Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2004: «Ты же сам это сказал, маленький Линь»

Масштабная битва мастеров, не достигших Святого пути, завершилась бесшумно и внезапно, стоило лишь появиться Лагерю Кровавого Знака.

Такого исхода не ожидал никто!

Многие предполагали, что бурю уже не остановить: после гибели Чжао Уцзи Дворец Черных Перьев неизбежно введет в бой мастеров стадии Святого пути. Спор за Высший святой меч с огромной вероятностью перерос бы в открытое столкновение двух Святых Земель.

Учитывая мощь секты Небесного Дао, те силы, что были явлены миру, – лишь верхушка айсберга; у них наверняка имелись козыри в рукаве. Стоило бы святым из Дворца Черных Перьев вступить в игру, как секта Небесного Дао ответила бы тем же, и священная война стала бы неизбежной.

Никто и помыслить не мог, что всё закончится так внезапно.

С появлением Су Цзыяо Лагерь Кровавого Знака стремительно пришел и так же быстро исчез, а главный виновник торжества, Е Цинтянь, покинул поле боя с непринужденной легкостью.

Несколько полусвятых из Дворца Черных Перьев застыли с перекошенными от ярости лицами. Гнев кипел в их глазах, но они не смели проронить ни слова, лишь молча провожали взглядами удаляющуюся конницу.

Ехать на одной драконьей лошади с девятой принцессой… На такое не посмели бы покуситься даже великие святые, что уж говорить о них, простых полусвятых.

— Проклятье, как этот Е Цинтянь умудрился связаться с девятой принцессой? — Прошипел один.

— И явилась она так вовремя! — Добавил другой.

— Неужели мы так это и оставим? — В их голосах сквозила нескрываемая обида.

Дворец Черных Перьев правил в северных землях, чувствуя себя полноправным владыкой Бэйлина, но даже они не решались на открытый конфликт с Империей Божественного Дракона – невообразимым колоссом. С тех пор как три тысячи лет назад в небесах воссияли Девять Императоров, они в кратчайшие сроки усмирили все восемь сторон света, превратившись в живую легенду.

— И это всё? Просто ушел? — Владыка пика Пурпурного Грома, стоявший рядом с Му Чуанем, не мог поверить своим глазам. Он был в глубоком замешательстве, совершенно не ожидая подобного поворота.

Му Чуань покачал головой:

— Ничего не понимаю. — Он и сам не догадывался о связи Линь Юня с Су Цзыяо. Пожалуй, лишь Е Цзылин знала правду, но было очевидно, что она сохранит это в тайне.

Гул!

В этот момент над площадью внезапно нависло величие Святого пути. За спиной одного из прибывших раскрылись черные крылья, и он опустился там, где стояли люди из Дворца Черных Перьев.

— Приветствуем Святого Повелителя Кун Яна! — Старейшины и ученики поспешно склонились в глубоком поклоне.

Кун Ян был тем самым святым, что охранял город Пустоты от лица Дворца Черных Перьев. Его лицо было бледным от ярости. Он выступал в роли скрытого козыря и всё это время тайно наблюдал за битвой, готовый в случае неудачи выхватить Высший святой меч и скрыться. Его сила была велика – он почти достиг ранга святого лорда, обладая тысячелетним опытом культивации.

— Святой Повелитель! — В глазах людей из Дворца Черных Перьев вспыхнула надежда. Раз он явился лично, возможно, еще не всё потеряно. Если броситься в погоню прямо сейчас, быть может, удастся отбить Е Цинтяня у Су Цзыяо. Риск огромен, но игра стоила свеч.

Даже если они не посмеют тронуть Е Цинтяня, присутствие Святого Повелителя позволяло захватить людей из секты Небесного Дао и секты Меча, чтобы заставить парня вернуться.

— Святой Повелитель! — Они заволновались, их взгляды горели нетерпением, ожидая приказа к действию.

Кха!

Но Кун Ян внезапно, без всякой видимой причины, сплюнул кровь. Он согнулся, прижимая руку к груди, и едва удержался на ногах. Окружающие в ужасе бросились его поддерживать.

— Надо же, выдержать мой удар и продержаться так долго… Святые Дворца Черных Перьев и впрямь на что-то годны, — раздался звонкий смех. Перед ними, лучезарно улыбаясь, предстала женщина с иссиня-черными волосами и ясным взором. Она словно сияла, окутанная священным ореолом, а её изысканная красота ослепляла.

Гу Цзыцзин и Цзян Юньтин узнали её и вздрогнули от неожиданности. Это была та самая таинственная женщина из поместья Цзанцзянь. Та, на которую даже Фэн Уцзи не смел смотреть свысока. Неужели и она пришла помочь Е Цинтяню?

