Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 569: «Завтрашний бой, я жду тебя!»

Глава 570.

Бум-грохот!

Гром, порожденный намерением меча, был громким и внушительным, сотрясая уши. Безграничное Врожденное намерение меча, близкое к стадии Большого Успеха, танцевало с ветром и облаками в небесах.

На зрительских трибунах бесчисленные взгляды, полные крайнего изумления, были прикованы к юноше в лазурном.

Он мертв!

Цао Сю, которого Академия Белой Яшмы считала своей козырной картой и которого они не хотели выпускать на поле боя в первых двух сражениях, умер вот так – жалким и унизительным образом, от одного удара меча Линь Юня.

Снова этот меч, «Удар Грома, Рассекающий Молнию». Когда он заставил Цзян И отступить, все уже оценили его мощь.

Эта мощь заставила Цзян И из секты Небесного Облака вынужденно признать поражение.

Но все недооценили этот меч. Только когда он действительно обрушился на Цао Сю, они поняли, насколько он был ужасающим.

На многих местах для сильных культиваторов города Ючжоу люди переглядывались. По их разумению, такой удар меча не мог быть нанесен культиватором на стадии Иньской Тайны.

Он был слишком устрашающим и невероятным, что заставляло людей сомневаться.

Но никакие сомнения не могли изменить фактов: Академия Белой Яшмы потерпела сокрушительное поражение.

Сначала Линь Юнь отрубил Ло Шэню правую руку, затем левую, а третьим ударом отсек голову. Затем, в мгновение ока, он взмахнул мечом девяносто девять раз, отбросив все метательное оружие Чэнь Юя, а потом еще одним лучом меча превратил его в прах.

А Цао Сю погиб самым унизительным образом. У него еще были силы сражаться. Он думал объединиться с Бай Юйчэнем, чтобы использовать свои козыри и уничтожить Линь Юня.

Но он никак не ожидал, что его разрубят пополам одним ударом, прежде чем он успеет что-либо сделать. Насколько это унизительно, невозможно описать словами.

Смерть, возможно, не самый худший конец. Те, кто остался в живых, возможно, испытывают еще больше боли.

На огромной арене Бай Юйчэнь дрожал от страха перед приближающимся Линь Юнем. Его ноги подкашивались, губы дрожали. Он хотел сдаться, но, бормоча, не мог произнести ни слова. Он был совершенно парализован страхом.

Но никто не осмеливался смеяться над ним, лишь сочувствовал. На месте Бай Юйчэня, возможно, многие выглядели бы еще хуже.

Человек, с которым ты только что разговаривал, в следующее мгновение разрублен пополам. Этот шок, этот удар – от одной мысли о нем волосы вставали дыбом.

Свист!

Линь Юнь внезапно остановился. Он окинул взглядом Бай Юйчэня, а затем перевел взгляд на старейшину в холщовой одежде за пределами арены. — Я должен был победить в этом «адском режиме», верно? — Равнодушно спросил он.

Голос юноши был негромким, но в мертвой тишине арены он прозвучал, как гром, разбивший безмолвие и вернувший многочисленных зрителей из шока после смерти Цао Сю.

— Действительно, он уже победил…

— Этот Бай Юйчэнь даже сдаться не может. Он опозорил не только Академию Плывущих Облаков, но и, наверное, Павильон Лазурного Древа.

— Его нельзя винить, правда, нельзя. Любой другой, вероятно, поступил бы так же.

— Слишком жалко… Бай Юйчэнь жалок, но Академия Белой Яшмы еще более жалка. Это, вероятно, первый случай в истории Состязания Пяти Академий, когда кто-то успешно прошел «адский режим». Даже если Линь Юнь проиграет Цао Чжэню завтра, Академия Тяньфу уже укрепила свое положение.

— Верно, для секты самое главное – это дух и репутация. Этой битвой Линь Юнь вернул Академии Тяньфу честь после унижения двадцатилетней давности и поднял боевой дух. С репутацией и духом секта обязательно процветет.

