К счастью, Чжан Шицян был приучен ходить подолгу, здоров и молод. Хоть он и устал за последние дни, но упорно следовал за Амай и не отставал.
Спустя два дня они добрались до расположения армии Цзянбэя. Чан Юйцзун действительно привёл остатки своего войска на гору Яньшань, а Тан Шаои перекрыл все отступы с неё.
Амай и Чжан Шицян еле держалась. Амай все-таки не мужчина, да к тому же после болезни – её физические силы были истощены, она чуть не падала. До шатра Тан Шаои она добралась, держась за Чжан Шицяна. Тан Шаои подошел, сжал её плечи, пару раз внимательно осмотрел сверху донизу и тихо сказал:
– Хорошо быть живым.
Всего три коротких слова, но от них нельзя было не расчувствоваться.
Амай широко улыбнулась и сдержала слёзы:
– Старший брат забыл о чём мы говорили? Мы должны жить.
Тан Шаои тоже улыбнулся и ещё раз сжал её плечи. Ему хотелось обнять, но он подавил этот импульс. Он отвёл Амай в шатёр, усадил и велел охранникам принести еды, а стоявшему рядом Чжан Шицяну сказал:
– Оставь формальности, садись.
Чжан Шицян поблагодарил и отказался. Взглянув на Амай, он сказал:
– Генерал, я пойду первым.
Амай понимала, что он чувствует себя здесь стесненно и потому кивнула:
– Ступай в наш лагерь. Я позову тебя, если будет нужно.
Чжан Шицян ответил согласием, опять поклонился Тан Шаои, после чего развернулся и ушёл.
Когда они остались одни, Амай обернулась к Тан Шаои и спросила:
– Старший брат, какова сейчас обстановка?
– После того, как Цуй Яня разбили, он бежал на север и присоединился к остаткам войска Чан Юйцзуна. Чан Юйцзун не хотел принимать бой, и мы тогда нашли человека, которого выдали за Чан Юйцина. Связали его и вывезли перед войском, чтобы спровоцировать Цуй Яня. Чан Юйцзун побоялся, что Цуй Янь опять допустит какой-нибудь промах, и ему пришлось присоединиться. После того, как мы их разбили, остатки северян отступили на Яньшань. Они сидят там уже третий день.
– Каковы наши и их потери?
– Северяне потеряли более половины, а мы не так много. Цуй Янь опять сумел прорваться к главнокомандующему. Вэй Син серьезно ранен и не стал драться с ним. Цуй Янь убил нескольких его охранников. К счастью, Линь Миньшэнь случайно задел штандарт главнокомандующего, тот упал Цуй Яню на голову и закрыл весь обзор. Один из охранников воспользовался этим и ранил Цуй Яня. Жаль, что не убил, Цуй Яню удалось сбежать.
Услышав о том, как Линь Миньшэнь нечаянно сбил штандарт, который так удачно спас Вэй Сина, Амай спросила:
– Старший брат, ты думаешь, это действительно было случайно?
Тан Шаои немного подумал и ответил:
– Он говорит так. А мы с тобой можем думать иначе.
– Верно, – Амай кивнула. – Старший брат, ты запер Чан Юйцзуна и его людей на горе. Что ты планируешь делать дальше?
– Хочу заставить его спуститься с горы.
Амай подумала о том, что, если бы на горе были только Чан Юйцзун и Цуй Янь, заставить их спуститься было бы легко. Но к этому времени туда наверняка добрался Чан Юйцин. Обмануть его – дело непростое, к тому же у них есть договоренность. Она не стала ничего говорить об этом и, подумав, сказала:
– Чан Юйцзун держался к северу от нас, чтобы дождаться подкрепления из Юйчжоу. Теперь он укрылся на горе и выжидает, тянет наше время. Он ждать может, а мы – нет. Кода придёт подкрепление из Юйчжоу, мы окажемся в опасном положении.
