Готовый перевод The Foreigner on the Periphery / Пришелец на границе миров: Глава 2. Синдром выгорания (2)

Минджун получил краткую сводку о мужчине, который сейчас орал на полицейских из здания банка.

Но Гёнгу, 21 год, безработный. В прошлом году он пробудил свои способности и был зарегистрирован как эспер. Судя по всему, он пытался использовать это как козырь, рассылая резюме в частные охранные предприятия, но результаты оказались неутешительными.

Отсюда следовал один вывод: его способности не представляли собой ничего выдающегося. Для Минджуна это был самый важный пункт.

Больше ему ничего и не нужно было знать.

Ш-ш-ш!

Автоматические двери разъехались в стороны, и показался мужчина, удерживающий заложника. Он даже не попытался натянуть маску, выставляя напоказ свое юное, усыпаное прыщами лицо. Прихватив из хранилища немного наличных, он теперь упрямо требовал, чтобы полиция подогнала к зданию заведенную машину.

— Ах ты ублюдок! Кто разрешал входить?!.

Вместе с яростным воплем грабителя...

Вжух!

Перевернутый огромный цветочный горшок весом в несколько десятков килограммов взмыл в воздух и полетел прямо в Минджуна.

«Обладает способностью к телекинезу».

Минджун ничуть не растерялся.

Хлоп!

Он спокойно поднял руку, останавливая горшок, и, приложив силу, просто изменил траекторию его полета.

Бабах!

Намерение грабителя размозжить Минджуну голову с треском провалилось. Отскочив от его руки, горшок улетел в сторону, врезался в пустой стол и разлетелся вдребезги. Осколки керамики и комья земли разлетелись в облаке пыли.

— ?!.

Лицо грабителя исказилось.

— Ты!..

Но, видимо, решив, что нельзя давать слабину, он повысил голос и угрожающе заорал:

— Я ведь уже предупреждал! Если не хочешь увидеть, как череп этой карги разлетится на куски, проваливай отсюда живо!

В руках у парня не было ни пистолета, ни ножа. Левым предплечьем он крепко обхватил за шею щуплую старушку, словно собираясь ее задушить, а правой рукой, слегка расставив пальцы, целился ей в висок. Это был явный намек: дернешься — и я раздавлю ее череп телекинезом.

Судя по тому, как он только что швырнул горшок, способности и впрямь были так себе, но Минджун понимал: чтобы отправить человека на тот свет, хватит и этого.

Но, несмотря на это, сегодня Но Гёнгу не суждено было проломить голову этой старухе. Ни при каких обстоятельствах.

— Кх-х! Кх-гх!..

Старуха, чью шею сдавило предплечье, побледнела и сдавленно хрипела, не в силах нормально вдохнуть. Все остальные в банке, кроме нее и Но Гёнгу, валялись на полу без сознания.

— Блядь, ты оглох, что ли?!.

Минджун спокойно окинул их обоих взглядом и заговорил:

— Может, отпустишь заложника?

— Не неси хуйню! — крикнул он, словно в припадке.

Но Гёнгу уже догадался, что Минджун — маг. Увидев странный туман, он нутром почуял неладное, но как ни крути, единственным способом выжить оставалось прикрываться заложником. Ему казалось, что это куда разумнее, чем шагнуть в неизвестную туманную пелену.

И то, что маг сейчас не бормотал заклинания, а пытался его уговорить, лишь укрепляло уверенность Но Гёнгу.

— Это твой последний шанс все уладить. Обещаю: если ты сейчас же сдашься, я тебя не убью. Но если ты хоть пальцем тронешь заложника, то с этой секунды...

— Я же сказал: хочешь, чтобы эта старая карга выжила, делай, как я велю!

— ...Тогда я уже ничем не смогу тебе помочь. Живым ты отсюда не выйдешь.

— Кончай молоть чепуху!

Минджун пропустил слова Но Гёнгу мимо ушей и продолжил говорить свое.

По правде говоря, он вообще его не слушал.

— Предупреждаю в последний раз. Отпусти заложника.

— Ах ты ж, блядь, ну все!..

Окончательно позабыв об осторожности и страхе перед магом, Но Гёнгу вознамерился еще раз запустить в него чем-нибудь с помощью телекинеза.

Минджун, не отрывая взгляда от парочки впереди, выхватил из рукава кинжал.

И в этот момент раздался легкий вздох, а за ним последовал тихий голос:

— ...Так ты цепной пес Миграционной Службы?

Тяжелое молчание повисло в банке.

Эта фраза, вызвавшая внезапную тишину, сорвалась вовсе не с губ Но Гёнгу. Парень, уверенный, что полностью контролирует старуху, в панике уставился на нее.

