Су Сяомань выслушала его и кивнула, она знала, что Лю Чжаоцян уже тронут, это хорошо, она надеется, что это возможно сделать.
Если нет, то можно подумать о других способах.
Самое главное в настоящее время для Су Сяомань - улучшить имидж и репутацию среди участников, а также делать больше хороших дел в производственной команде. Сила команды огромна.
«Сяомань, останься и поешь».
«Тетя, я не останусь, я хочу вернуться».
Тетя Ван Цяосю хотела оставить Су Сяомань дома на ужин, но Су Сяомань отказалась и, пошутив, покинула дом.
Перед уходом Ван Цяосю взяла Су Сяомань за руку и похвалила платье, которое она сшила: «Мастерство такой маленькой девочки как Су Сяомань великолепно, Сяомань из нашей семьи — искусная девочка, это платье не хуже, чем одежда сделанная на швейной фабрике. Отнесите его в универмаг и продайте, оно точно будет продаваться по хорошей цене».
Су Сяомань вышла из дома своего дяди, улыбка Ван Цяосю не исчезла, и она спросила своего мужа: «О чем Сяомань говорила с тобой сегодня?»
«Она не хочет идти работать на швейную фабрику в городе, Сяомань может это сделать, но она боится, что не выдержит таких трудностей».
Лю Чжаоцян покачал головой, выкурил сигарету и просто рассказал Ван Цяосю то, что ранее сказал Су Сяомань.
Как и ожидалось, в следующую секунду Ван Цяосю удивленно воскликнула: «Правда? Это то, что сказала Сяомань?»
Лю Чжаоцян молча кивнул.
Ван Цяосю увидела выражение его лица, её сердце упало, и она больше не говорила... За это время она увидела разочарование мужа в его производственной группе.
Будучи руководителем производственной группы без больших заслуг и ошибок, лидер всё ещё может жить дальше и сохранять пост, так как его не будут ругать окружающие из-за «бросания вслепую».
Цяосю, секретарь Лян пришел сегодня, чтобы убедить меня сдаться».
Ван Цяосю вздохнула, когда услышала эти слова, в этот момент в её сердце поселился большой камень, даже если раньше она злилась на своего мужа каждый день и швыряла вещи лежащие или стоящие вокруг неё, теперь всё действительно так как она хочет, но этот большой камень как будто упал на её грудь и она чувствовала себя очень нехорошо.
Она открыла масляный бумажный пакет, который Су Сяомань принесла раньше и там были четыре насыщенных цветущих булочки на пару, сладкий аромат сахара и привлекательный аромат мармелада сразу же рассеяли дымный запах от табака.
Лю Чжаоцян потёр нос, обжора в его желудке, казалось, пробудилась: «Что это?»
«Присланные Сяомань булочки на пару, которые были сделаны её собственными руками. Этот ребенок хорош в мастерстве».
Лю Чжаоцян взял одну из них в руку, разорвал на две части, одну половинку оставил себе, а другую отдал Ван Цяосю. Он опустил голову и попробовал её.
Ван Цяосю также попробовала булочку в несколько укусов, а остальные булочки оставила дома для детей.
«Это так мило, Сяомань действительно хороший ребенок, она положила так много сахара».
«Булочка хороша, ешь меньше и больше откладывай для детей. Нелегко есть её в будние дни».
В сельской местности, кроме новогодних праздников, где в будни можно хорошо поесть?
Ван Цяосю не могла не вздохнуть: «Когда мы сможем есть это каждый день, это будет счастливая жизнь».
"Есть рис и паровые булочки..."
Лю Чжаоцян сильно сжал кулаки, костяшки его пальцев оттопырились, глаза сузились, а голос взорвался: «Готово! В будущем каждый дом в нашей деревне сможет есть такие паровые булочки, они смогут их есть пока в них не перестанет влезать. Мучные булочки из прекрасной белой муки»!
Ван Цяосю была ошеломлена его внезапным громким голосом, и когда она пришла в себя, на её губах появилась улыбка и она с отвращением сказала: «Я не хочу есть паровые булочки, я хочу есть белый рис».
