Готовый перевод Akame ga Kill! : Strange Alliance / Убийца Акаме! : Странный Альянс: Глава 2 - Падение

«Почему… почему я вспоминаю об этом только сейчас? Почему во время битвы единственная вещь, о которой я могу думать — это… Акамэ?» — не мог понять Тацуми, который в данный момент не очень-то сражался…

Меньше минуты назад он одолел абсолютного Тейгу, Шикотайзера, при поддержке Вейва, того, кто был одновременно его врагом и товарищем, Тацуми сокрушил гигантского роботообразного Тейгу под контролем Императора, собиравшегося уничтожить всю Столицу. Однако исполинская броня стала падать на горожан: невинных и раненых. Парень не мог позволить этому случиться, никогда бы не позволил этому случиться, поэтому со всей скоростью и мощью, которые давала ему броня, он ринулся вперёд, чтобы предотвратить это роковое падение. Инкурсио, которого носил Тацуми, развился, нет, не просто развился — он слился с его телом, его пылающими чувствами. Эта эволюция, позволившая ему победить Шикотайзера, увеличила все его способности, дала ему крылья и облик дракона. Вкладывая всё могущество и силы в этот рывок, парень пытался оттолкнуть железного титана в другую сторону, противоположную от горожан. Но этих усилий было недостаточно.

Инкрусио, Демоническая Броня была создана, чтобы защитить носящего и даровать ему улучшенные способности. Она позволяла ему сражаться особым копьём, Нойтером, и даже быть готовым к неожиданным ситуациям. Однако броня уж точно не была создана для того, чтобы удерживать от падения огромных роботов, чей рост до небес, а размеры сравнимы с горой. И поэтому, несмотря на всю мощь Тацуми продолжал неостановимо падать под тяжестью исполинского Тейгу.

«Если не остановлю эту штуку сейчас — люди погибнут, но если продолжу пытаться — вероятно, то же самое будет и со мной…»

Страх охватил его. Тот страх, что ощущает каждый на пороге смерти. Ты можешь быть настолько храбрым, насколько возможно, но когда смотришь в лицо смерти — основной инстинкт заставит сделать что угодно ради того, чтобы остаться в живых.

«Не хочу умирать! Не хочу умирать! Хочу жить! Жить с Акамэ, хочу поцеловать её снова, сказать: «Я вернулся!» — хочу увидеть её улыбку!..» — и всё, что нужно было сделать, чтобы снова её увидеть, было — просто улететь. Улететь из зоны падения Шикотайзера, дать ему упасть — «Позволить этой штуке убить всех горожан: женщин, детей…» — думал Тацуми, понимая, что, позволив этому случиться, он никогда не простит себя, — «Чёрт возьми! Разве иметь идеалы настолько плохо?!»

Даже так, он отдал все силы, но не смог оттолкнуть гигантский Тейгу.

«А-а-а-а-а-А-А-А-А-А-А-АХ!!!» — протяжно закричал парень, собирая мощь, превращая всю страсть в грубую силу, а Инкрусио, не оставшись безучастным, дал ему ещё больше — «Вот так. Нужно ещё больше… больше силы, чтобы жить, больше силы, чтобы защитить невинных, больше силы, чтобы защитить страну! Я… я прошу тебя, ИНКРУСИО-О-О-О-О-О-О-О-О!!!» — Тацуми зарычал…

Уже нося броню, он ощущал, что зов своего Тейгу придаёт ему ещё больше мощи. Заставил он сделать это криком, или же просто сам дракон решил удовлетворить просьбу парня? Тацуми не знал, но мгновенно закричав, он понял, что падение огромной брони замедляется. Понемногу оно замедлялось, и это означало, что он смог бы спасти горожан…

Но внезапный треск дал о себе знать.

«Это Шикотайзер сломался?» — подумал Тацуми поначалу, после чего увидел поток крови, его крови, просачивающийся из локтей, — «Невозможно…»

Когда часть тела подвергается давлению, — самая хрупкая часть ломается первой, и именно локти были таковыми как у Инкрусио, так и у Тацуми… Результат был очевиден — боль нахлынула словно цунами.

«ГВА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!» — кричал парень, неспособный сдержать такую боль, но продолжающий попытки взлететь; он продолжал толкать, несмотря на страдания. Не только его локти, но и все его суставы верхней части тела ломались одна за другой. Инкрусио тоже начал ломаться. Тяжёлый шок почти заставил юношу потерять сознание. Он осознал, что достиг земли *(хотя возможно, что достиг он своего предела), однако масса Шикотайзера все ещё валила его на мирных жителей. И сейчас, нижняя часть тела начала выходить из строя: колени, запястья и мышцы, о существовании которых Тацуми забыл, рвались и ломались — «А-а-а-а… А-А-А-А-А-А-АХ!!!»

Он взглянул на броню. Та часть, что защищала лицо, разбилась, как и целая треть всей брони. Кровь хлынула сильнее, кровь в глазах, на лице, на частях тела, всё ещё теплая, но становившаяся ледяной. После этого бесконечная боль, длившаяся в реальности всего лишь пару минут, наконец-то остановилась, как, и броня, и боль, и усталость. Нет, правильно будет сказать, все его чувства исчезли. Он с трудом пребывал в сознании, но предчувствие кончины росло внутри него.

«Я сделал… Я сделал это!» — воскликнул парень в своей голове, лежащий в позе распятия: лёжа на спине, руки разведены в сторону, а за десять метров до него все изумлённо смотрели на эту потрясающую картину. Впрочем, они были спасены, — «Это того стоило… Но… я ведь чудовищно ранен?» — возникло в голове у юноши, после чего он уловил короткий момент, когда какой-то человек оказался перед ним… Это была Акамэ.