— ?!.

Ее лицо, еще недавно бледное как мел, теперь выглядело абсолютно спокойным. И только тут до Но Гёнгу дошло: что-то не так. Находясь на взводе, он сжимал шею с такой силой, что у него самого онемела рука. То, что старуха вообще не испустила дух, было настоящим чудом.

Он давил так сильно, что перекрыл ей дыхательные пути и яремную вену, но голос старухи звучал ровно и четко. От происходящего на Но Гёнгу охватило жуткое чувство нереальности.

— Поверить не могу. И как ты так быстро меня раскусил?

— Предупреждаю в последний раз. Отпусти заложника.

Только теперь Но Гёнгу понял, почему пронзительный взгляд Минджуна все это время был направлен чуть в сторону. Бросив на парня лишь один беглый взгляд при входе, он больше ни разу на него не посмотрел.

Вместо этого он все это время неотрывно смотрел на старуху, которую удерживали в заложниках.

— Ке-ке-ке! — старуха издала мерзкий смешок. Резкая смена обстановки.

Но Гёнгу ошарашенно соображал. Впечатление от нее разительно отличалось от того, что он почувствовал при первой встрече...

«Э-э, погодите-ка. А ведь если подумать...»

Жуткое головокружение и тошнота ударили в голову.

Зачем я вообще пошел в банк? Точно, снять пособие по безработице. А потом эта бабуля подошла ко мне, сказала, что у меня на одежде какое-то пятно... и меня будто что-то кольнуло.

А сразу после этого меня захлестнул жгучий гнев. Как мне прожить этот месяц на жалкие шестьдесят пять тысяч вон? Пойти в дружинники, что ли? Да нет, моя жизнь еще не настолько скатилась на дно...

А потом — провал в памяти.

Следующее, что он помнил — это как он смял пистолет охранника, вырубил его и, надрываясь, орал на сотрудников банка, требуя открыть хранилище. И уже тогда его рука крепко сжимала шею старухи.

— ...А?

Впервые ослабив хватку, он широко распахнул глаза.

На внутренней, более нежной стороне предплечья, скрытой, пока он душил старуху, виднелось несколько щупалец, пронзивших его кожу. Длинные мясистые отростки тянулись прямо из шеи старухи и, извиваясь, словно жирные пиявки, высасывали что-то из тела Но Гёнгу.

— Что... Какого черта!

И только теперь забытая, адская боль пронзила его до самых костей.

— У-у... А-а-а-а-а!

Он оттолкнул старуху и плюхнулся на задницу, но щупальца не порвались, а лишь растянулись. Он тут же попытался оторвать их, но они не поддавались.

Старуха тяжело вздохнула.

— Я так старательно промыла ему мозги, а ты все разрушил. То-то я думала, чего это ты без умолку болтаешь всякую чушь.

Она с запозданием поняла, что те фразы, произнесенные им при входе, были не просто уговорами, а магическими заклинаниями. Именно благодаря им Но Гёнгу пришел в себя.

Ш-ш-ш-шух!

Из шеи старухи вырвались десятки новых щупалец. Они вонзились в тело Но Гёнгу, пробивая его во множестве мест.

— Кх-х-х-х!.. Помо... гите!

В мгновение ока заложник и захватчик поменялись ролями.

Нет, именно так Минджун и видел ситуацию с самого начала.

Настоящее имя противницы, маскирующейся под человека — Этрелла Дефини. Эта преступница родом из Оденса, за чью голову Комитет назначил награду, сбежала через несколько измерений и в конце концов затаилась на этих задворках миров.

«Ее обвиняют в трех случаях подстрекательства к убийству, двенадцати убийствах, сорока девяти кражах, хранении запрещенной литературы и незаконном пребывании в примитивном измерении. И это не считая того, что она успела натворить, оказавшись на Земле».

Корейское отделение Миграционной Службы, получившее от Комитета запрос о содействии, уже официально начало расследование.

— Кх-х-гх!..

Поняв, что дело дрянь, Этрелла помрачнела.

«Из-за этого ублюдка мой ментальный контроль рассеялся слишком рано!»

Подобно анестетику, который впрыскивает комар при укусе, ментальный контроль заставлял жертву забыть о том, что из нее высасывают энергию. Но теперь, когда этот трюк перестал работать, она решила немного ускорить процесс.

— Кх-х!

Но Гёнгу, чью духовную энергию почти полностью высосали через вонзенные в тело щупальца, закатил глаза и потерял сознание.

Именно этого момента и ждал Минджун.

Вжик!