«Рис, хлеб, всё будет»!
После того, как Лю Чжаоцян принял решение, он пришел в бригаду, чтобы найти секретаря Ляна, и когда они отправились в уезд на встречу, они подали заявку на создание своей исследовательской группы, чтобы отправиться в отлично развитую коммуну и научиться прибыльному производству, получив опыт управления.
Эта исследовательская группа была одобрена округом. Кроме того, он также подал заявку в окружной фонд борьбы с бедностью и получил деньги для производственной команды. Он купил два трактора и у него ещё осталось немного лишних денег.
Окружная команда узнала, что он полон решимости возглавить развитие производственной группы и просто хотел стать
типичным примером для других. Округ надеется, что их производственная группа и деревня Цяосинь в целом сможет преуспеть.
В этой учебной группе всего семь мест, и Лю Чжаоцян принял трудное решение, выбирая кандидата.
«Образованная молодежь... Должно быть несколько образованных юношей и девушек, ,также в нашей деревне есть люди, старшее поколение, у который есть авторитет, они должны ехать, потому что эти люди всё увидели своими глазами, они возвращаются и рассказывают односельчанам, и все верят их словам».
«Молодежь в деревне тоже должна пойти…»
Ван Цяосю улыбнулась ему: «Ты беспокоился до того, как вопрос был решён, но теперь, когда он решён, почему ты всё еще беспокоишься? Разве это не хорошо?»
Лю Чжаоцян хлопнул себя по бедру: «Я доставлю неудобства кандидатам».
«Выбери лучших, Сяомань хочет научиться разведению тутовых шелкопрядов, так что возьми её».
«Лучшим среди образованных юношей должен быть Цзян Яньтан, и этот, как его там Линь Байцзюнь...» Выражение лица Лю Чжаоцяна стало немного неописуемым: «Если взять Сяомань пойти учиться и взять Цзян Яньтана, никто не знает, но что-то должно случиться."
У Лю Чжаоцян происходит стенокардия от этой мысли, у этого ребенка Сяомань... Она передумала на счёт Цзяна или у неё была эта идея с самого начала?
Если это так, то это слишком дальновидно.
У Лю Чжаоцяна сильно болела голова.
«Они едут учиться, поэтому не могут дурачиться».
Ван Цяосю выслушала слова своего мужа, наконец поняла дилемму Лю Чжаоцяна и подала ему идею: «Пусть Се Минту пойдет с Сяомань».
«Минту — честный, рассудительный и практичный мальчик. Он тоже молодой человек в нашей деревне. Удобно заботиться о Сяомань в дороге. Если он рядом, ничего не случится».
"Ты права!" Лю Чжаоцян сильно хлопнул в ладоши: «Твоя идея гениальна!»
Таким образом кандидаты определились.
В бригаде Санли коммуны Байши в провинции Линь есть семь мест для учебы, которые заняли в итоге: Цзян Яньтан, Хэ Лян, Су Сяомань, Чжан Лили, Се Минту, Чэнь Цзиин, Тан Цзяньцян.
Среди семи мест только Цзян Яньтан и Хэ Лян являются образованными молодыми людьми в команде, а остальные пять являются членами коммуны. За исключением упрямого старика Чэнь Цзиина, Су Сяомань и другие, всё они молодые люди из производственной группы.
Лю Чжаоцян также с нетерпением ждёт, когда эти молодые люди научатся пользоваться тракторами и другими инструментами, а когда они вернутся, то смогут сразу приступить к работе с использованием машин.
«Исследовательская группа? Собираются учиться на улице?»
«Чэнь Цзиин, эта старая кость, тоже уходит?»
«Что может быть хорошего снаружи? Хочешь последовать туда?»
"Я хочу идти, мы не хотим быть бедными!"
…
Учреждение учебной группы для обучения в провинции было написано в виде объявления и наклеено на специальной доске объявлений. Лю Сан, который знал несколько слов, прочитал уведомление и объяснил его другим. Большинство слушало и обсуждало. Было сказано несколько слов.