Она обычно приходила тихо, но сейчас буря эмоций буйствовала внутри неё, точнее та часть, что хотела обнять Тацуми и отвести его к доктору настолько быстро, насколько возможно. Но «убийца» в ней говорила продолжить миссию, преследовать Онеста, Эсдес и всю чернь, что испортила Империю. Эта нерешительность сковала её. Что ей выбрать: свою первую любовь или миссию, к тому же, каждая секунда была на счету. Это, возможно, был первый раз в её жизни, когда Акамэ оказалась в такой спорной ситуации. Смотря на юношу, она заметила кровь, покрывающую его тело. Холод прошёл сквозь неё, и неожиданно Тацуми двинулся.

«Акамэ… **Это она… Это правда она… Я должен сказать ей…» — подумал израненный парень, собрал всю волю и остатки сил и сделал шаг. И даже один шаг практически сломал его. Он смог сделать ещё шаг, после чего упал… прямо в руки Акамэ.

Она среагировала моментально и поймала его в нужный момент. Единый лишь взгляд на его раны дал понять — он долго не протянет. Эта мысль была словно ударом в сердце, но девушка всё ещё надеялась. Это была отчаянная надежда, такая же, как и ребёнок думающий, что его мёртвая мама вернётся к жизни, если усердно помолиться. Последний раз, когда Акамэ испытывала подобную «надежду», был, когда её подруга из Элитной Семёрки, Корнелия, была убита ***ассасином Клана Оурбург. Акамэ нежно положила Тацуми на землю. Его зелёные глаза, бывшие ранее красивыми и живыми, сейчас были мутными, ибо их свет угасал. И голосом, настолько низким, что она едва слышала, он прошептал:

— П-прости… меня. Похоже, что… мне придётся… забрать своё слово обратно…

Акаме помнила ту ночь, когда он дал ей обещание.

— Позволь мне снова пообещать — я не умру! Я клянусь, что никогда не опечалю тебя! — сказал юноша с сияющей улыбкой и искрящимися глазами.

Но она плакала тогда, плачет и сейчас. Боль, грусть, гнев буйствовали в ней.

— Ты обещал! Сказал, что вернёшься живым! — произнесла она, — И… — её слёзы лились непрерывным дождём, затмевая зрение, изливаясь на лицо возлюбленного. Это была её ошибка, как убийцы, но ей было плевать. Она осознала, что Тацуми был для неё не просто товарищем, он был единственным, в кого она влюбилась. И хотя она не понимала собственных чувств, девушка хотела остаться вместе с ним, — Ты обещал мне… что дашь ответ…

— Акамэ? — спросил он, очевидно не слыша.

Она посмотрела на него… удивлённо. Но с другой стороны, мог ли он в таком состоянии нормально разговаривать вообще? Какая вообще могла быть надежда, когда его травмы настолько ужасны, но если б только она отвела его в лагерь…

- Акаме… ты здесь? — спросил он безо всякой уверенности.

— Да! — ответила она.

— … Это хорошо — произнёс он, откашливаясь, пока из тела продолжала струиться кровь. — Когда я сказал… что сдержу слово… я не сказал, какое именно… — начал умирающий парень, но сердце Акамэ буйствовало, из-за чего она не понимала — Но… кажется, я скоро умру… Прости, мне жаль, но… хотя бы напоследок… дать тебе ответ… — он откашлялся вновь, ещё жёстче, чем в прошлый раз. Его лицо выражало боль, но, что любопытно, его глаза были мирными и спокойными, — Я… я люблю тебя!

Эти три слова сделали Акамэ счастливой. Истинно счастливой. Хоть она и не понимала почему, но девушка была по-настоящему счастлива.

«Осталось ещё много вещей, о которых я не знаю»

Она немного успокоила свои мысли и начала думать, как ей перетащить его с меньшим для него вредом. Странной вещью было то, что его Инкрусио испарился серебряным туманом и исчез. Теперь она видела все его травмы. Его кровью была залита одежда и лицо.

— Я… я тоже тебя люблю… Тацуми… не умирай!.. Всё будет в порядке!.. — сказала Акамэ и, прильнув к его лицу, поцеловала; в этот раз он не отворачивался, но не отвечал на поцелуй. Чувствуя вкус крови на своём языке, она утонула в его глазах… которые по какой-то причине выглядели помрачневшими.

«Необходимо срочно перевязать его… он всё ещё теряет кровь…» — мелькнуло у девушки в голове.

— Акаме?.. — хотел было спросить юноша, но был мгновенно перебит своей возлюбленной.

— Тацуми, прекрати разговаривать!.. Тебе нужен отдых…

— Акаме!.. Почему ты не отвечаешь?.. — начал он спрашивать с отчётливой ноткой отчаяния в голосе.

— Что? Я.

— Акаме… прошу!.. Поговори со мной!.. Здесь так темно и холодно!.. Прошу… — чуть ли не крича Тацуми беспомощно звал любимую.

Её сердце болело. Она всё ещё плакала, хотела ударить, чтобы он знал, что его Акамэ всё ещё рядом с ним, но не могла.

— Тацуми!.. Я здесь!.. Вот здесь!!!

— *молчание*

— Тацуми? — спросила девушка в беспокойстве, но и в этот раз её любимый остался безмолвным.

Акамэ вскрикнула. Её крик, выражавший её боль, боль потери своего товарища, нет, её возлюбленного, продолжался несколько секунд, пугая тех немногих, кто посмел бы подойти ближе к ней. И в тот момент, когда крик закончился, безэмоциональный голос спросил.

— Тацуми… мёртв?

Акамэ узнала этот голос…

Это был голос Сильнейшей в Империи…

Эсдес…

http://tl.rulate.ru/book/58669/1499498

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь