Амай долгое время молчала.
– Так в чем же дело? – не выдержал Сюй Цзин.
Амай пришла в себя, через силу улыбнулась и перевела разговор на другую тему:
– Почтенный, как нам следует брать Цзинъян?
Взять Цзинъян – всё равно что запереть открытые ныне ворота в Южную Ся. Если взять Цзинъян, то многочисленное войско Чэнь Ци окажется в ловушке, из которой ему будет некуда деться. Недаром ведь говорят: посади черепаху в банку, и расти она перестанет. Если запереть войско Северной Мо, оно начнет таять без лишних усилий армии Южной Ся.
– Если хочешь взять Цзинъян, сперва тебе следует прервать сообщение между Цзинъяном и Юйчжоу. Тебе нужно взять Сяочжань, – Сюй Цзин ткнул пальцем в карту.
Сяочжань? Амай помнила это место. В нескольких десятках ли к югу от Сяочжань была Волчья лощина, в которой армии Юйчжоу и Цинчжоу устроили засаду на войско Чэнь Ци на втором году Эпохи Процветания.
Амай кинула. Они принялись обсуждать детали.
В начале четвертого месяца ведомая Чжан Шэном конница неожиданно напала на Сяочжань. Сообщение между Цзинъяном и Юйчжоу было прервано.
В том же месяце многочисленная армия Цзянбэя вышла из Синье и направилась к Цзинъяну. Одновременно с этим Цзян Сюн покинул Тайсин. Его основные силы атаковали Маочен с Лянчжоу и полностью перекрыли войску Северной Мо путь отступления на запад.
В провинциях Цин и Цзи войско Северной Мо понесло слишком большие потери, и теперь Чэнь Ци не сводил концы с концами. Самое большее, что Чэнь Ци смог сделать в сложившейся ситуации, это отправить отряд конницы, чтобы он всячески беспокоил армию Цзянбэя в пути и замедлял её. Одновременно с этим в Северной Мо начали собирать новое войско, чтобы отправить его подкреплением в Цзинъян.
На пятый месяц позади армии Цзянбэя вдруг появился Чан Юйцин с двадцатитысячным отборным войском – он собирался вновь захватить стратегически важный Синье.
Командовать гарнизоном Синье был оставлен Му Хай, на крепостных стенах была расставлена артиллерия. Трехдневный ожесточенный натиск на Синье не увенчался успехом. Чан Юйцин оставил Синье и направился к Линьтуну, намереваясь во что бы то ни стало восстановить пути сообщения войска Чэнь Ци с Северной Мо.
Гарнизон Линьтуна был невелик – всего три тысячи человек. То были разбойники с гор, которых привел с собой Тан Шаои. И этим вот разбойникам предстояло встретиться с хорошо выученными солдатами Северной Мо. Линьтуну грозила большая опасность.
Тан Шаои уехал в Линьтун, будто хлопнув дверью – в порыве эмоций, но теперь ситуация стала настолько серьезной, что рисковать было нельзя, всё личное следовало отодвинуть. Он организовал оборону города и в то же время отправил гонцов, запрашивая армию Цзянбэя о срочной помощи.
Когда Амай получила сообщение из Линьтуна, основные силы армии Цзянбэя уже подступили к Цзинъяну и атаковали его.
Цзинъян – северные ворота в Цзянбэй – издавна был стратегически важным местом. Его стены высоки, ров глубок, ворота крепки. У армии Цзянбэя была с собой артиллерия, но то в основном были удобные для переноски полевые орудия малого калибра, их силы оказалось недостаточно для того, чтобы пробить южные ворота Цзинъяна.
Сюй Цзин прочитал военную сводку и удивлённо спросил:
– Почему Чан Юйцин вдруг напал на Линьтун?
Лицо Амай было словно глубокие воды – поверхность ровна, а что там на дне не видно.
– Похоже, они просчитали, каковы будут наши следующие шаги, и решили опередить нас.
Немного подумав, она велела охраннику:
– Отправь Чжан Шэну приказ. Пусть оставит Сяочжань и немедленно едет в Линьтун.
– Постой! – Сюй Цзин вдруг задержал охранника и обернулся к Амай. – Чжан Шэн не может оставить Сяочжань! Если мы потеряем Сяочжань, наша армия окажется неприкрытой с тыла! До тех пор, пока Цзинъян не взят, уходить из Сяочжань нельзя!
Амай ответила ему тяжелым взглядом. Сюй Цзин махнул рукой, веля всем присутствующим в шатре выйти, а затем сказал:
– Я знаю, что он много для тебя значит. Но сейчас не то время, чтобы позволять личным привязанностям губить общее дело! Кто знает, может Чэнь Ци специально устроил нападение на Линьтун, чтобы отвлечь нас от Цзинъяна? Наша армия старалась, не щадила себя несколько лет, до успеха или поражения остался всего один шаг, и в такой-то момент ты собираешься принять решение под влияем не разума, а своих чувств?!
