли из провинции за убежищем. Наш барин – добросердечный, и он удочерил тебя, поняла?»
Как Ли Чжичжи могла не понять? В своей предыдущей жизни она всё время страдала от слов «двоюродная барышня». И когда она умерла, она всё ещё была «двоюродной барышей» особняка Ли и не могла вернутся к своей настоящей личности, хотя усердно работала всю свою жизнь для этого. Но на этот раз она передумала! Она хотела лучшей жизни, чем у них всех, а затем превратить слова «двоюродная барышня» в пощечину и залепить её особняку Ли, заставив их пожалеть об этом.
Думая об этом, Ли Чжичжи опустила ресницы и улыбнулась. Луч золотого солнечный свет упал ей в глаза и рассыпался блистающими искорками света. Это было мило. Она мягко и послушно ответила: «Я запомнила, барыня».
Барыня Ли посмотрела на красивые брови девочки, и по какой-то необъяснимой причине в её сердце возникло лёгкое беспокойство.
http://tl.rulate.ru/book/98936/3360342
Сказали спасибо 36 читателей