Эти люди, редко бывающие вдали от родины, не заинтересованы в обучении за её пределами.
«В подборке все молодые люди лет двадцати, да, пусть молодые выходят!»
"Цзян Яньтан и Хэ Лян превосходны..."
Об этом говорили и образованные молодые люди, за обедом.
В отличие от сельских жителей, молодые образованные молодые люди с нетерпением ждут возможности увидеть мир и учиться в других провинциях. Для них это не тяготы и усталость пути, а чрезвычайно притягательное благое дело для людей.
Ван Лань, образованная девушка, бросила работу, думая о своей тёте в Линьсине, и очень хотела появиться в тех местах, чтобы учиться, она хотела увидеть свою тётю и еще больше хотела попросить своего дядю "завязать отношения", чтобы он вытащил её отсюда.
Образованный юноша спросил: «Как определяется квота на это исследование?»
"Кажется, молодые люди..."
В это время человек воскликнул: «В квоте есть Су Сяомань?!»
«Су Сяомань и Цзян Яньтан собираются учиться вместе!»
Его слова взорвали весь сбор образованной молодежи, и у многих людей внезапно появилось странное выражение лица. Ван Лань сильно ударила по столу и закричала, что это несправедливо.
"Это нечестно!"
«Су Сяомань может пойти… почему Су Сяомань может пойти! Мы, образованные молодые люди, имеем академическую квалификацию и умеем читать, так почему им должны давать больше мест?»
«Почему у нас только двое образованных молодых людей?»
"Не честно!"
«Эта Су Сяомань! Не должна быть Су Сяомань!» Ван Лан подняла шумиху в кругу образованной молодежи: «Руководитель производства — дядя Су Сяомань, поэтому он благоволил к ней и позволил ей учиться».
«Ба! Должно быть, она пытается приставать к Цзян Яньтану!»
"Бедняжка, хах, как неубедительно, будем судиться с ней!"
"Есть проблемы! Образованная молодежь создает проблемы!"
«Всё зависит от бригады».
«Секретарь бригады здесь, чтобы разобраться с этим!!»
Список был окончательным. Лю Чжаоцян, который думал, что всё сделал правильно, не ожидал, что из-за количества мест произойдет ещё один несчастный случай, который опустошит его. Секретарь Лян пришел поговорить с ним лично.
«Тогда Ван Лан сказала: Су Сяомань твоя племянница?»
«Сяомань моя племянница». У Лю Чжаоцяна болела голова, Су Сяомань - его племянница, а также инициатор, который подтолкнул его к этому.
Секретарь Лян нахмурился и раскритиковал: «Вы не можете использовать кумовство, понимаете, если случится, массы поднимут шум из-за несправедливости».
«Вы должны еще раз рассмотреть эту квоту. Вы должны позволить выдающимся товарищам учиться».
Лю Чжаоцян горько улыбнулся и объяснил: «Секретарь, для этого есть причина. Я расскажу вам от начала до конца, это немного отличается от того, что сказала Ван Лан…»
«Главное объяснить это не мне, а сделать так, чтобы всем было понятно».
«Было много жалоб».
Секретарь Лян махнул рукой и на самом деле не хотел слушать объяснения другой стороны. Теперь, когда дело всколыхнулось, оно оказало дурное влияние на массы, этот вопрос должен быть решен как можно скорее.
Секретарь Лян попросил Лю Чжаоцяна выступить, а группа людей наблюдала за волнением снаружи. Секретарь Лян и Лю Чжаоцян толкнули дверь и вышли. В дальнем левом углу толпы Ван Лан держалась за руки и выглядела неудовлетворённо, в то время как несколько образованных молодых людей рядом с ней убеждали её.
«Ван Лань, забудь об этом, не создавай проблем».
«Какая большая шумиха, вы хотите создать проблемы в команде».
«Измените квоту, пусть Су Сяомань публично признает свою ошибку!!»
…
Взгляд секретаря Ляна задержался на теле Ван Лан на три секунды, он увидел молодую девушку, появившуюся из толпы. Глаза этой Лан немного красивее, чем у людей на плакатах.
«Секретарь, я Су Сяомань».
