В ее двух жизнях, вместе взятых, это был первый раз, когда Линь Цинь Ван была окружена и наблюдалась тремя слоями толпы таких людей, как если бы они смотрели цирк уродов. Несмотря на то, что она была невозмутима, она неизбежно побледнела.
Она не ожидала, что эта торговка по фамилии Дун зайдет так далеко, чтобы сделать это, продав ее, как если бы она была домашним скотом. Ее привезли на рынок в повозке, вывели на открытое пространство и в ее непристойном состоянии прямо представили торговцами. Вскоре все стало хаотично, так как вокруг них стало собираться все больше и больше сельских жителей. Потом эти люди начали беспрерывно болтать, показывая на нее пальцами...
В это время Линь Цинь Ван хотела провалиться под землю; все виды стыда, смущения и гнева заполнили ее разум.
Было много вещей, о которых Линь Цинь Ван не знала.
Торговка Дун делала такую работу не в первый раз. Обычно она продавала некоторых девушек, отвергнутых богатыми семьями из-за их физических недостатков в сельской местности, бедным крестьянам, которые не могли позволить себе более высокий выкуп за невесту.
Многие старые вдовцы и мужчины, которые не могли пожениться на горе Луося, тратили несколько таэлей серебра, чтобы обзавестись женой.
Но на этот раз цена торговки Дун была немного завышена, целых двадцать таэлей серебра.
Как только торговка Дун закончила предложение, она почувствовала сожаление в своем сердце. В этих десяти или восьми деревнях вокруг горы Луося каждый человек был беден и полон проблем, где они могли взять 20 таэлей серебра на покупку жены?
Но слова уже были сказаны, и теперь она не может забрать их обратно. Торговка Дун думала, что кто-то пойдет вперед, чтобы поторговаться, и тогда она сможет снизить цену.
Окружающие чмокнули, двадцать таэлей серебра!?
«Торговка Дун, Ваша цена слишком пугающая!!!» - вставил сельчанин, который, казалось, очень хорошо знал торговку Дун. – «Двадцать таэлей серебра?!»
Даже после работы до потери пульса, выкапывая пищу в земле круглый год, семья могла получить только около 2-3 таэлей серебра в руки. Двадцать таэлей серебра - это примерно десять лет сбережений и два акра первоклассных рисовых полей.
В пределах этих десяти или восьми деревень, даже если семья, которую можно было бы считать благополучной, захотела жениться, цена обручения в лучшем случае составила бы всего около десяти таэлей серебра. Сегодня, даже если эта девушка была нежной, как цветок, утонченной, как нефрит, и выглядела так, будто фея спустилась в мир смертных, семья фермера не сможет себе ее позволить. Двадцать таэлей серебра, это не было похоже на покупку золотой куклы.
Но эта девушка была действительно хороша. Ее кожа была белой и нежной. Когда солнечные лучи освещали ее кожу, она казалась почти прозрачной. Она была природной красавицей, небольшого роста и выглядела хрупкой, как ива, нависшая под ветром. Хотя она выглядела смущенной, какая женщина не смутилась бы, если бы ее так продавали? В целом она выглядела как дух воды, красивее шестой наложницы землевладельца Бая.
Сельские жители не были культурными и не знали, как ее описать, но они чувствовали, что она красива, очень красива. Шестая наложница господина Бая, которая была хорошо известна в этих восьми деревнях как самый красивый цветок, не была достойна даже ее пальца.
«Пугающая? Вы думаете, что продать такую молодую женщину, хрупкую, как цветок, и драгоценную, как нефрит, за двадцать таэлей, пугающе? Эта старушка до сих пор считает, что это потеря. Если бы такую сказочную девушку продали мне за двадцать таэлей, эта старушка купила бы пару». Торговка Дун завопила скрипучим голосом и сделала вид, что насмехается.
«Айя, если Вы чувствуете себя в убытке, не продавайте! Тогда это не будет большой потерей», - вмешался прохожий.
