Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 570: «Сабля и меч»

Глава 571.

Завтрашний бой, я жду тебя!

Спокойная фраза Цао Чжэня вызвала огромный резонанс на вершине горы.

Он мог сказать это, а мог и не говорить. Завтрашний бой был неизбежен, и Академия Тяньфу обязательно выставит Линь Юня против него.

Но раз он это сказал, это выражало его отношение: Цао Чжэнь, монстр, которого специально культивировала Горная Обитель Северных Снегов, начал относиться к Линь Юню серьезно.

В завтрашнем бою он будет действовать серьезно, без всякой небрежности.

Это было проявлением уважения к противнику, а также признанием силы Линь Юня. Несомненно, завтрашний бой будет невероятно захватывающим.

Волнение и предвкушение в сердцах людей были неописуемы. Молодой господин Цзанхуа против Цао Чжэня – от одной мысли об этом захватывало дух.

Раньше никто бы не подумал, что Линь Юнь достоин сравнения с Цао Чжэнем. Если бы они сразились, Линь Юнь, несомненно, проиграл бы.

Но после увиденного сегодня, после этого безумного «адского режима», никто не осмелился бы утверждать, что Линь Юнь обязательно проиграет.

Интрига между победой и поражением была невероятно высокой.

Линь Юнь встретил этот взгляд. Глядя на холодное лицо противника, он почувствовал немалое давление.

Этот человек был силен. Уже по одному его взгляду Линь Юнь чувствовал, что с ним будет нелегко справиться.

Сказав это, Цао Чжэнь удалился вместе с людьми из Академии Пурпурной Хижины, постепенно удаляясь из поля зрения, пока не исчез.

Глядя на его удаляющуюся спину, Линь Юнь подумал: «Интересный человек. Завтрашний бой, боюсь, будет очень важен для меня».

У него было предчувствие, что этот бой станет самым опасным с тех пор, как он покинул павильон Меча Небесного Предела.

Победа или поражение имели решающее значение. В случае проигрыша его недавно обретенная острота могла быть полностью подавлена.

Не говоря уже о том, что его удача может пошатнуться, само психологическое воздействие будет ужасным. Если он проиграет, то может потерпеть серьезное поражение, и в течение года ему будет невозможно блистать на Пиру Множества Драконов.

Не говоря уже о том, чтобы попасть в десятку лучших в Рейтинге Драконов и Облаков, ему будет трудно даже завоевать место.

Но мы, мечники, всегда таковы. Если нет сердца, прорывающегося сквозь тернии и не боящегося смерти, как можно идти вперед, не оглядываясь!

В глазах юноши постепенно разгоралась сильная жажда боя.

…

Наступила ночь, как и было обещано.

Холодный ветер ворвался во двор, где находился Линь Юнь, и проник через окно. Ветер принес прохладу, а также обильный лунный свет.

Линь Юнь, сидящий в комнате, излучал слабое серебряное сияние, культивируя Искусство Меча Пурпурного Иволга.

После напряженной битвы днем это дуновение холодного ветра и обильный лунный свет постепенно успокоили его пылкое сердце.

Но это временное спокойствие было лишь затишьем перед бурей. Завтра должна была состояться потрясающая битва, которая всколыхнет все сердце Линь Юня.

По мере работы техники меча, духовная энергия Неба и Земли медленно и в огромных количествах вливалась в тело юноши.

Линь Юнь был подобен гигантскому киту в морских глубинах, который безумно поглощал эту духовную энергию, непрерывно питая свое тело и укрепляя культивацию.

Серебряное сияние вокруг него непрерывно мерцало, освещая его холодное лицо, которое казалось несколько отчужденным.

Ху-у!

Через полчаса Линь Юнь открыл глаза, и в них вспыхнул острый блеск. Этот взгляд, подобный мечу, в тот момент, казалось, осветил комнату, как день. Острое и властное намерение меча, бескрайнее, как море, поднялось от юноши.

Через некоторое время это огромное намерение меча полностью исчезло, скрывшись в теле Линь Юня, не просочившись ни на йоту.

Внушительность и безграничность этого намерения меча намного превосходили ожидания посторонних.

