Готовый перевод Re: Zero kara Hajimeru Isekai Seikatsu / Re: Жизнь в альтернативном мире с нуля: Глава 147. Смысл возвращения

— Почему ты вернулся?

Эмилия смотрела на него с небывалой серьезностью, ожидая честного признания.

Субару видел собственное отражение в ее спокойных, светящихся фиолетом глазах. В этом взгляде, ясном и неподвижном, словно гладь лесного озера, таилась проницательность, прошивающая его насквозь.

Естественно, по телу Нацуки Субару пробежала дрожь от переизбытка чувств.

Он и сам не мог разобрать, было ли это смятение вызвано чистотой ее взора или же грузом совершенных ошибок.

Впрочем, у него имелся лишь один достойный ответ на этот вопрос.

— Почему ты вернулся?

Вопрос прозвучал вновь.

Она не пыталась его торопить, просто ждала. Субару сглотнул, слегка облизнул губы, пытаясь унять волнение, и на мгновение прикрыл глаза.

— Послушай.

— …

Ответом была тишина, но не та, что прерывает беседу, а та, что приглашает продолжать. Понимая это, Субару отбросил колебания. Раз уж судьба даровала им шанс поговорить, несмотря на весь ворох накопившихся обид, стоило им воспользоваться.

— Мы тут только что устроили такой грандиозный переполох, что пытаться сейчас сохранять серьезные мины как-то… не находишь, что это чересчур утомительно?

— Слышать подобное именно от тебя, Субару… это просто в голове не укладывается.

Наблюдая за тем, как лицо Субару расплывается в привычной ухмылке, Эмилия глубоко вздохнула. Она выглядела совершенно обессиленной, но ее губы тронула едва заметная, смиренная улыбка.

※※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Попытка Субару насладиться сомнительной удачей при содействии Рам закончилась феерическим провалом под бдительным оком Пака, решившего преподать парню урок отцовской этики.

Вышвырнутый в сад не без помощи Рам, Субару продолжал глупо хихикать, пока та помогала ему подняться, чем заслужил звание окончательно спятившего типа. Разумеется, слухи о его позорном приземлении тут же долетели до ушей Эмилии.

— Ты головой не ударился? Ты же летел вверх тормашками, шею не растянул? Ох, посмотри, у тебя даже в ушах земля… И почему одежда вся в грязи и крови? Точно все хорошо? Ран нет? Ну же, если ты ранен, живо снимай это…

— Постой, постой! Нельзя же вот так просто раздевать меня среди бела дня, да еще когда вокруг люди… это неприлично!

— Ты точно приложился головой сильнее, чем кажется.

— Да я всегда такой! Спасибо за заботу, конечно, но твой жалостливый взгляд меня прямо ранит!

Отбившись от настойчивых рук Эмилии, Субару покрутил головой, вытряхнул землю из ушей и, демонстрируя бодрость духа, совершил пару энергичных прыжков на месте. Лишь убедив всех в своей целостности, он соизволил пройти в гостевую комнату.

Там за маленьким круглым столом уже вовсю чаевничали виновники недавнего торжества – Пак и Рам.

— Весьма недурный вкус.

— Ну что вы, похвала от Великого духа – это слишком большая честь для такой скромной горничной.

— И чего это вы тут такие любезные, а?!

Вклинившись между ними, Субару оперся руками о стол и одарил парочку гневным взглядом. Однако те даже бровью не повели, продолжая невозмутимо попивать чай. Крошечная чашечка в лапках Пака придавала всей сцене налет абсурда.

Сделав по глотку и синхронно выдохнув, они наконец удостоили Субару вниманием.

— Тебе стоило бы поблагодарить Рам за ее оплошность, ведь ты увидел кое-что приятное глазу. Считай, что мы в расчете.

— С чего это ты тут командуешь? Возомнила себя королевой?

— Тебе бы следовало возносить молитвы моей доброте за то, что голова все еще держится на плечах. Когда я думаю о том, какой стыд пришлось пережить Лии, я начинаю искренне сомневаться в собственной педагогической хватке.

— А ты вообще собирался мне череп снести, между прочим! В истории не так много счастливчиков, чей жизненный путь оборвался из-за случайной подглядки!

Мир велик, и, пожалуй, где-то в его анналах такие нелепые смерти и случались. Но Субару, при всем своем богатом опыте отхода в мир иной, предпочел бы избежать подобной эпитафии.