При словах прохожего сразу же насторожились окружающие.
«Вряд ли у этой девушки возникнут проблемы, да...»
«Точнее, торговка Дун известна своей проницательностью и никогда не ведет убыточный бизнес…»
«Такую красивую девушку затащили сюда, чтобы продать. Торговку Дун случайно не ударил осел по голове, а?», - раздался слабый голос в толпе.
Торговка Дун не могла видеть человека, который сказал это. Многие люди окружали их, образуя три слоя толпы. Она внезапно пришла в ярость: «Может это у тебя проблема, и осел ударил тебя по голове?».
Толпа снова стала шумной.
«Айя, торговка Дун, почему Вы проклинаете людей..»
«Ваша запрашиваемая цена пугает, а Вы все равно ругаетесь, Вас не могут даже спросить…» Не часто они встречались с такой редкостью, как сегодня; Таким образом, мужчины, пришедшие на рынок, собрались вокруг, чтобы присоединиться к веселью.
Торговка Дун сердито выступила вперед, чтобы поймать этих бедных парней, которые только и знали, как получать удовольствие от просмотра веселья, но не делали никаких практических вещей.
«Если хочешь купить, иди сюда, если не хочешь покупать иди куда подальше, и не приходи сюда, чтобы мешать делам этой старушки».
Затем она всем объяснила: «Я еще раз говорю, с этой девушкой все в порядке, и у нее нет никаких неприятных заболеваний. Но она обидела своего господина и была продана. Ее господин наказал ее; таким образом, она продается вам, крестьянам, в жены. Да это дешево для вас, засранцы...»
Ооо ... так значит вот оно как.
Окружающие вздохнули. Способ наказания людей этим благородным господином действительно странен.
Но даже в этом случае никто не захотел покупать. В конце концов, двадцать таэлей серебряных - это не двадцать вэнь. Деревенские люди бедные, хах, откуда у них деньги, чтобы купить такую дорогую жену.
Таким образом, некоторые люди, которым было чем заняться, разошлись, а некоторые остались, которым нечем было заняться. Они хотели посмотреть, кто сможет потратить столько денег на покупку женщины.
Фактически, у этих сельских жителей глаз был наметан. Несмотря на то, что они были не образованы и бескультурны, они знали, что им подходит, а что нет.
Например, эта сказочная девушка у них на глазах. Как сельский мужик сможет о ней позаботиться, с ее светлой кожей и хорошим телосложением; однако она выглядела хрупкой, как ива, нависшая под ветром, ее хрупкое тело казалось непригодным для работы.
Какая деревенская семья не заставит ее работать, когда они заберут жену домой? Если после замужества она не будет работать, вам все еще придется ей служить. После целого дня работы в поле, если она все еще не будет работать, у вас не будет выбора и только остается обеспечивать ее.
Торговка Дун также знала о мыслях этих людей; таким образом, она не могла не чувствовать беспокойства и сожаления, что назвала такую высокую цену, которая напугала людей.
Каждый раз во время таких деловых операций ей просто приходилось выкрикивать цену, и тут же приходил покупатель, чтобы торговаться по цене, но сейчас ни один из них не выходил.
Спустя время, постепенно люди, наблюдающие за представлением, начали расходиться, а оставшиеся были просто зеваками, ни один не подошел торговаться...
Торговка Дун забеспокоилась еще больше, повернула голову и взглянула на Линь Цинь Ван. Возможно ей проще забрать ее себе?
Стиснув зубы, она собиралась снизить цену. Но вдруг «бабам» черный предмет упал возле ее ног, подняв немного пыли.
Торговка Дун отскочила от страха; Линь Цинь Ван, которая стояла позади нее с полуопущенными глазами, была еще больше поражена и подняла глаза.
Торговка Дун внимательно посмотрела; черным предметом оказался огромный кабаном. Бивни кабана были действительно длинными и он уже был мертвым.