Что было еще более редким, так это то, что Линь Юнь уже мог с трудом контролировать это властное намерение меча, свободно высвобождая и убирая его. Если бы это был кто-то другой, внезапно получивший такое ужасающее намерение меча, он был бы похож на ребенка, размахивающего железным мечом, намного превосходящим его вес. Он бы спотыкался, не мог никого ранить, но зато ранил бы себя.

— Искусство Меча Пурпурного Иволга, как всегда, остро оттачивает намерение меча, но моя культивация пока не может пробить узкое место Иньской Тайны.

Линь Юнь поднял голову и посмотрел на яркую Луну, висящую над вершиной горы за окном. Вся гора казалась необычайно спокойной.

Он уже несколько раз пытался прорвать узкое место культивации с помощью техники меча. Все попытки, без исключения, провалились.

Это было неожиданно, но, по сути, это было просто недостаточным накоплением.

За последнее время его культивация продвигалась легко, и узкие места прорывались без труда. Теперь он, наконец, достиг настоящего большого препятствия, и временно застрял.

Если бы он очистил Цветок Огненной Тюрьмы из сумки-хранилища, он, несомненно, смог бы перейти на стадию Янской Тайны.

Но если бы он это сделал, это было бы слишком невыгодно. Этот цветок был чрезвычайно редким. Его редко видели в течение десятилетий. Даже Храм Истинного Солнца, обладающий наибольшими ресурсами в огромном городе Ючжоу, не смог бы достать Цветок Огненной Тюрьмы.

Было бы слишком жаль очищать такое бесценное сокровище на стадии Иньской Тайны.

Но этот Цао Чжэнь…

Днем он лишь издали взглянул на Цао Чжэня. Но даже по этому взгляду Линь Юнь почувствовал, что культивация противника была глубокой, непостижимой. Слухи, вероятно, были правдой, и он уже достиг ужасающей стадии Большого Успеха Янской Тайны.

Его истинная эссенция, собранная вместе, была огромной и бескрайней, как океан, и ее было трудно остановить.

Этот уровень был намного сильнее, чем у Цзян И, Цао Сю и других. Разрыв между Иньской Тайной и Янской Тайной уже был огромным, но стадия Малого Успеха Янской Тайны была еще терпима.

Однако стадия Большого Успеха Янской Тайны создавала пропасть. Сражаться, преодолевая этот разрыв, было очень трудно.

Линь Юнь почувствовал нарастающее давление. Это было не только из-за Цао Чжэня, он думал о более далеком.

Хотя Цао Чжэнь был монстром, ему было всего около двадцати лет. Он все еще сильно отставал от настоящих сильнейших в Рейтинге Драконов и Облаков.

Если один Цао Чжэнь был так страшен, то попытки завоевать место в Рейтинге Драконов и Облаков, не победив его, были бы наивными.

Как я смогу догнать Су Цзыяо?

— Эта битва, боюсь, будет очень ожесточенной… — тихо пробормотал Линь Юнь, в его глазах вспыхнул яркий свет. Но несмотря ни на что, он не отступит от этой битвы, потому что у него не было пути назад.

Отбросив мысли, Линь Юнь слегка похлопал по сумке-хранилищу и достал «Картину „Тигр, вдыхающий аромат розы“».

Тигр на картине был величественным, его аура потрясала Небо и Землю. Он, казалось, мог поглотить Солнце, Луну и звезды. И все же этот тигр был смирным, с закрытыми глазами, вдыхая аромат лепестков розы в ладони человека в лазурном. Он смотрел на этот свиток много раз.

Когда он внимательно присмотрелся, печать души в его Таинственном Дворце тут же замерцала. Слабое колебание силы души медленно распространилось от него.

Откуда Берут Начало Цветы!

Картина перед ним стала из расплывчатой четкой. Человек в лазурном, держащий меч, пробормотал, и роза в его ладони слегка поплыла и упала. Он принял меч правой рукой и взмахнул им в воздухе.

Роза упала на кончик меча и расцвела ослепительным, огромным сиянием. В этот момент человек в лазурном, который был спокоен и нетороплив, как вода, внезапно высвободил бесконечное намерение меча, которое было во много раз сильнее, чем у свирепого тигра, способного поглотить Солнце, Луну и звезды.

Роза на кончике меча расцвела, и тысячи лучей света взорвались. Окружающее пространство наполнилось мерцанием, которое было ярче, чем звезды, и соперничало с Солнцем и Луной. Казалось, что следующий удар меча заставит содрогнуться тысячи миль гор и рек.