— Проваливайте, — бесцеремонно бросила Фэн Юй. — Если еще хоть раз посмеете позариться на Высший святой меч, не взыщите – я лично разнесу ваш филиал в городе Пустоты в щепки.

Люди Дворца Черных Перьев задохнулись от негодования. Им хотелось выкрикнуть в ответ что-то дерзкое, спросить, откуда у неё такая смелость, но Кун Ян остановил их. Он не посмел задерживаться ни на секунду.

— Она – святой лорд… Уходим. Быстро! — Едва выдавил он, и группа позорно ретировалась.

Видя, как бесславно сбежали представители Дворца Черных Перьев, остальные десять священных земель меча почувствовали, что окончательно потеряли лицо. Они начали тихо расходиться, не желая больше здесь оставаться. Этот поход обернулся посмешищем: не получив никакой выгоды, они лишь послужили ступенью для возвышения Е Цинтяня. После этой битвы его имя неизбежно прогремит на весь Куньлунь, и ничто не сможет остановить его триумф.

— Благодарю секту Меча за помощь, — обратился владыка пика Пурпурного Грома к Му Чуаню.

Му Чуань улыбнулся в ответ:

— Мы все – соратники из Восточных Пустошей, к чему церемонии? Нам тоже пора. Е Цинтянь, скорее всего, направился в Священный Союз.

Они не стали медлить и двинулись следом за отрядом Лагеря Кровавого Знака. Вскоре на месте недавнего побоища воцарилась тишина. Устрашающее поле битвы опустело, зеваки разбрелись. Всё произошло слишком быстро, а закончилось еще быстрее – Высший святой меч был благополучно вывезен.

Спустя долгое время на пустую землю опустилась фигура. Это был мужчина средних лет с копной седых волос, одетый в странное одеяние, с ожерельем из костей на шее. За спиной у него покоился белый костяной нож, а во взгляде читалась пугающая свирепость. В его зрачках мерцало призрачное пламя. Это был один из Семи Святых Черной Горы Восточных Пустошей – Святой Костяного Ножа.

— Надо же, его забрала девятая принцесса. Этому смазливому личику чертовски везет, — пробормотал он себе под нос.

В тот же миг с небес пали две тени. Они возникли перед Святым Костяного Ножа, бесстрастно взирая на него.

Тот лишь усмехнулся:

— Секта Небесного Дао высокого мнения о моем смиренном лице, раз прислала сразу двух великих святых следить за мной.

Преградили ему путь две наставницы Линь Юня: Святая Меча Тяньсюань и Великая Святая Цзинчэнь. Они прибыли давно, но не хотели поднимать шумиху, поэтому охраняли ученика из тени.

— С каких это пор Святой Костяного Ножа стал цепным псом Тяньсюань-цзы? — Ледяным тоном спросила Великая Святая Цзинчэнь. До них дошли слухи, что Тяньсюань-цзы тайно нанял мастеров из Восточных Пустошей, чтобы перехватить Высший святой меч.

Святой Костяного Ножа рассмеялся:

— Семь Святых Черной Горы дружат с Тяньсюань-цзы уже более двухсот лет. Эта дружба куда весомее, чем долги перед сектой Небесного Дао. Не делайте ложных выводов, Великая Святая Цзинчэнь.

— Не вмешивайся в это дело, — холодно отрезала Святая Меча Тяньсюань.

— В какое именно? — С издевкой переспросил он.

Глаза Святой Меча сузились, лицо подернулось инеем, а во взгляде начал копиться морозный холод смертоносного намерения.

— Женщины – это нечто ужасное. Еще и слова не промолвили, а уже тянутся к оружию. Пожалуй, я покину ваше общество, — Святой Костяного Ножа взмыл в воздух и стремительно скрылся.

Наставницы Линь Юня проводили его взглядом, но вступать в бой не стали. Семь Святых Черной Горы были весьма опасной силой в Восточных Пустошах, и без крайней нужды ссориться с ними не стоило.

— Следуй за ним, — сказала Святая Меча Тяньсюань. — Эта девчонка из Империи Божественного Дракона не внушает мне доверия. А я лично загляну в поместье Цзанцзянь.

Великая Святая Цзинчэнь кивнула. Внезапное появление девятой принцессы и её двусмысленное отношение к Е Цинтяню спутало им карты. Это было слишком необычно и могло повлечь за собой новые проблемы, так что присмотр был необходим.

В поместье Цзанцзянь тоже нужно было наведаться: раз святой меч уже «одолжен», следовало успокоить старого главу. Линь Юнь навел слишком много шороху, и наставницы не ожидали, что Собрание Знаменитых Мечей обернется такой бурей. Этот мальчишка совершенно не давал им покоя!