«Этого достаточно, чтобы заменить ее им?» - спросил высокий крепкий мужчина, указывая пальцем на кабана, а затем на Линь Цинь Ван.
Мужчина был высоким, с загорелой кожей, с головы до ног он был одет в голубую простую хлопковую одежду и брюки, а на угловатом лице у него был длинный шрам от ножа. На первый взгляд он выглядел очень устрашающе.
Линь Цинь Ван внезапно почувствовала, что ее лицо потемнело, и не смогла справиться со смущением.
Что, простите?! Быть проданной мужчине в жены, она еще может это принять! Быть проданной на рынке, как будто она домашний скот, она тоже может с этим согласиться! Но… Но…жену в обмен на свинью??
Небеса, Боже, позволь грому поразить ее и расколоть ее на две части, она не хочет больше жить; это слишком постыдно ... она никогда не была так смущена в обеих жизнях вместе взятых.
Тень накрыла ее, загораживая свет перед ней.
«Эммм…гхм» Высокий мужчина долгое время ничего не говорил.
Рот Линь Цинь Ван дернулся, когда она подняла голову и увидела высокого крепкого мужчину, стоящего перед ней.
Он был очень высоким, с точки зрения ее прошлой жизни, по крайней мере, 1,80 или больше.
Он был очень сильным, с плечами как минимум вдвое больше ее, толстыми руками и смуглой кожей. На нем был плащ из грубой ткани, он выглядел очень мускулистым и сильным.
Черты его лица были острыми, как нож, с густыми бровями, очень острым носом и толстыми губами, с точки зрения физиогномии, люди с толстыми губами обычно доброжелательны и праведны...
На левой стороне лица был шрам, по всей видимости, оставленный ножом. Он простирался от угла его левого глаза до челюсти. Из-за этого шрама первоначальное пухлое и честное лицо сразу стало немного злобным и жестоким...
С точки зрения ее предыдущей жизни, этот мужчина был смелым и решительным, полным мужественности. С точки зрения ее нынешней жизни он был высоким, мужественным и немного некрасивым.
Оооо… а также его глаза. Они были большие, темные и глубокие, в его глазах тоже, кажется, был намек на удивление, смущение и нервозность....
Мужчина казался смущенным еще больше, чем она, хмыкал и бормотал, не мог сказать и слова разборчиво, что еще больше усложняло задачу.
Ему потребовалось полдня, чтобы выдавить предложение. «Я хочу жениться на тебе», - он не сказал слова «покупаю», - «я буду хорошо с тобой обращаться». Слова были произнесены быстро, и эти два коротких предложения, казалось, лишили этого человека всей смелости.
Линь Цинь Ван, казалось, увидела подозрительный намек на покраснение на лице мужчины в изумлении, но, поскольку сама его кожа была смуглой, она не была уверена.
Она чувствовала, как сильно бьется ее сердце, но она не знала, было ли это из-за длительного пребывания на солнце или из-за резких слов этого человека. Через несколько минут ее лицо стало холодным ... Торговка Дун, казалось, что-то говорила рядом с ней, но она не могла ясно это расслышать...
Еще раз она посмотрела мужчине в глаза; Спустя долгое время Линь Цинь Ван медленно кивнула.
В этих глазах она увидела серьезность и искренность ...
Возможно, это было потому, что ее притащили на рынок и продавали как скот, возможно, из-за того, что за ней наблюдала большая толпа зевак, возможно, из-за того, что она хотела поскорее положить конец этому позорному делу, возможно, это было из-за серьезности и искренности в глазах мужчины...
Возможно, здесь работали демоны и боги (*демоны и боги за работой (идиома); необъяснимое событие, требующее сверхъестественного объяснения; любопытное совпадение), поскольку Линь Цинь Ван неожиданно кивнула головой и согласилась:
«Хорошо».
http://tl.rulate.ru/book/46147/1108439
Сказали спасибо 115 читателей