Глава 10
«Может ли быть, что Луиза настолько пугливая…?»
Это было довольно очевидно, но любой в Ноксе подумает то же, что и она, увидев, как кто-то держит шею другого человека. Причем в ситуации, когда схваченный человек задыхался и плакал.
«Как ее воображение настолько разыгралось только потому, что на моей шее была рука?»
Это тоже было талантом героини?
Пока Ирэн восхищалась креативностью Луизы, Отис с выражением стыда опустил голову и спрятал ее в ладони, прежде чем заговорить.
— Мне очень жаль, мисс Луиза, но это не то, что ты подумала. У меня нет намерения убивать Ирэн.
— Тогда почему вы держали ее за шею перед камином? Это опасно!
— А я и не думал, что служанка смеет сомневаться в словах своего господина?
Холодное давление вернулось.
Отис оторвал лицо от руки, прикрывавшей его глаза, и холодно посмотрел на Луизу.
Он был явно был огорчен тем, что его времяпрепровождение наедине с Ирэн прервалось, а также тем фактом, что от пронзительных криков Луизы он действительно начал непреднамеренно душить ее. Еще больше он ненавидел тот факт, что именно Генриетта прислала ее, а потом ее полюбила Ирэн.
Она даже посмела с ним спорить, поэтому, естественно, Отис не мог не разозлиться.
— Если ты не хочешь, чтобы тебя уволили, разве тебе не стоит держать рот на замке? Никто не хочет нанимать горничную, настолько крикливую с первого же дня. И почему твой голос такой высокий…
— О, я раньше обучалась вокалу.
— …Я тебя совсем не спрашивал.
Холодно взглянув на Луизу, стоявшую перед Ирэн, Отис вдруг перевел взгляд на дверь, открывшуюся без стука.
— Кроме того, ворваться без стука… Ты что, спятила?
Когда Луизе, которая была в приподнятом настроении, указывали на ее недостатки, она быстро впадала в депрессию.
— …Я не знала, что вы здесь.
— Кажется, Ирэн не обучила тебя должным образом. Входя в комнату разумно будет сперва стучать, независимо от того, пуста комната или нет.
«Нет, это не правда…»
Ирэн пришла в ужас от внезапно обрушившихся на Луизу обвинений.
«Я имею в виду, что Луиза будет продолжать открывать дверь без стука в течение месяца…»
Минимум она так будет делать еще один месяц, максимум — три.
«Не то чтобы у нее плохая память, но я бы сказала, она слишком рассеянная?»
Луиза всегда сначала действовала. Так что, даже если ее мозг работал как нужно, ее тело уже совершало действие. Поэтому в течение как минимум месяца Луиза всегда будет открывать дверь и оглашать этим: «Эй! Ирэн, я только что снова открыла дверь!»
Конечно, благодаря этому продвижение по рутам главных героев также было довольно легким.
Например, когда Луиза открывала дверь главного героя, который только-только принял душ и стоял лишь с полотенцем, она внезапно перемещалась в сцену с высоким рейтингом…
«Если подумать, я не должна сейчас быть здесь…»
Ирэн вдруг поняла.
Это была не просто разрушительная отомэ-игра.
Это была отомэ-игра, которую могли купить только взрослые, а это означало, что в этой игре были широко распространены бессмысленные сцены, такие как романтические наказания.
Очевидно, были и романтические вознаграждения.
Она не знала, почему вознаграждения и наказания были в чем-то схожи. Однако одно она знала наверняка: рут Отиса каждый раз начинался с наказания.
Потому что Отис ненавидел Луизу.
«Банный халат…»
Одежда, обнажающая мускулистое тело, и если потянуть всего за одну завязку… Нет, можно ли вообще называть это одеждой? Халат был больше похож на разрезанный кусок ткани.
Она помнила, что они сперва так же ссорились, а потом вдруг сердились друг на друга и проводили вместе ночь.
«В те моменты было трудно передвигаться по коридорам четвертого этажа.»
Ирэн не хотела быть статистом, который мог случайно испортить им любовную атмосферу, поэтому много работала и держалась подальше от подобных игровых событий, как могла.
— Мисс Ирэн учила меня, ну… я забыла.
— Вот как?
Из уст Отиса вырвался сухой голос.
— Тогда тебя следует наказать.
Уф. Ирэн вздрогнула при слове «наказать».
Очевидно, что это было прохождение по руту Отиса.
«Мне нужно убираться отсюда.»
Нехорошо будет оставаться в такой накаленной обстановке.
«…Луиза, прости. Даже несмотря на то, что тебе придется нелегко, мне действительно нужно идти.»
Ирэн медленно схватила жаровню. Все, что ей нужно сделать, это поставить эту жаровню, наполненную древесным углем, под кровать и уйти. Она тихо начала двигаться.