Проще говоря, Линь Юнь выставил поместье Цзанцзянь в крайне неприглядном свете, и Святой Меча Тяньсюань нужно было сгладить последствия, пока дело не приняло необратимый оборот. Мнение Линь Юня в поместье могли и проигнорировать, но визит самой Святой Меча Тяньсюань – это был жест, которым пренебречь никто бы не осмелился.

…

Пурпурно-золотая драконья лошадь, на которой скакали Линь Юнь и Су Цзыяо, мчалась с невероятной скоростью, проносясь по равнине подобно призрачному видению. Даже обычный полусвятой едва ли смог бы развить такой темп.

Лишь когда вдали показались очертания величественного города, лошадь замедлила бег.

— Цзыяо, как ты здесь оказалась? — Спросил Линь Юнь, сидя позади неё.

— Я всё это время была в Южном регионе. Несколько дней назад слухи о Собрании Знаменитых Мечей разлетелись повсюду. У меня сразу возникло чувство, что это можешь быть ты. Приехала – и не ошиблась, — Су Цзыяо правила лошадью, слегка откинувшись назад и прижавшись спиной к груди Линь Юня. Они сидели совсем близко.

Длинные волосы девушки, подхваченные ветром, щекотали лицо Линь Юня, словно ивовый пух.

— Но как ты поняла, что это я? — Не унимался он.

— Получай! — Су Цзыяо звонко и ощутимо шлепнула его по руке. Сама же на мгновение замерла, а затем, рассмеявшись, принялась нежно поглаживать ушибленное место.

— На твоем пальце повязана нить моих чувств, — объяснила она. — Где бы ты ни был, какой бы облик ни принял, я всегда тебя узнаю.

Линь Юнь смущенно улыбнулся и, переплетя свои пальцы с её тонкими пальчиками, ответил:

— Я просто хотел тебя проверить.

Они не виделись много лет, но эта встреча стерла все преграды. Между ними не было ни капли отчужденности, любая нежность казалась естественной. Их отношения не походили на обычный роман, но, казалось, они любили друг друга сильнее любых влюбленных.

Множество слов таилось в глубине сердец, но произносить их было необязательно – они и так понимали друг друга. Это была та невыразимая словами связь, какая существует между Линь Юнем и Погребением Цветов, когда двое становятся неразделимы. Разве что в их случае Линь Юнь охотнее сам стал бы мечом в руках Су Цзыяо.

— Приехали. Спускайся, — Су Цзыяо натянула поводья, глядя на высившуюся впереди громаду города.

Это был город Святого Грома – главный оплот Священного Союза в Южном регионе, где находились межрегиональные массивы телепортации.

— Разве ты не пойдешь со мной? — Линь Юнь не хотел расставаться и чуть сильнее сжал её руку.

— Мне нужно участвовать в облаве на филиал культа ведьм, дело срочное, пора возвращаться. — Су Цзыяо обернулась. Её лицо, прекрасное и величественное, оказалось совсем рядом. Эта неземная красота словно расцвела в самой душе Линь Юня мириадами ярких цветов.

Линь Юнь внешне остался спокоен, но сердце его бешено заколотилось – она была слишком прекрасна. Не успел он опомниться, как Су Цзыяо поцеловала его в губы, а затем резко и больно прикусила. Прикусила так сильно, что выступила кровь. И пока Линь Юнь шипел от боли, она легким движением столкнула его с лошади.

Линь Юнь плавно приземлился, зависнув в воздухе, коснулся пальцами окровавленной губы и беспомощно улыбнулся.

— Неужели даже не проводишь? — Крикнул он, подняв голову.

Су Цзыяо посмотрела на него сверху вниз и с улыбкой произнесла:

— Сердце мужа твердо, как сталь, он пробует свои силы, латая трещины в небесах. Женщины лишь мешают твоей скорости извлечения меча. Ты же сам это сказал, маленький Линь.

Линь Юнь на мгновение опешил, а затем возразил:

— Последнюю фразу я не говорил!

— Смысл тот же, — отрезала Су Цзыяо. — И не воображай, будто убийство одного полусвятого стадии Пурпурного Истока – это великое достижение. Я таких сотню уложу. Без постижения Великого Дао стадия Пурпурного Истока – пустой звук.

Линь Юнь криво усмехнулся: его только что принизили.

— Поскорее пробивайся в полусвятые, тогда я навещу тебя. У меня для тебя припасен подарок. — Су Цзыяо уже собиралась развернуться, но вдруг что-то вспомнила и, оглянувшись, добавила с улыбкой:

— И не скучай по мне. Ведь ты знаешь – я обязательно буду скучать по тебе.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759722