Тан Шаои конечно же понимал, на что рассчитывает Чан Юйцзун, но вот так просто отпускать его и Цуй Яня ему очень не хотелось. Тан Шаои вздохнул и сказал:
– У них осталось менее десяти тысяч всадников, они пали духом и у них много раненых. Жаль так просто отпускать их.
Амай спросила:
– Старшему брату жаль отпускать эти десять тысяч всадников или Чан Юйцзуна и Цуй Яня?
Тан Шаои с непонимающим видом посмотрел на Амай и спросил:
– Есть разница?
Амай улыбнулась.
– Конечно, разница есть. Отпускать остатки их войска действительно жаль. Но если мы отпустим Чан Юйцзуна и Цуй Яня, старший брат будет только рад. Чан Юйцзун не настолько хорош, чтобы его следовало опасаться, а Цуй Янь настолько безрассуден, что отпустить его гораздо полезнее, чем убить.
Тан Шаои немного подумал и улыбнулся.
– Ты прав. Но, в любом случае, чтобы отвести армию, надо заручиться согласием Вэй Сина. Хотя он и ранен, но всё ещё наш главнокомандующий. Как ты? Отдохнул немного?
Амай встала и сказала:
– Все в порядке, пошли.
Тан Шаои снова взглянул на неё.
– Спешки нет, поешь сначала.
Амай была голодна, но то, что она сначала пришла к Тан Шаои а не к Вэй Сину, уже было неправильным. Если бы она ещё и поела, а затем отправилась докладываться о себе, то это вызвало бы подозрения и недовольство начальства. А потому она тут же сказала:
– Ничего страшного, если я поголодаю ещё немного. Сначала надо сходить к Вэй Сину.
Тан Шаои подумал и кивнул.
– Хорошо.
Когда они выходили из шатра, как-раз прибежал охранник с едой.
Тан Шаои мимоходом взял у него хлебец и сунул его в руку Амай. Вместе они отправились искать Вэй Сина.
Вэй Син был очень рад, что Амай жива и смогла вернуться. После нескольких ободряющих фраз он начал расспрашивать о том, как ей удалось сбежать. О случившемся за последние дни Амай рассказала полуправду. Она рассказала о том, что, оказавшись в воде, перерезала кинжалом ремни доспехов и смогла освободиться от них; о том, что её унесло течение очень далеко, а когда она, наконец, выбралась на берег, то от усталости потеряла сознание; о том, что, к счастью, её нашел крестьянин и спас от смерти.
В шатре Вэй Сина в то время был и Линь Миньшэнь. Слушая Амай, он то и дело охал и ахал и, наконец, сказал:
– Генерал Май так хорошо умеет плавать! Если бы на его месте был кто-то другой, боюсь, тяжесть доспехов сразу же утянула его на дно. А генерал Май смог не растеряться и успел перерезать ремни. Невероятно!
Амай с безразличным видом ответила:
– Обстоятельства вынудили. Удалось выжить только по счастливой случайности. Такой же, как тогда, когда советник Линь случайно задел штандарт главнокомандующего, и тот упал на Цуй Яня. Всего лишь удача.
Линь Миньшэнь закрыл рот и улыбнулся. Он хотел сказать что-то ещё, но его опередил Тан Шаои.
– Главнокомандующий, мы держим северян в осаде уже три дня. Чан Юйцзун стойко держит оборону. Боюсь, если мы будем продолжать удерживать их, получится больше вреда, чем пользы. Когда из Юйчжоу к ним придёт подкрепление, наше расположение окажется очень невыгодным. Нам лучше оставить Яньшань и придумать другой план.
Вэй Син подумал, а затем взглянул на Амай и спросил:
– Что об этом думает генерал Май?
– Чан Юйцзун уже не является проблемой. Но наша армия тоже устала. Нам необходимо найти подходящее место для отдыха и пополнения запасов, а после обсудить, как быть дальше.