Секретарь Лян на мгновение был ошеломлен: «Вы Су Сяомань?»
Секретарь Лян встречался с Су Сяомань раньше, но девушка перед ним была намного красивее, чем Су Сяомань, по его впечатлению. Она выглядела не как деревенская девушка, своим темпераментом, больше похожая на образованную девушку из города, которая выросла в городе.
Су Сяомань кивнула, но прежде чем она успел заговорить, кто-то из толпы странно сказал: «Она Су Сяомань».
Человеком, сказавшим это, оказалась Ван Лан, которая держалась за грудь и выглядела недовольной.
Ван Лан уже давно не любила Су Сяомань. Она завидует красоте Су Сяомань и даже возмущена связью Су Сяомань с Цзян Яньтаном.
Да, Ван Лан любит Цзян Яньтана. До того, как Су Сяомань преследовала Цзян Яньтана, Ван Лан ненавидела её так сильно, потому что боялась, что Цзян Яньтан попадет на крючок лисы Су Сяомань. Когда Су Сяомань вышла замуж за Се Минту, ей немного полегчало.
Даже если она не сможет занять это место, она не должна позволить Су Сяоманьэто сделать, она не может дать Су Сяомань еще один шанс преследовать Цзян Яньтана.
«После замужества она всё равно должна найти способ бегать за ним».
«Наглая, бессовестная».
Ван Лан несколько раз сердито ругала Су Сяомань, но обнаружила, что Су Сяомань пристально смотрит на неё и совсем не раздражена её словами.
Су Сяомань взглянула на группу людей с насмехающимися лицами, которые ожидают увидеть волнение и спокойно сказала: «Вы видели, как я разговаривала с Цзян Яньтанов в эти дни?»
«Почему вы говорите, что я связана с Цзян Яньтаном?»
Взгляд Су Сяомань остановился на секретаре Ляне: «Секретарь Лян, теперь я замужем, и мой Се Минту также является членом нашей бригады Циншуй».
«Я знаю, что я раньше совершала неприятные вещи, но теперь… Для лучшей жизни в будущем я хочу активно участвовать в построении производственной бригады. Все в деревне знают, что я не хороша в хозяйстве, так как слаба, на плечах не могу ничего нести, руками не могу ничего поднять...»
«Но есть специализации в производстве и женщины в них полнеба держат! Мы, товарищи женщины, откликнулись на призыв председателя и продвинули вперед свои преимущества. Я хорошо разбираюсь в женских вещях, поэтому взяла на себя инициативу найти начальника производства и попросила его взять меня чтобы поехать в провинцию для изучения прививания тутовых деревьев и выращивания шелкопрядов».
Секретарь Лян не мог не кивнуть, будучи в состоянии сказать эти слова, он относился к Су Сяомань немного по-другому.
"Хм!" У образованного юноши рядом с ним прозвучала насмешка.
«Даже если вы хотите учиться, вы должны отдавать предпочтение нашей образованной молодежи. Наша образованная молодежь имеет высокий культурный уровень, широкий спектр знаний и лучше научится прививать. Мы должны пускать туда больше молодых образованных молодых людей, Су Сяомань, что можешь ты? По сравнению с другими образованными девушками?»
Это сказал не Ван Лан, а другой образованный юноша по имени Сунь из толпы. Когда он сказал это, другие образованные молодые женщины кивнули и подтвердили сказанное, даже среди жителей деревни были согласные с этим. Многие люди считают его слова очень разумными.
Как Су Сяомань может сравниться с образованной девушкой.
«Я член нашей бригады Циншуй. Хотя мой уровень образования невысок, я активно учусь дома. Раньше меня высмеивали за мой низкий уровень образования, но я верю, что благодаря усердной учёбе, даже если уже поздно учиться читать в восемнадцать лет, я смогу». Су Сяомань достала книгу по каллиграфии, открыла её и показала всем. Ряды в книге были заполнены красивыми буквами, как будто они были напечатаны.
«Вот что я написала, когда упала в воду и заболела».
Книга по каллиграфии содержит цитаты великих людей и некоторые новости.