Как бы то ни было, после всех этих препирательств…

— Раз ты цел, то и ладно. Нам нужно обсудить множество вещей, но…

Эмилия прошла мимо Субару, который все еще кривился от едких замечаний дуэта. Ее тихий голос заставил его замолкнуть.

Серебристые волосы колыхнулись при ходьбе, рассыпая искры света. Субару завороженно наблюдал, как она опустилась на край постели и вновь устремила на него серьезный взгляд.

— Почему ты вернулся?

Все вернулось к исходной точке.

Завершив этот мысленный экскурс в недавнее прошлое, Субару понял, что поддерживать пафосную атмосферу теперь решительно невозможно.

Он не собирался превращать все в шутку, но ситуация сложилась сама собой. Пока Субару чесал затылок, Эмилия обиженно надула губы.

— Ну вот, во всем виноваты Рам и Пак. Все должно было быть совсем иначе… серьезно. А теперь что?

— Прошу меня простить, Эмилия-сама. Если ваш гнев все еще не утих, я готова принять любое наказание. Разумеется, через Баруса.

— У тебя вообще совесть есть? Хоть капля осознания того, что ты тут главная злодейка?!

— Рам всегда на вершине, а Барус – где-то внизу. Это естественный порядок вещей.

— Да ты просто тиран! Впервые вижу горничную с замашками деспота, у которой от покорности одно название!

Безупречная внешность и манеры Рам всегда контрастировали с ее непрошибаемой наглостью, и Субару в очередной раз в этом убедился. Пока они обменивались колкостями, словно и не было долгой разлуки, Рам внезапно прищурилась, пристально изучая его лицо.

— Чего вылупилась?

— Твоя физиономия стала чуть менее тревожной. Буквально на толщину волоса, но прогресс налицо.

— …

Субару на мгновение замер, пораженный этой грубоватой, но точной заботой.

На самом деле до этого момента его конечности казались налитыми свинцом, а перед встречей с Эмилией сердце сжималось скорее от страха, чем от предвкушения.

Но теперь тревога немного отступила, а пересохшее горло больше не саднило.

Осознание того, что Рам специально устроила этот балаган, чтобы разрядить обстановку, наполнило его странной смесью благодарности и неловкости.

— Знаешь, твои методы прочитать чертовски сложно, могла бы быть и попроще.

— Женщина должна быть загадкой, чтобы водить мужчину за нос. Стоит вам все разгадать, как вы тут же теряете интерес и сбегаете к другой.

— Опять ты пытаешься выдать свои капризы за великую мудрость. Не надейся, я не впечатлен. Хотя… спасибо.

— Эмилия-сама. Барус только что поблагодарил меня за возможность подсмотреть, как вы переодеваетесь. Он неисправимый сластолюбец.

— Да не говорил я такого! Твоя стервозность – это точно не маска!

Вся благодарность мигом испарилась. Субару возмущенно вопил, а Рам картинно заткнула уши. Ее непоколебимое нахальство лишило его последних аргументов.

Но, наблюдая за этим зрелищем, Эмилия не выдержала.

— Хи-хи…

— О!

Субару увидел, как она прикрыла рот ладошкой, подавляя смех. Она честно пыталась сохранить серьезность, но стоило ей поймать его удивленный взгляд, как плотину прорвало.

— Ну правда, вы вдвоем ведете себя так глупо… Я тут стараюсь, держусь, а выходит, что зря.

— И отлично. Лучше уж смеяться, чем дуться друг на друга. Что бы ни случилось, добрый разговор всегда лучше ссоры. Ради такого я готов хоть круглосуточно работать шутом. Верно, Рам?

— Фью-ю.

— Эй, ты чего не подыгрываешь?!

Рам ответила ему взглядом, полным глубочайшего презрения. Субару тут же задергался, и это вызвало новую волну веселья у Эмилии.

— Вы совсем не изменились. Кажется, я не смеялась целую вечность.

— Это верно. Рам тоже давно не видела Эмилию-саму такой оживленной.

Горничная слегка поклонилась, пока Эмилия смахивала пальцем выступившую в уголке глаза слезинку.

Лицо Эмилии на миг застыло, и Рам, решив, что ее миссия по смягчению сердец выполнена, засобиралась уходить.

— Барус. Оставляю все на тебя, постарайся не опростоволоситься.

— Стоять! А мне-то что делать с этой странной атмосферой?