Вэй Син подумал, что её слова звучат разумно. Он с гордостью и воодушевлением покидал горы Уланьшань, но поражение под Тайсином оказалось для него тяжелым ударом. Ему стало страшно, и он стал больше прислушиваться к другим. Теперь, услышав, что и Тан Шаои, и Амай советуют ему отвести армию от Яньшань, он согласно кивнул.
– Хорошо. Куда же нам лучше отступить на отдых?
Тан Шаои немного подумал и сказал:
– Мы разбили силы северян, которые шли с запада и востока. Для нас открыты оба этих путя. Северяне не ожидают, что мы вернёмся на запад. Думаю, нам следует изобразить отступление на восток, а самим повернуть на запад. Когда придёт подкрепление из Юйчжоу, Чан Юйцзун будет преследовать нас в восточном направлении, а мы тем временем тайком уйдем совсем в другую сторону и подыщем место для отдыха.
Вэй Син ещё не принял решения. Стоявший подле него Линь Миньшэнь хлопнул в ладоши и сказал:
– План генерала Тан хорош! После того, как отдохнём и пополним свои запасы, мы можем неожиданно напасть на подкрепление северян из Юйчжоу со спины. Отомстим за наших павших солдат!
Амай и Тан Шаои переглянулись и ничего не сказали.
Вэй Син принял решение:
– В таком случае, отступаем на запад.
Покинув шатёр Вэй Сина, Амай спросила Тан Шаои:
– Старший брат, как ты думаешь, каковы намерения Линь Миньшэня? Ему мало сражений? Почему он хочет напасть на подкрепление северян?
Тан Шаои тихо покачал головой.
– Мне тоже непонятно.
– Начиная с нашей встречи в горах Цуйшань мне кажется, что с ним что-то не так, но не могу понять, что.
У Тан Шаои было похожее ощущение – что-то в Линь Миньшэне было странным. Сначала он думал, что Линь Миньшэнь отправлен в армию под защиту Вэй Сина, чтобы тот приглядывал за ним. Но теперь, после того как они пережили несколько крупных сражений, он всё сильнее чувствовал, что этот человек не так прост. Даже если оставить в стороне всякие мелочи, достаточно вспомнить, что Цуй Янь дважды смог пробиться к главнокомандующему – он ранил Вэй Сина, перебил многих охранников и находящихся подле офицеров, но Линь Миньшэнь при этом нисколько не пострадал. «Хорошая» – этого слова было явно недостаточно для описания его удачи.
Тан Шаои не был мастером подбирать слова. У него были разные предположения, но он не хотел говорить о них. Вместо этого он сказал:
– Не беспокойся о нём. Возвращайся в свой лагерь, поешь и отдохни, а я займусь подготовкой отступления.
Амай осталась стоять на месте. Она опустила голову и какое-то время молчала, а затем вдруг спросила:
– Старший брат, как ты думаешь, зачем Чан Юйцин в прошлом году был в Шэнду? Кто при дворе тайком ведёт переговоры с северянами?
Тан Шаои нахмурился.
– Ты думаешь, Линь Миньшэнь имеет к этому отношение?
Амай наклонила голову и вспоминала. Вспоминала о том, что она разобралась с Линь Миньшэнем как раз перед тем, как столкнулась с Чан Юйцином. Вспоминала о том, что кто-то позвал её на встречу в уединённом месте, но только она собралась туда, как Линь Миньшэнь остановил её и начал домогаться. Тогда она была уверена, что её звал туда Линь Миньшэнь, но сейчас ей казалось, что думала она так напрасно – заманивал её Чан Юйцин.
Было ли это простым совпадением? Разве только... Линь Миньшэнь знал, о намерениях Чан Юйцина убить её. Как так получилось, что Линь Миньшэнь и Чан Юйцин знакомы? Почему Линь Миньшэнь спас её?
Вдруг всё сложилось, Амай поняла.