– Если мы не сможем взять Цзинъян прямо сейчас, я могу увести армию и попробовать взять Цзинъян в другой раз, – холодно ответила она. – Но если мы не отправим подмогу в Линьтун, Тан Шаои и все его люди умрут!
– Амай! – Сюй Цзин перешел на крик. – Ситуация на войне постоянно меняется! Ты что думаешь, взятие Цзинъяна – детские игры? Ну умрет Тан Шаои, и что? Не он первый, не он последний! Разве его жизнь ценнее жизней других людей?
– Но он поехал в Линьтун из-за меня!
– Но армия Цзянбэя воюет и пришла к Цзинъяну не ради тебя! Ты не можешь поставить свои личные отношения выше интересов всей страны и других людей! Тебе не стыдно перед всеми теми, кто уже пожертвовал своей жизнью в этой войне?! Тебе не стыдно перед своим отцом?!
От этого крика Амай покачнулась. Она закрыла глаза. По одну сторону – множество солдат армии Цзянбэя и все те, кто живет на этих землях, а по другую – Тан Шаои, который никогда не оставлял её. По одну сторону – то, как поступить должно, по другую – важный для неё человек.
Атаковать Цзинъян и бросить Линьтун. Но найдется ли кто-то другой, кто сможет относиться к ней так же, как он?
Оставить Цзинъян и пойти на помощь в Линьтун. А как же все те отдавшие свои жизни ради того, чтоб они пришли сюда, под стены Цзинъяна?
Сюй Цзин вздохнул и мягко сказал:
– Если Линьтун будет нами потерян, линию обороны будет держать Синье. Пройти мимо Синье северянам будет непросто, и они не смогут снова отнять у нас Цзинъян. Если же в Цзинъян успеет прийти подкрепление из Северной Мо, Чэнь Ци воспрянет, и тогда справиться с ним будет сложно. Ну а Тан Шаои – человек опытный. Его горцы хоть и не бывалые солдаты, но все выходцы из разбойников. У них смелости будет побольше, чем у солдат. Чан Юйцин действует с напором, но имеющих у него сил должно быть недостаточно. Тан Шаои наверняка сможет продержаться хотя бы полмесяца.
Амай плотно сжала губы, а потом пересилив себя сказала:
– Пусть Му Хай отправит в Линьтун подкрепление. Мы атакуем Цзинъян и, как только возьмем его, сразу же отправимся на подмогу сами.
Сюй Цзин почувствовал облегчение. Он снова взглянул на Амай и хотел добавить что-то ещё, но она тихо сказала:
– Почтенный, я очень устала. Мне надо отдохнуть и побыть одной.
Сюй Цзин какое-то время молча смотрел на неё, а затем вздохнул, развернулся и покинул шатер. Он хотел подождать, пока Амай успокоится, а затем опять поговорить с ней.
Когда стемнело, Сюй Цзин вдруг узнал о том, что Амай собирается начать ночной штурм Цзинъяна. Сюй Цзин поспешно вернулся и увидел, что она уже одета в полный комплект брони и отдает офицерам распоряжения. Амай мельком взглянула на Сюй Цзина, а затем опять обернулась к Черному Лицу и продолжила:
– Перевези все артиллерийские орудия к востоку от города и привлеки этим внимание северян. А осадные орудия незаметно передвинь к западной стене.
Сюй Цзин выступил вперед.
– Ты собираешься идти на штурм посреди ночи?
Амай невозмутимо кивнула.
– Да. Чем быстрее захватим Цзинъян, тем скорее сможем отправить подкрепление в Линьтун.
Она спокойно смотрела на Сюй Цзина и ждала, что он скажет.
– Артиллерию надо оставить перед южными воротами и продолжать бить по ним... – поправил Сюй Цзин, а затем по-лисьи улыбнулся и тихо продолжил. – Несколько ночей, и в Цзинъян можно будет войти.
В глазах Амай появилось понимание. Несколько предыдущих дней армия Цзянбэя, сосредоточив свои силы, атаковала южные ворота. Этой же ночью Амай хотела неожиданно ударить по западным, а чтобы отвлечь внимание гарнизона, приказала перебросить артиллерию на восток. Но такая уловка была слишком очевидной и могла не сработать. На губах Амай появилась улыбка – первая с тех пор, как пришло письмо из Линьтуна. Амай сложила руки и поклонилась Сюй Цзину.
– Благодарю почтенного за наставления.
В ночь на двадцатый день пятого месяца армия Цзянбэя опять атаковала Цзинъян, как и прежде её силы были сосредоточены на южных воротах. Гарнизоном Цзинъяна командовал старый генерал Сяо Шэнь. Именно он некогда встал на колени перед желавшим отправиться в военный поход на юг юным императором Северной Мо. Услышав о внезапной ночной атаке, Сяо Шэнь без лишних слов повел солдат на крепостные стены. Через некоторое время стало известно о том, что армия Цзянбэя атаковала ещё и западные ворота. Старый генерал Сяо Шэнь был человеком опытным и своё дело знал – поняв, какую игру ведет армия Цзянбэя, он не стал терять голову и организовал переброску сил к западным воротам. Ожесточенный бой шел до самого рассвета, западные ворота Цзинъяна выстояли, усилия армии Цзянбэя результата не принесли. Когда Сяо Шэнь начал разбираться и внимательно вникать в то, что же произошло прошедшей ночью, он обнаружил, что шума подле южных ворот было очень много, но шум тот был обманчив – подлинной целью ночной атаки южан были западные ворота.