Так было до тех пор, пока Отис не окликнул ее.
— Куда ты, Ирэн?
«Почему он ко мне обращается? Я нервничаю.»
— …Мне нужно закончить свою работу, — ответила Ирэн, лишь слегка остановив свои действия.
— Тогда закончи и иди сюда.
«…Почему меня все никак не отпустит чувство беспокойства?»
Вместо ответа Ирэн быстро поставила жаровню под кровать и уверенно подошла к Отису и поникшей Луизе, которая ласково ей улыбалась.
— Ирэн, у меня нет другого выбора, кроме как отругать тебя за плохое обучение. Понимаешь?
— Мисс Ирэн…
Луиза в слезах, как щенок, схваченный за загривок, смотрела на Ирэн так, словно та могла быть спасительницей. Ей было жаль Луизу, но даже Ирэн не могла пойти против своего господина.
— …Как пожелает молодой господин.
— Хорошо.
Когда он холодно ответил, Отис взял железный вертел, который она недавно держала. Это был вертел, раскаленный в камине.
— Ты должна наблюдать за этим наказанием как наставница мисс Луизы, Ирэн.
Подожди минуту...
— Если оставить метку на тыльной стороне твоей ладони, ты будешь думать, прежде чем открывать дверь в будущем. Верно, мисс Луиза?
Подожди-подожди.
«Этого на самом деле не может быть», — подумала Ирэн, крепко сжимая подол юбки.
Она думала, что «наказание» было чем-то, что задало бы пред-романтический настрой, а не было буквально телесным наказанием.
«Разве все должно быть так...?»
Сколько бы она ни пыталась вспомнить, никогда не было сцены, где Луизе обжигали тыльную сторону ладони.
— Конечно, провинившиеся слуги должны быть наказаны, но вот уже уволенных наказать нельзя. Ты понимаешь, о чем я?
— …Я не могу уволиться.
— Вот как? Интересно, как далеко зайдет твоя решимость, — сказал Отис и взял Луизу за дрожащую руку.
Луиза подумала, что лучше перетерпеть ожог, чем быть уволенной, поэтому с напряженным выражением лица прикусила губу.
«Она сумасшедшая?»
Нагретое железо приближалось к коже руки Луизы, пока она дрожала, нет, скорее жалостно тряслась.
«Во-первых, такого в игре никогда не происходило. С чего это так внезапно?»
Конечно, Отис — человек, чья работа — мучить. Однако это распространялось только на его «работу».
Ирэн никогда не видела никого, кто наслаждался бы таким садизмом. Очевидно, что этого не должно происходить, но что она наблюдала прямо сейчас?
«Мне нужно просто ждать и смотреть?»
Ирэн молча смотрела, как Луиза падает в бездну отчаяния.
Поскольку она была всего лишь статистом, она хотела, чтобы игра прошла гладко. Возможно, если она увидит концовку, она сможет вернуться в свою реальность.
Вот почему она трижды наблюдала за смертью Луизы.
Она стояла рядом с ней, переодетая солдатом, наблюдая, как Ахибальт пронзает ее грудь, и даже работала горничной рядом с ней, просто тихо наблюдая, когда Отис заключил ее в тюрьму.
То же самое было и с концовкой смерти Родиона.
Хотя, конечно, Луиза также не была психически и физически здорова только потому, что добралась до концовки любви.
Были моменты, когда Луиза была застигнута врасплох при попытке сбежать и оказывалась в ловушке Лавренти до конца своей жизни, и моменты, когда она исполняла повседневные обязанности с постоянно связанными запястьями.
«Я имею в виду… это тоже разрушительная часть игры.»
На этот раз Луиза снова пострадает, заплачет, истерзав свое тело и разум, и попадет в руки главного героя или умрет… И, еще раз, она вновь появится со словами: «Меня зовут Луиза, и я буду работать здесь с сегодняшнего дня!»
В конце концов, мы уже давно играем в эту игру.
В любом случае, игра начнется снова с самого начала…
— Молодой господин…
Ирэн схватила Отиса за запястье, в котором он держал железный вертел. Ей было довольно неловко делать то, чего она никогда раньше не делала, поэтому Ирэн невольно нахмурилась.
— Не делайте этого.
«…Поскольку игра все равно начнется сначала, не лучше ли избежать травм, которых не было в оригинальной истории?»
В дополнение к настроениям, которые уже есть.
Да, она так поступает именно по этой причине. А не потому, что Ирэн жалела, что отсиживалась в сторонке, пока Луизе пришлось шесть раз проживать свою жизнь в мучениях.
http://tl.rulate.ru/book/57664/1799115
Сказал спасибо 121 читатель
Спасибо ☺️