Готовый перевод I Said Make My Abilities Average! / Я Сказала Усредни Мои Способности!: Глава 260.

260. Деревня дворфов 1

— Ну, пока хватит… пожалуй.

Вечером того дня, когда они взяли заказ на сопровождение, из отделения гильдии пришло уведомление: «День выезда назначен на послезавтра». На следующий день четверка из «Алое Обет», решив совместить отдых с подготовкой к дороге, разошлась по городу каждая по своим делам.

Пусть у Майл и было с избытком еды, но на семь ночей и восемь дней пути одними припасами не обойдешься: нужны лакомства на дорогу, чтиво от скуки, смена белья и всякая мелочь — а значит, без сборов все равно никак.

Обычно в путешествие не тащат дорогие книги: в дороге они быстро превращаются в лохмотья. Да и роскошь лишним грузом никому не нужна. Но у «Алое Обет» есть Майл, а у Майл — магия хранения с огромной вместимостью. И вот Рена с двумя остальными, рассчитывая на это, закупались так, будто ни перевозки, ни складирования вообще не существует.

…Никуда не годится. И где же их прежняя клятва — «стараться, чтобы и без Майл мы справлялись»?… Никуда не годится, совсем.

А сама Майл, насмотревшись на Полин, решила: а не попробовать ли и ей немного поторговать. И придумала вот что.

— Девчонка, ты уверена, что тебе столько надо? Да тут все — одно крепкое, голову снесет. И потом… одной тебе это не утащить…

Ну да. Дворфы — значит, выпивка.

Майл, полагаясь на начитанность из прошлой жизни, обошла городские питейные лавки и закупилась крепким спиртным. Разумеется, она заранее расспросила тех, кто бывал в деревне дворфов: да, дворфы и сами гонят, но их напитки не дотягивают до дорогих сортов, что продают в городе; и да, среди дворфов немало тех, кто предпочитает именно крепкое.

Впрочем, если подумать, это верно не только про дворфов. В мире, где развлечений немного, а по-настоящему вкусной еды и питья — и того меньше, любовь к алкоголю вовсе не удивительна. На деле даже среди обычных людей здесь куда больше заядлых выпивох, чем в современной Японии.

Но как бы там ни было, факт «у дворфов особенно много любителей выпить» от этого не исчезает. Так что в целом Майл не ошиблась.

— Ничего, все в порядке. …Хранение!

И только что купленные бочки и кувшины с вином исчезли в одно мгновение.

— …С Хранилищем, значит! Завидую…

Хозяин лавки сперва опешил, а затем глянул с такой искренней завистью, что и смеяться было неловко.

Тяжелые, громоздкие бочки и кувшины — вещь капризная: в дороге могут разбиться, а могут и дать течь. Даже обычному торговцу «Хранилище» — предмет мечтаний, а уж для продавца вина возможность перевозить товар надежно и без потерь, пожалуй, и вовсе кажется чудом. На это Майл и рассчитывала.

Дорога туда — горная тропа, толком не обустроенная. И вдобавок — места неспокойные: монстров и разбойников хватает.

Кто станет тащить по такому пути целую гору вина — да еще в тяжелой, хрупкой таре? Не предмет первой необходимости, и пусть в деревне оно местного производства — пусть и худшего качества, но все-таки есть.

А если прибавить к цене время и труд на перевозку, плату за охрану и прочие расходы, выйдет весьма недешево.

Значит, торговцев, которые возят вино как товар, немного. Так Майл и рассудила.

И вот настал день отправления.

«Алое Обет» пришли на площадь перед торговой гильдией довольно рано. Заказ на охрану взяли не они одни, да и нанимателя заставлять ждать нельзя. Для зеленых охотников ранга C явиться к месту сбора первыми — дело самое обычное. И пока они ждали…

— А… это вы…

— То есть вторая группа, которая взяла этот заказ вместе с нами, — это…

Подошли знакомые лица: две команды — «Идеал злого бога» и «Огненная дружба».

— Эта Лютеция… приперлась, понимаешь, прямо к нам на базу и давай заливать: «Караван в беде, охрана не набирается, выезд задерживается»… Ну мы и согласились, куда деваться, а тут — вот оно как…

— К нам тоже заходила…

Так говорили их лидеры — Вольф и Вегас — и не скрывали раздражения.

(Черт…)

Девушки отлично понимали: та регистраторша старалась из лучших побуждений. Но это была та самая помощь, от которой больше хлопот, чем пользы. А для этих двух команд, втянутых без спросу, от «помощи» остались одни неприятности.

— Простите…

Хотя они и не были виноваты ни на йоту, все четверо все равно склонили головы.

— Да ладно, я ж понимаю, что это не вы устроили, не забивайте голову. Скорее уж… извини, что заставил вас неловко себя чувствовать…

Вольф говорил искренне, и для «Алое Обет» союз с этими двумя командами, где собрались сильные, порядочные люди, да к тому же не лезущие к ним с идиотскими приставаниями, был даже к лучшему: рядом с такими и правда спокойнее.

— Тогда и в этот раз надеемся на вас! — сказала Мэвис.