После удивления и замешательства по зрительским трибунам прокатился шепот и гул обсуждений.

Но некоторые все еще выглядели растерянными, их глаза были полны шока. Будь то Бай Юйчэнь, Цао Сю или Ло Шэнь, погибший первым, все они были лидерами своих фракций. Возможно, не монстрами, но уж точно не слабыми!

По крайней мере, в городе Ючжоу немногие из их сверстников могли сравниться с ними. Но теперь все они потерпели поражение, причем проиграли, сражаясь сообща, одному юноше-сверстнику.

Молодой господин Цзанхуа, Линь Юнь!

Несомненно, эта битва прославит имя Молодого господина Цзанхуа во всем городе Ючжоу.

Старейшина в холщовой одежде, выполнявший роль судьи, пользовался немалым авторитетом в городе Ючжоу. Его сила и знания были выдающимися.

Ранее, когда Линь Юнь выбрал «адский режим», он не выказывал никаких эмоций, несмотря на всеобщее изумление. Но теперь, когда он бесшумно вошел в центр арены, он был глубоко потрясен.

Взгляд старейшины задержался на Бай Юйчэне всего на секунду, а затем полностью сосредоточился на Линь Юне.

Словно погрузившись в глубокую задумчивость, он долго молчал, а затем низким голосом произнес:

— В этой битве победил Линь Юнь! Академия Тяньфу успешно завершила вызов «адского режима»!

Низкий и гулкий голос разнесся по Небу и Земле, объявляя окончательный результат.

Шу-у!

Лица многочисленных старейшин Академии Белой Яшмы давно стали черными и ужасными. Можно представить, как тяжело им было проиграть битву, которая уже была выиграна, из-за «адского режима». Огромное разочарование тяжело ударило по сердцу каждого.

Что было еще более неприемлемым, так это то, что Ло Шэнь, Чэнь Юй и Цао Сю, внешнее усиление, приглашенное сектой Истинного Пламени, – все они погибли, без исключения.

Это будут огромные потери. Вполне возможно, что Академия Белой Яшмы из-за этого уже не сможет оправиться.

— Проклятье, кто этот парень? Почему он так жесток к нашей Академии Белой Яшмы!

— Молодой господин Цзанхуа, откуда он взялся? Вы все дармоеды. Такой безжалостный тип, а о нем ни слуху ни духу.

— Узнайте его происхождение. Этот счет будет оплачен!

Старейшины Академии Белой Яшмы были в ярости. Они смотрели на Линь Юня с такой ненавистью, что готовы были сожрать его живьем.

Если одни были в ярости, то другие ликовали.

На лицах всех членов Академии Тяньфу уже сияли улыбки, но они осторожно подавляли свои эмоции, пока судья не объявил результат. Тогда они вскочили от возбуждения, и их ликующие возгласы не смолкали.

— Мы победили!

— «Адский режим» побежден!

— Двадцать лет! Академия Тяньфу наконец-то вернула себе позор, нанесенный тогда!

Двадцатилетнее бремя, лежавшее на сердцах всех присутствующих, было полностью снято. Линь Юнь преподал Академии Белой Яшмы жестокий урок за их прежнее унижение.

— Сестра Мо Лин, мы победили! Молодой господин Линь победил в «адском режиме», он действительно победил… — Лю Юньянь не смогла сдержать горечи, которая давила на ее сердце, и, обняв Мо Лин, разрыдалась. Эта сильная духом девушка никогда не была так тронута, как в этот день, в этот момент.

Мо Лин обняла ее и мягко улыбнулась:

— Не плачь.

Лю Юньянь потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться. Вспомнив свое поведение, она слегка покраснела. Она подняла голову и, взглянув на юношу на арене, тихонько засмеялась:

— Сестра Мо Лин, посмотрите, молодой господин Линь, кажется, немного изменился.

— Правда?