Секретарь Лян похвалил её: «Вы хорошо пишете».
Сельские жители сбоку тоже кивали головами. Хотя они были не очень грамотными, строки в книге Су Сяомань действительно были красиво написаны. Красота каллиграфии совсем не необоснованная, она очень узнаваема, а еще очень изящна и красива.
Многим сельчанам даже казалось, что эти слова выглядят намного лучше, чем слова, написанные образованной молодежью раньше.
«Почерк Су Сяомань такой красивый!»
«Я думаю, что это написано лучше, чем у образованных молодых людей».
«Образованная юноши и девушки написали что-то, чего я не могу распознать, но она написала это гораздо яснее».
…
Секретарь Лян перевернул книгу по каллиграфии и увидел, что владелец книги по каллиграфии делает успехи, он не мог не кивнуть в восхищении: «Вы добились больших успехов в каллиграфии, вы трудолюбивы. Да, хороший пример!"
Су Сяомань улыбнулась: «Секретарь Лян, я активно учусь и пытаюсь стать ближе к организации. Я верю, что местные жители бригады Циншуй всё ещё могут стать учёными и грамотными людьми».
Эти слова нашли отклик у некоторых сельчан, а некоторые шептались: «Если у нас будут условия горожан, обучение детей чтению будет неплохим».
Су Сяомань внезапно вынула три только что сорванных листа, подошла к Ван Лан и спросила: «Ты знаешь, что это за листья?»
На её руке три вида зеленых листьев, все они похожи внешне, а зеленые линии хорошо видны при свете дня.
Это обычные листья в деревне.
Ван Лан ошеломленно посмотрела на три листа перед ней, она была немного смущена: «Разве эти листья не одинаковы?»
Человек, знающий, что они разные тут же вмешался: «Как это одно и то же, очевидно же…»
«Не говори об этом, посмотрим, что ответит Ван Лан».
Ван Лан поджала губы. По её мнению, это зеленые листья, которые можно увидеть повсюду, и она не может их различить. Это листья тутового дерева?».
Ван Лан, казалось, внезапно схватилась за спасительную соломинку, «…листья тутового дерева».
Да, эти листья, листья шелковицы!
Секретарь Лян тоже подумал об этом сейчас, посмотрел на Ван Лан и с любопытством спросил: «Вы можете опознать листья тутового дерева?»
Я только что сказала, что хочу научиться прививать тутовые деревья, но я не могу не знать тутовые листья.
Ван Лань закрыла глаза, в ее голове возникло смутное представление о листьях тутового дерева, она подумала немного возмущенно, она всегда может выбрать правильный, указывая на средний: «Это лист тутового дерева!»
Су Сяомань покачала головой, Ван Лан, казалось, была облита холодной водой, она сделала шокирующее оправдание: «Все эти листья выглядят одинаково, как обычные люди могут узнать эти листья один за другим?»
Су Сяомань поманила в толпе кое-кого. Десятилетний мальчик подозрительно указал на себя и подошел.
— Вы узнаете эти листья?
Мальчик кивнул: "Это анисовый клён, это конопляный лист..."
Он назвал листья на просторечии.
Эти листья похожи на листья шелковицы, но это не листья шелковицы.
Су Сяомань сказала: «Секретарь Лян, жители нашей деревни выросли в горах. По сравнению с образованной молодежью из города, хотя мы мало учимся, у нас также есть свои преимущества».
«В такой учебной группе должно быть место для образованной молодежи, но из нашей деревни должно быть больше места для молодых людей. Наши люди из Циншуй были здесь на протяжении поколений, и мы должны создать нашу производственную команду. Сила в наших собственных руках, мы всегда будем здесь укоренены...».
Ее слова были решающими и после того как сцена на мгновение затихла, другой женский голос в толпе немедленно ответил: «Сяомань права!»
Человеком, который говорил в это время, была Цзян Юйлин, подруга невестки семьи Су Ян Инцзы.
«Почему Су Сяомань не может ходить в школу? Почему она не может сравниться с этими образованными девушками?»