Обе команды дружно кивнули.

После этого они познакомились с торговцами и возницами — и караван почти сразу двинулся. Идти можно только пока светло, а разговоры подождут — на привале или вечером. Тратить время пути впустую — занятие для дураков.

Торговцы, увидев «Алое Обет» впервые, приуныли: слишком молоды, да еще и одни девушки. Но Вольф с Вегасом, уловив настроение, поручились за них — и торговцы, которые с этими двумя командами уже были знакомы, заметно успокоились.

К тому же то, что рядом есть те, кто умеет и в боевую магию, и в целительную, а еще может добывать воду магией, — огромный плюс. Это означает, что в случае беды шансы выжить резко возрастают.

Воды торговцы обычно много не возят: никто не станет урезать место под товар ради лишних бочек — берут лишь чуть больше минимально необходимого. В горах пополнить запас непросто, а лошадям воды нужно много. Так что в критической ситуации именно вода решает, кто останется жив.

И караван — семь повозок и пятнадцать охранников, охраны чуть больше обычного, — хоть и выглядел крупным для маршрута «провинциальный город — деревня», в глазах всего мира оставался караваном небольшим. Он упрямо тянулся к горной местности.

В передней повозке шли «Идеал злого бога», в хвостовой — «Огненная дружба», а в середине — «Алое Обет». Те, кто годился в «стену», закрывали начало и конец; маги и более подвижные легкие бойцы держались в центре — чтобы и фланги прикрывать, и при необходимости быстро рвануть на помощь хоть вперед, хоть назад. Расстановка, которая первой приходит в голову любому — а значит, логичная и всем понятная.

Каждая команда делилась: половина ехала на повозках, половина шла пешком. Во‑первых, чтобы самим своим присутствием показать: охрана есть — и отбить охоту у разбойников и умных тварей. Во‑вторых, если посадить всех, уменьшится место под товар.

Груженая телега идет куда медленнее, чем пассажирский экипаж: и тяжесть сказывается, и товар надо беречь. Но для охотников, идущих обычным шагом, сопровождать караван пешком не составляло труда — тем более что «пешие» и «ездовые» время от времени менялись.

— Народ! Скоро большой привал, обедаем! — крикнул торговец, руководивший движением каравана, — достаточно громко, чтобы его услышали спереди и сзади, но так, чтобы не всполошить лошадей.

Он был старшим среди трех торговцев, участвовавших в караване, и сам правил центральной повозкой.

По его словам, «если я тут, нанимать возницу — расточительство! Верх глупости!! Какой же ты торговец, если сам повозку вести не умеешь! И даже если сегодня дела идут в гору, надо заранее думать о черном дне — о том, что снова придется ходить вразнос с одной телегой. Не сможешь сам двигать повозку — останется только пешая торговля с мешком за спиной!»

То ли потому, что с таким человеком и связываться иначе нельзя, то ли потому, что думали так же, но двое других торговцев тоже держали вожжи сами. Наемных возниц оказалось всего трое, а четвертый человек — приказчик из лавки старшего.

К слову, сам маршрут и распорядок каравана определял старший торговец как руководитель перевозки. А вот решения о бое с разбойниками или монстрами, о капитуляции или бегстве принимал Вольф как глава охраны. Сбрасывать груз или нет — дело торговца; но если он откажется выбрасывать товар вопреки совету Вольфа, тогда из вариантов Вольфа исчезает «бегство» и остается только «капитуляция».

Если сдаться, охотники обычно отделаются тем, что у них отнимут деньги и оружие. А вот торговцев могут взять в плен и потребовать выкуп.

Убивают сдавшихся крайне редко. Стоит разбойникам начать резать пленников — и дальше никто в этих местах им не сдастся, а значит, потерь у самих разбойников станет больше. Да и крупный карательный отряд соберут куда быстрее. Никакой выгоды — никому.

Они еще не успели далеко уйти от города, и тракт был не слишком разбит. Свернув чуть в сторону, торговцы поставили повозки на свободном пятачке и занялись нехитрой подготовкой обеда.

По условиям заказа еда и питьевая вода в пути предоставлялись нанимателем. Охотникам таскать на себе провиант и воду тяжело, да и готовить каждому отдельно — та еще морока. Поэтому, если только контракт не откровенно кабальный и наниматель не какая-нибудь мелкая лавочка на последнем издыхании, так обычно и делается.

Правда, в «обычно» входят знакомые всем дорожные запасы — твердые сухари, кусочки вяленого мяса и суповой порошок из сушеных овощных крошек, который разводят в кипятке. Эти «три святыни» и составляют стандартный набор; если к нему вдруг добавят сушеные фрукты — считай, невиданная щедрость.

И пока торговцы с возницами, возясь вместе, ставили переносное очажное приспособление, чтобы вскипятить воду, люди из «Идеал злого бога» и «Огненная дружбы» смотрели на Майл и ее подруг такими глазами, словно ждали чуда.

— Э-э… давайте для начала съедим то, что нам дают торговцы. Они же старались, готовили. А вот на ужин мы что-нибудь придумаем.

И на слова Майл у всех разом опустились плечи…

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/985/16453597