Он мгновенно полоснул лезвием кинжала по своей левой ладони.

Вжух!

Блестящий каменный клинок оказался поразительно острым. Когда Минджун сжал кулак, выдавливая кровь, воздух зловеще задрожал.

— И-и-ик!

Этрелла попыталась оказать сопротивление, используя духовную энергию, высосанную из Но Гёнгу. В отличие от парня, который применял свои способности бессознательно и так, чтобы не навредить себе, инопланетная тварь без колебаний вычерпала его резерв до самого дна, пуская эту силу в ход.

Разразилась телекинетическая буря!

Ууу-ух!

Но даже посреди этого хаоса вокруг Минджуна царило спокойствие. Любая физическая и духовная энергия, приближаясь к нему, теряла скорость, замедлялась и в конце концов замирала. В этом застывшем пространстве, где не шелохнулся ни единый волосок, он тихо прочел заклинание.

Инородная сущность, на секунду опоздав с осознанием того, что это за магия, оцепенела.

— ?!.

Вспых!

Клубящаяся черная тень окутала тело Минджуна, а затем, сплетаясь и разрастаясь в воздухе, приняла гигантские очертания.

— ...?!.

Сущность, накрывшая Минджуна, оказалась черным монстром, призванным лишь наполовину — виднелась только верхняя часть туловища. Его раскосые глаза сверкали враждебностью, а из пасти вырывался горячий кровавый туман. Окутывающая его кожу угольно-черная тень то принимала гротескные формы, то снова распадалась и рассеивалась.

Ш-ш-ш!

Над головой Минджуна симметрично вытянулись черные руки, толще, чем у любого тролля. На концах пальцев блестели острые когти.

— П-погоди!.. Ты что, спятил?!.

Источник силы черной магии — это первобытная энергия, сконденсированная из страданий жертвы и поглощения ее жизненной силы.

Поэтому в большинстве стран она была признана незаконной, но существовали исключения. Например, когда заклинатель в целях самообороны или ради общественного блага причинял боль самому себе, расплачиваясь собственной продолжительностью жизни и жизненной силой ради сотворения магии.

По ту сторону колышущейся тени левая рука Минджуна безвольно повисла, став похожей на иссохшую руку мумии, пролежавшей в гробнице тысячелетия.

В голове Этреллы это не укладывалось. Человек, который ради поимки какой-то мелкой сошки-преступника готов пожертвовать десятками лет собственной жизни!

Вжу-у-ух!

Минджун сделал всего один шаг, но...

Тень над его головой превратилась в черную вспышку и ринулась вперед.

Вжух!

Потребовалась ровно одна секунда, чтобы обрубить десятки щупалец, тянущихся из шеи Этреллы.

— А-а-а-а-а-а!

Еще секунда ушла на то, чтобы теневой монстр вырвал и отшвырнул прочь обе руки Этреллы.

Хрясь!

И, наконец, еще одна секунда понадобилась монстру, чтобы, широко разинув пасть, одним укусом откусить ей половину туловища. Итого трех секунд оказалось более чем достаточно.

— Х-ха... Х-ха...

Гр-р-р-р!

Этрелла, лишившаяся обеих рук и нижней половины тела, вернула себе истинный, инопланетный облик. Ее туловище содрогалось в конвульсиях и сжималось. Она почувствовала, как запах смерти подступил к самому ее горлу.

— П-по... погоди!

Поскольку она проигнорировала предупреждение, теперь противник имел полное право казнить ее на месте.

Ведь агенты, работающие по контракту с Миграционной Службой, были наделены такими полномочиями.

— Не может быть... Чтобы настолько!..

— Думала, я легкая добыча, а когда получила отпор — оказалось больно, да?

Официальный статус Е Минджуна как землянина — независимый агент, заключивший эксклюзивный контракт с Миграционной Службой правительства Республики Корея.

У него было множество обязанностей, но самой главной из них было расследование преступлений и подавление сопротивления со стороны разумных существ, не получивших земного гражданства. Другими словами, поимка и уничтожение преступников из других миров, вроде этой Этреллы, входила в его прямые обязанности.

Гр-р-р-р-р!

Вырвавшаяся из его тела тень придавила к земле располовиненную инопланетянку. Минджун неспешно шагнул вперед, сокращая расстояние между собой и тенью.

Тем временем Этрелла отчаянно пыталась придумать, как ей спастись. И бушующие в ее мозгу гормоны вытащили на поверхность глубоко запрятанное воспоминание, о котором она бы ни за что не вспомнила в обычной ситуации.

— Стой! Сохрани мне жизнь, и я щедро отплачу тебе!

http://tl.rulate.ru/book/57442/11680790