«Сяомань очень хорошо шьет одежду, давайте посмотрим на эту одежду, она шила для своей невестки раньше, Инцзи, возьми её и покажи всем… Давайте посмотрим, эти швы тонкие?»
"Эй, вышивальщица, иди смотри!"
Из-за того, что образованная девушка сказала о Су Сяомань, Ян Инцзы вспомнила, что нужно принести одежду, которую Су Сяомань помогла сделать, просто чтобы показать её другим людям.
«Ой, эта вышивка красивая».
«Это действительно мастерство Сяомань? Вышивка такая красивая».
«Я подтверждаю это! Это действительно ремесло Сяомань. В последний раз, когда я была в доме Шуфэн, я видела, как их невестка обсуждала изготовление одежды…»
…
«Мастерство Су Сяомань действительно хорошее, она красивая и добродетельная».
«Я слышал от семьи Се, что она ещё и хорошо готовит».
«Я слышал, как старик Се хвалил её за то, что она хорошо готовит».
…
«Неплохо, неплохо». Секретарь Лян несколько раз кивнул: «Су Сяомань, вы молодая девушка из бригады Циншуй хороши.»
Слова госсекретаря Ляна всё решили.
Лицо Ван Лана побледнело.
«Су Сяомань подходит, но потом… другой человек? Потом Се Лаову, почему он подходит?»
«Се Лаову тоже ребенок, родившийся и выросший в нашей деревне. Он высокий и сильный. Молодежь должна учиться».
«Секретарь Лян». Лю Чжаоцян сказал: «Я тщательно выбирал этих людей. Я расскажу вам подробнее».
Ван Лан отправилась устраивать сцену, хотя окончательная квота не изменилась, но секретарь Лян учел пожелания образованной молодежи, отправился в уезд, чтобы получить место, а затем добавил к учёбе ещё одно для образованной молодежи.
В квоте есть два образованных юноши, так что добавьте еще одного образованного юношу или девушку, Лю Чжаоцян пусть все образованные люди выберут сами кого отправить.
В конце концов, Ван Лан не была выбрана, а это место "упало на голову" другой образованной девушки, Чжао Цинцин.
Отношения между Чжао Цинцин и Ван Лан не очень хорошие. Теперь всё хорошо. Она прямо и тайно издевается над кем-то за то, что «неудачная кража цыплят заставляет потерять рис».
«Благо, не упадёт на некоторых людей».
Ван Лан была так зла, что даже не ела.
Цзян Яньтан и его сосед по комнате Линь Байцзюнь закончили есть и просто вымыли посуду водой. Линь Байцзюнь вытер её о свою одежду и вздохнул: «Цзян Яньтан, ты заметил, что Су Сяомань не такая, как раньше?».
«Она даже может сказать эти слова».
Цзян Яньтан, державший книгу, на мгновение был ошеломлен и красивая девушка, которая как будто светилась, бессознательно появилась в его сознании.
Её волосы и красные губы казались очень незнакомыми, но всё ещё свежи в его памяти.
Су Сяомань сначала вернулась к семье Су, вся семья Су смотрела на неё и радовалась, вопрос был решен и их семья была очень счастлива.
«Наша Сяомань не такая как раньше».
«Ваш дядя только что пришёл чтобы похвалить вас, сказав, что у вас хорошее поведение».
«Хорошо, хорошо, что сестра наконец-то не хочет думать об этом Цзян Яньтане».
Су Сяомань нашла в доме Су несколько старых книг. Чтобы доставить удовольствие Цзян Яньтану, она активно сближалась с интеллектуалами и покупала много старых книг, чтобы вернуться к учебе, в том числе несколько старых учебников для средней школы.
Она планирует отнести их в дом Се.
Обиженный маленький бедняжка, прижавшись к окну классной комнаты, чтобы подслушивать класс. - Именно так думая о сцене, описанной тётей Чжоу, Су Сяомань не могла не почувствовать прилив грусти.
Она упаковала старые книги взяла их в руки чтобы отнести в дом Се.
«Ман Ман, ты другая».
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/85774/2770286
Сказали спасибо 109 читателей