Следующей ночью армия Цзянбэя опять пошла в атаку. Артиллерийские орудия снова палили по южным воротам, старый генерал Сяо Шэнь отправил к ним солдат, но не забыл и про западные. Однако на этот раз тревога была поднята у восточных ворот. Сяо Шэнь гневно топнул ногой и послал к ним срочное подкрепление. Бой шел до самого рассвета, но армия Цзянбэя не смогла сломать восточные ворота. Старый генерал Сяо вытер со лба холодный пот и тихо обругал Май Суй.
На третью ночь всё повторилось. Артиллерия армии Цзянбэя громко палила у южных ворот, а старый генерал Сяо Шэнь какое-то время не мог сделать выбор: куда же следует спешить на этот раз, на запад или на восток? Во время третьей стражи* стало известно об атаке на восточные ворота.
Так повторялось несколько ночей подряд, и генерал Сяо Шэнь начал улавливать некоторую закономерность.
В ночь на двадцать пятый день Сяо Шэнь по-тихому сосредоточил свои силы у западных ворот и лично присутствовал там. Как только стемнело, у южных ворот снова поднялся шум, послышались крики. Сяо Шэнь усмехнулся и стал ждать дальше. Около западных ворот на армию Цзянбэя была расставлена западня. Время шло. У западных ворот было тихо, никакого движения, а у южных воздух сотрясался от залпов артиллерийских орудий и криков солдат. Пока Сяо Шэнь призадумавшись ждал, пришло срочное донесение: армия Цзянбэя бьет по южным воротам, сосредоточив на них все свои силы, и ситуация там критична. Сяо Шэнь тут же повёл к южным воротам подкрепление, но, увы, было уже слишком поздно.
В ночь на двадцать пятый день пятого месяца третьего года Начала Благополучия армия Цзянбэя пробила южные ворота Цзинъяна. На двадцать шестой день Цзинъян полностью отбили. Командующий гарнизоном Северной Мо генерал Сяо Шэнь пал в бою. Потери гарнизона были велики, выжившие же бежали в Северную Мо через северные ворота.
Амай велела Линь Миньшэню обрядить останки генерала Сяо Шэня должным образом и отправить их к границе. Линь Миньшэнь принял приказ, но не забыл высказаться:
– У старика Сяо отваги было немного, иначе он до такого возраста не дожил бы. А был бы смелее, то вышел бы за ворота и напал бы на нас сам. Тогда, может быть, всё сложилось бы совсем иначе!
– С возрастом люди становятся осторожней, – ответила на это Амай.
Помолчав немного, она велела Чжан Шицяну:
– Отправь сейчас же гонца к Чжан Шэну. Пусть он оставит Сяочжань и скачет не останавливаясь в Линьтун. Я тоже поведу туда подкрепление.
Чжан Шицян отозвался и принял приказ.
Линь Миньшэнь смотрел на Амай, выражение его глаз было сложным. Амай не обратила на это внимания. Она считала дни и думала, успеет ли в Линьтун вовремя.
Чан Юйцин подъехал к стенам Линьтуна на пятнадцатый день. Она получила донесение об этом на девятнадцатый день. Уже шел двадцать шестой день. Пока Чжан Шэн получит приказ и успеет доскакать до Линьтуна, наступит уже следующий месяц. Таким образом, Линьтун будет в осаде более половины месяца.
У Тан Шаои три тысячи горных разбойников, а у Чан Юйцина двадцатитысячное отборное войско. Сможет ли Линьтун продержаться так долго?
Амай не была уверена в этом.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/43904/1687659
Сказали спасибо 72 читателя
Копипаста с Арзамаса, из статьи "Какое расстояние можно было преодолеть верхом на лошади за день?":
"Расстояние, которое можно было проехать на лошади в течение одного дня, зависело от качества дорог, породы лошади, цели путешествия и других факторов.
В кочевых культурах лошади считались не просто средством передвижения, но и инструментом, который позволял управлять огромными территориями. Государство народа хунну, которые создали первую кочевую империю, находившуюся на территории Центральной Азии, в китайских хрониках называли «царством военных коней». Хунну ездили на невысоких, крепких и неприхотливых лошадях монгольского типа – такая лошадь могла без отдыха проскакать 50 верст (1 верста ~ 1,06 км), а за день преодолеть 120. .... В походе у воина всегда было несколько лошадей, которых он сменял каждый день, – так животные не изнурялись во время долгого путешествия."
А если ехать без подменных лошадей, да по бездорожью или по дорогам, которые прочерчены не напрямую из пункта А в пункт Б, да стараясь не попасться в возможную засаду... нда, могло быть не быстро...