— Я подготовила почву, остальное – твоя забота. У меня полно дел, ведь ты притащил с собой кучу хлопот.

Субару пришлось замолчать под ее ледяным взором.

Убедившись, что возражений не последует, Рам церемонно поклонилась Эмилии.

— Эмилия-сама, мне нужно подготовиться к отъезду. Барус введет вас в курс дела. Каким бы ни было ваше решение, я подчинюсь.

— Рам… но я…

— Любое ваше слово для меня закон. Такова воля господина Розвааля.

Прервав нерешительную попытку возразить, Рам вышла из комнаты. Напоследок она одарила Субару таким острым взглядом, что тот невольно выпрямил спину. Он чувствовал, что задолжал ей по-крупному.

Пака за столом тоже не оказалось – видать, либо спрятался в волосах Эмилии, либо просто растворился в потоках маны. Они остались одни.

Субару и Эмилия.

— Мы так давно не говорили вот так, наедине.

Эмилия прервала затянувшееся молчание. Она все еще сидела на кровати, и в ее глазах теперь читалось спокойствие, а не тот яростный огонь, что жег ее во время их последней встречи в столице.

Первый барьер неловкости пал. Точнее, ему позволили пасть.

— О да, Эмилия-тан, в разлуке с тобой каждый день тянулся как тысяча лет. Я чувствовал, как уровень эмилиязы в моем организме падает до критической отметки. Думал, задохнусь от дефицита.

«Эмилияза» – выдуманный Субару термин для обозначения жизненно важной энергии, которую он черпал из разговоров с ней и даже простого созерцания ее облика.

— И это и есть причина твоего возвращения?

— Ну… и это тоже, но не только.

Ее голос был лишен эмоций, и Субару понял – пришло время серьезного разговора. Нужно было расставить все точки над «и» в той истории, что развела их в разные стороны.

— То, что я хотел тебя видеть – это правда. Но есть и другая причина, не менее важная. Я пришел, чтобы стать твоей силой.

— …!

Эмилия вздрогнула, вцепившись пальцами в простыни. В ее фиолетовых глазах промелькнуло сильное смятение.

Однако она быстро совладала с собой и нацепила на лицо улыбку – такую натянутую, что даже Субару все понял.

— О чем ты говоришь? У меня все в порядке. Тебе не о чем беспокоиться, честно…

— Скрывать что-то – явно не твой конек, Эмилия-тан. Я же проезжал через деревню. Я прекрасно вижу, что здесь творится.

— Вот как. Понятно.

Ее улыбка померкла. Тем не менее она не отвела взгляда. Субару восхитился ее стойкостью. Обычный человек, раздавленный бессилием, уже давно бы уставился в пол, но она не позволяла себе такой слабости.

— Понимаешь, Субару… я ведь полуэльф.

— Знаю. Я был на объявлении королевских выборов и много чего слышал. Поверь, я осознаю это получше многих.

Субару подошел ближе и опустился на одно колено перед кроватью, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— Я не собираюсь ненавидеть себя за свою кровь. Глупо винить себя за то, чем ты отличаешься от других. Я не хочу унижать себя этими мыслями.

— И это чертовски правильный подход.

— Но для окружающих все не так просто. Само мое существование внушает людям страх и тревогу.

Она говорила спокойно, подавляя горечь. Субару тоже изо всех сил старался не выдать нежности, что затапливала его сердце.

Она была прекрасна в этой своей борьбе с миром и собственной уязвимостью. Такая величественная и в то же время хрупкая.

— Рам сказала, что в лесу творится что-то неладное. Малые духи каждое утро дрожат от ужаса, предчувствуя нечто омерзительное. Грядет беда, от которой захочется зажмуриться.

— …

— Сейчас здесь слишком опасно, даже для тебя. Пожалуйста, уезжай из поместья прямо сейчас. Твое лечение ведь еще не закончено, так что…

— И ты думаешь, я брошу тебя и сбегу? Ты в опасности, деревня в опасности… Ты правда считаешь, что я такой человек?

Субару решительно качнул головой. Эмилия закусила губу, в ее голосе прозвучала неуверенность.

— Как только все будет готово, я тоже уеду. Мне нужно встретиться с Розваалем и во всем разобраться. Жители деревни пойдут со мной. Мы уже обсуждали это…

— Но они тебя не послушали, верно? Это ведь и было твое «но». Эмилия-тан, ты сама на себя не похожа, когда так запинаешься.