Когда он убрал меч, цветы осыпались, пурпурные и алые, конкурируя в красоте.

Внезапно человек в лазурном обернулся и улыбнулся. Эта улыбка затмила сотни цветов. Его взгляд, пронзив свиток, казалось, встретился с глазами Линь Юня. Меч вышел, и он прыгнул в воздух.

Хруст!

Раздался звук разрывающегося свитка. Небо, полное цветов, и бескрайние горы и реки вырвались из свитка вместе с его мечом.

Линь Юнь поспешно закрыл глаза и резко свернул свиток. Его сердце бешено колотилось. Он не мог сказать, что это было: нервозность, страх, возбуждение или все вместе.

Спустя долгое время он открыл глаза.

Он посмотрел вверх. В ночи лунный свет был подобен воде. Все, что он видел, было как сон. Не было ни розы, ни тигра, ни человека в лазурном, который существовал, словно божество.

Но глаза Линь Юня сияли от возбуждения, и он пробормотал:

— Я видел, я действительно видел. Этот набор техник меча совершенно не похож на то, что я видел вначале. «Откуда Берут Начало Цветы». Это все та же форма, но сияние этого меча, кажется, может соперничать с Солнцем и Луной, заставляя звезды меркнуть. Этот меч, эта улыбка…

Таким образом, подтвердилось его давнее предположение: этот свиток требовал очень высокого мастерства в духовных печатях, чтобы его можно было постичь.

Хотя прогресс был значительным, он все еще не мог выдержать такой остроты.

Он чувствовал, что если бы не успел свернуть свиток, то меч человека в лазурном, вырвавшийся из картины, пронзил бы его душу.

Возбужденное сердце Линь Юня постепенно успокоилось.

Казалось, что он сможет полностью постичь этот набор техник меча, оставленных человеком в лазурном, только после того, как изучит половину божественной печати Академии Тяньфу. Но даже так, последний удар меча и улыбка человека в лазурном, пронзившие свиток, заставили его глубоко задуматься.

Сможет ли мой меч Погребения Цветов тоже прорваться сквозь картину?

Возможно, это не исключено!

Тем временем.

Во дворе Академии Пурпурной Хижины Цао Чжэнь сидел за чайным столиком. Он спокойно смотрел на поднимающийся пар от чая, словно деревянный истукан, и, казалось, находился в таком положении долгое время.

Скрип!

Только когда дверь открылась, Цао Чжэнь допил чай.

Вошел человек в фиолетовом плаще, лидер Академии Пурпурной Хижины. Его статус был не ниже, чем у старейшины Тан Юя из Академии Тяньфу, и его сила была устрашающей.

— Битва уже скоро, я думал, ты будешь усердно тренироваться, но ты так спокоен. Похоже, ты не воспринимаешь этого Линь Юня всерьез. Завтрашний бой – победа почти гарантирована, — сказал вошедший с улыбкой.

Цао Чжэнь, услышав это, на мгновение изменился в лице, покачал головой и тихо сказал:

— Я не тренировался, просто потому, что в этом нет необходимости. Я достаточно тренировался в обычное время, и одна ночь ничего не изменит. Я кажусь спокойным, но на самом деле я думаю о том, почему меч, который он нанес днем, был так быстр.

— Понял? — Фиолетовый старец тут же напрягся и спросил.

По его мнению, даже если Линь Юнь обладал необычайной техникой и мог одолеть Цао Сю и Цзян И, находясь на стадии завершения Иньской Тайны, он не мог сделать это против Цао Чжэня. Наоборот, он столкнется с огромным давлением.

По-настоящему ужасен был меч Линь Юня, особенно тот удар, которым он убил Цао Сю.

Он был слишком быстрым, и при этом невероятно властным.

Цао Чжэнь покачал головой и равнодушно сказал:

— Я кое-что понял, но не до конца.

— Разве это не ставит тебя в невыгодное положение? — Нахмурился фиолетовый старец.

— Почему? Мне не нужно понимать это до конца. Моя сабля должна быть просто быстрее его меча.

В лунном свете худое лицо Цао Чжэня было необычайно холодным.

Запомните URL-адрес мобильной версии.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758015