Мо Лин повернула голову. Юноша в лазурном плаще убрал меч в ножны. Его лицо было холодным, как всегда. Только острота, струившаяся между его бровями, была той самой аурой, которую он никогда не показывал в Академии Тяньфу: решительность, безжалостность, пронзительность и властность.

Свист!

Линь Юнь, убрав меч в ножны, взлетел под всеобщим вниманием и вернулся на трибуны Академии Тяньфу. Как только он приземлился, старейшина Тан Юй и другие поспешили к нему, улыбаясь:

— Ты ранен?

— Легкие ранения, но они не мешают, — честно ответил Линь Юнь.

— Это хорошо. Если ты сможешь сразиться с Цао Чжэнем завтра в таком состоянии, у тебя есть шанс на победу, — старейшина Тан Юй погладил бороду и тихо засмеялся, выглядя гораздо более расслабленным.

То, что он смог сокрушить противника в «адском режиме» и выпустить гнев Академии Тяньфу, уже было очень непросто.

Как внешнее усиление, Линь Юнь уже превзошел все ожидания, и все в Академии Тяньфу были им очень довольны. Даже если он проиграет завтра, репутация Академии Тяньфу не пострадает, и, возможно, они смогут вернуть половину божественной печати в будущих Состязаниях Пяти Академий.

Такой результат уже можно было считать идеальным.

В конце концов, по слухам, Цао Чжэнь, возможно, уже достиг стадии Большого Успеха Янской Тайны. Шансы на победу были невелики.

Линь Юнь спросил:

— Бой с Цао Чжэнем завтра?

Старейшина Тан Юй, поглаживая бороду, засмеялся:

— Да. Если бы не «адский режим», бой начался бы прямо сейчас. Но поскольку ты победил в «адском режиме», тебе, конечно, нужно отдохнуть ночь, иначе было бы слишком несправедливо. Эти аспекты были продуманы заранее, но ты первый, кто успешно прошел «адский режим».

— Однако этот Цао Чжэнь действительно ужасен… Ты ни в коем случае не должен терять бдительность.

— Цао Чжэнь не сравним с Бай Юйчэнем и другими. Он – юный монстр, специально выращенный Горной Обителью Северных Снегов.

Многие старейшины напоминали Линь Юню об этом. Мо Лин грациозно подошла и осторожно наставляла его.

Бум!

В этот момент, когда зрители уже собирались расходиться, внезапно поднялась ужасающая аура. Эта аура была невероятно холодной и за одну секунду распространилась по всей вершине горы, заставляя людей невольно содрогнуться.

Все обернулись и увидели, что в рядах Академии Пурпурной Хижины сидит худой мужчина, который все это время медитировал с закрытыми глазами. Именно от него исходил этот холод, который он намеренно распространял.

— Цао Чжэнь!

Когда все увидели его лицо, атмосфера на арене немного застыла. Очевидно, этот неброский юноша таким властным способом заставил всех остановиться. У него было что сказать.

Под взглядами бесчисленных людей Цао Чжэнь смотрел только в одно место.

Точнее, только на одного человека.

Почувствовав этот взгляд, Линь Юнь поднял голову. Этот человек… наконец-то обратил на него внимание.

Он помнил, что раньше Цао Чжэнь смотрел на всех свысока, не обращая внимания на учеников других академий. Войдя на арену, он закрыл глаза и ни разу не посмотрел ни на один бой.

Противник, как и прежде, был одет в фиолетовый плащ, который развевался на ветру, казалось, немного пустовато. Его холодное выражение лица было таким, словно весь мирской шум и суета его не касались.

Его тонкое тело, казалось, вот-вот будет сдуто ветром, но само оно походило на призрачный меч из ада.

Только теперь в его глазах появился еще один человек.

В его холодных глазах появилось немного тепла, и он вполне официально обратился к Линь Юню:

— Завтрашний бой, я жду тебя!

Запомните URL-адрес мобильной версии.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758014