— Ах…

Поняв, что ее доводы рассыпаются на глазах, она умолкла.

— Я уже подготовил все для эвакуации людей и вас тоже.

— Что?

— В столице мне пришлось изрядно поклониться нужным людям, так что теперь в деревне собрано столько торговых драконьих карет, что хватит на всех жителей с лихвой. Для тебя и Рам тоже места забронированы. Прости, что без особого комфорта – бизнес-класса не завезли.

Субару вывалил на нее эти новости так быстро, что Эмилия только глазами хлопала, пытаясь осознать масштаб содеянного. Он же продолжал наседать, демонстрируя свою непоколебимую уверенность.

— Тех подозрительных типов в черном, что шныряли по лесу, мы уже изрядно проредили. Спасибо верным союзникам, которых я притащил из столицы. Остальных прищучим сразу, как закончим с эвакуацией. Все будет в лучшем виде, обещаю.

— Погоди, Субару… откуда ты все это знаешь? И как ты умудрился…

— Наверное, все дело в людях. Кто-то давал мне советы, кто-то предупреждал, кто-то заставлял учиться на ошибках. Одни поддерживали меня, другие верили в меня… или заставляли верить в них. В общем, все они помогли мне стать тем, кто стоит перед тобой.

Эмилия молчала, не зная, что и сказать на этот путаный, но искренний ответ.

Все, что Субару пережил в столице после их ссоры, невозможно было описать парой фраз. Он многое потерял, но приобрел гораздо больше – решимость вернуть все на свои места. И этот багаж сейчас придавал ему сил.

— Я ведь наговорила тебе тогда столько ужасных слов…

— Да пустяки. Если скажу, что не обиделся, то совру безбожно. Честно говоря, меня так накрыло, что я едва в депрессию не укатился, а кошмары снились такие, что хоть в петлю лезь.

— Мне так жаль, правда…

— Эй, не надо так серьезно, а то я совсем размякну. В общем, забудь. Хотя я сам буду помнить об этом до конца дней – просто чтобы не забывать, каким идиотом я был.

Эмилия изумленно распахнула глаза. Субару кивнул ей, подтверждая серьезность своих намерений. Тот позор в королевском замке выжжен в его памяти каленым железом.

Он никогда не забудет свою глупость и эгоизм, из-за которых Эмилии пришлось пережить столько боли. Именно поэтому…

— Сейчас я просто хочу помочь тебе. Я подготовился как мог. Не скажу, что все идеально, но это мой максимум. Пожалуйста, прими мою помощь.

— Но я ведь… я не должна быть такой слабой…

— Да будь слабой сколько влезет, Эмилия-тан.

Он беспечно улыбнулся, видя ее нерешительность. Субару понимал: статус кандидата обязывает ее быть сильной. Круш, Анастасия, Присцилла – все они были по-своему несокрушимы. Но он считал иначе.

— Я и сам слабак тот еще, но как-то ведь выкарабкался благодаря другим. Собираюсь и дальше нагло пользоваться чужой помощью. Но я не просто должник – я верну все сторицей и сам стану опорой для тех, кто тянул меня вверх.

— Ох…

— Так что на первых порах побудь той, кого тянут за руку. Станешь сильной потом. А пока давай просто будем рядом, подставляя друг другу плечо. Этого вполне достаточно.

Не обязательно быть совершенством с самого начала.

Идея о том, что монарх должен быть безупречным героем, казалась ему детской сказкой. Но он понимал, что мир ждет от нее именно этого. Именно поэтому ей не позволяли быть слабой.

«Но разве это такое уж преступление?» – думал Субару.

Даже будучи слабым, можно смотреть вверх и делать шаги вперед. И совсем не зазорно, если в этот момент рядом будет кто-то, кто верит в тебя.

— Я здесь только потому, что другие не дали мне упасть. И я хочу быть тем, кто поддержит тебя.

— Субару…

— Доверься мне, Эмилия-тан. Если ты не против, чтобы на твоем пути к трону рядом с тобой шел парень, который будет смотреть на мир твоими глазами.

Он увидел, как ее рука робко двинулась навстречу. Субару, не дожидаясь, пока она передумает, порывисто схватил ее за пальцы и помог подняться.

Они стояли совсем близко, не разжимая рук. Сердце Субару бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Маскируя свое волнение, он нацепил на лицо дерзкую ухмылку.

— Ну как, теперь подниматься стало хоть капельку легче?

— Субару, ты дурак.

Эмилия опустила глаза и тихо прошептала эти слова. Субару тут же занервничал, гадая, не переборщил ли он с панибратством.

— Дурак. Настоящий дурак. Глупый, глупый Субару.

— Эй, полегче! Ладно, признаю, диагноз верный, каюсь.

— Я ведь так старалась! Думала о том, как стать настоящей королевой, сколько всего мне нужно выучить и преодолеть. Твердила себе, что нельзя давать слабину, нельзя ни на кого полагаться…

Она уперла свободную руку в бок и начала отчитывать его, заметно оживившись. Субару оставалось только покорно принимать этот поток «эмилиязы», мысленно радуясь, что гроза миновала.

— Деревенские меня не слушали, Рам только исполняла приказы, не говоря ни слова против. Пак… ну, Пак – это Пак, а Розвааль вечно где-то пропадает. Я была совсем одна со всеми этими мыслями.

В самый трудный час ни Субару, ни Рем не оказалось рядом. Он корил себя за то, что ей пришлось нести это бремя в одиночку.

— Я уже почти решилась прикинуться злой ведьмой и обрушить на деревню ледяной дождь, чтобы просто заставить их бежать отсюда.

— Ого, ну хорошо, что до этого не дошло. Давай обойдемся без экстремального холода, ладно?

— И тут являешься ты! У меня и так голова шла кругом, а теперь ты еще и все эти вещи говоришь… ты просто невыносим.

Она тихо выдохнула, и в комнате воцарилась тишина. Субару замялся, не зная, как истолковать это затишье. Сейчас он казался себе ужасно самонадеянным и готов был провалиться сквозь землю. Если бы только можно было перемотать время и выдать речь посолиднее…

— Субару, у тебя опять лицо как у маски из театра.

— Скучал я по этим твоим сравнениям…

Он потер щеки, пытаясь вернуть лицу нормальное выражение, и посмотрел на Эмилию. Она тоже подняла на него взгляд. Время будто замерло.

— Послушай. Я все еще считаю, что тогда сказала тебе много обидного. Но я не считаю, что была неправа.

— Понимаю. И я тоже не жалею о своих чувствах. А вот о том, как я их выражал и к чему это привело – тут да, накосячил знатно.

— То есть ты признаешь, что все сделал не так?

— Каюсь по всем пунктам! Но в одном я уверен железно: я искренне хотел быть рядом.

Эмилия мягко улыбнулась, видя его упрямство.

— Мы так и стоим за руки. У тебя ладонь такая горячая.

— Думаю, у меня сейчас и уши пылают не меньше. Хочешь, чтобы я отпустил?

— Ты так крепко вцепился, когда поднимал меня…

Она слегка покачала их сцепленными руками. Это простое движение отозвалось в груди Субару теплой волной.

— Значит, ты снова пришел спасти меня? Субару.

— Если ты позволишь мне такую дерзость.

Она закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Затем снова посмотрела на него своим ясным, пронзительным взглядом.

— Рассказывай. Я хочу знать все о твоем плане и о людях, которые тебе помогли.

— Слушай внимательно. И не стесняйся хвалить меня, если впечатлишься.

— Не наглей.

Она легонько щелкнула его по лбу свободной рукой. Боли не было, но это мимолетное прикосновение заставило его сердце запеть. Субару отвернулся, пряча счастливую физиономию.

— Ладно, давай позовем Рам и все обсудим. У меня историй на три тома вперед, но сначала надо разобраться с текущими проблемами.

— Да, ты прав. Хотя мне ужасно любопытно.

Субару уверенно повел ее к выходу. То, что она покорно следовала за ним, придавало ему сил. Нужно было найти Рам, собрать вещи и проконтролировать эвакуацию. Вильгельм и Юлиус наверняка уже вовсю распоряжались в деревне.

Самый главный бой – бой с собственной совестью и страхом перед Эмилией – был если не выигран, то хотя бы приостановлен на почетных условиях.

— Субару, постой. Есть кое-что, что я должна сказать сейчас.

— А?

Он обернулся. Эмилия стояла, глядя на него с такой лучезарной улыбкой, от которой в комнате стало светлее.

— С возвращением.

И в этот миг он понял: ради одной этой улыбки стоило пройти через все круги ада.

http://tl.rulate.ru/book/982/12247039