Линь Миньшэнь, возможно, вовсе не собирался спасать её! Он хотел уберечь Чан Юйцина от неприятностей, чтобы тот ненароком не раскрыл себя!
А затем она вспомнила тех дворцовых гвардейцев, которые пришли на выручку Чан Юйцину. Они сказали, что фамилия их господина Му.
Всё так очевидно!
Линь – 林 – это лес, а одно из многочисленных написаний Му – 木 – дерево.
Та высокопоставленная персона, которая ведет тайные переговоры с северянами – никто иной, как отец Линь Миньшэня – первый министр Линь! Линь Миньшэнь оказался в тот день в горах Цуйшань не случайно, он встречался с Чан Юйцином.
Видя, что Амай долгое время молчит, Тан Шаои окликнул её:
– Амай?
Она пришла в себя, подняла голову и посмотрела на Тан Шаои:
– Старший брат? Что случилось?
Тан Шаои нахмурился сильнее и спросил:
– Полагаешь, Линь Миньшэнь в сговоре с неприятелем?
Хотя Амай именно так и думала, но полной уверенности у неё не было, и потому она не осмелилась говорить об этом вслух.
– Не знаю. Но ведёт он себя странно. Старший брат, будь осторожен с ним.
Тан Шаои кивнул и опять сказал, чтоб она возвращалась в лагерь поесть и отдохнуть. Амай попрощалась с ним и ушла.
В лагере седьмого батальона уже прослышали от Чжан Шицяна о том, что Амай благополучно вернулась живой, но видя её, радовались опять. Даже неизменно серьезный и неулыбчивый Чёрное Лицо приподнял уголки губ, что уж тут говорить про Ли Шаочао, Ван Ци и других? Они радостно окружили и принялись расспрашивать о том, что с ней приключилось. Амай повторила то, что рассказала Вэй Сину. Слушавшие пораженно вздыхали и говорили, что достойным людям помогают сами Небеса, и раз удалось пережить такое, то и в будущем стоит ждать благополучия.
Амай только улыбнулась. Когда все ушли, она велела Чжан Шицяну подготовить свежую форму и сказала:
– Я посплю, да и тебе не мешает отдохнуть. Полагаю, сегодня мы уйдём отсюда. Вели, чтоб нас вовремя разбудили.
Амай не ошиблась. В тот же день армия Цзянбэя начала отступление на восток.
Тем временем на Яньшань Чан Юйцзуну доложили о том, что армия Цзянбэя уходит. Чан Юйцзун был удивлён и спросил стоявшего рядом Чан Юйцина:
– Седьмой брат, южане уходят, разве это не обман?
Чан Юйцин молчал. Он добрался до своих раньше, чем Амай, и в ночи смог пробраться на Яньшань. Первым делом он разобрался с текущей ситуацией и усилил оборону. Чан Юйцин не предполагал, что армия Цзянбэя отступит.
Чан Юйцзун не осмелился прерывать размышления Чан Юйцина, стоял и молча ждал. Наконец, Чан Юйцин сказал:
– Давай сначала посмотрим.
Они взобрались повыше, нашли удобное для обзора место и увидели, что армия Цзянбэя действительно снялась с лагеря и движется на восток.
Неужели Амай собирается сдержать слово и отпустить их? Или это очередной обман? Чан Юйцин не был уверен.
Смотря на уходящую армию, Чан Юйцзун сказал:
– Седьмой брат, южане и в самом деле уходят.
Чан Юйцин подумал ещё немного и сказал:
– Выбери нескольких толковых офицеров и отправь их преследовать южан.
Чан Юйцзун удивился.
– Раз южане уходят, то мы должны возносить благодарности Небесам, а ты вместо этого хочешь преследовать их? Как быть, если они повернут обратно? У нас тут полно раненых и покалеченных. Говорят, что к нам отправлено подкрепление из Юйчжоу, но мы-то знаем, что даже если подкрепление придёт, от наших людей почти никого не останется. Мы станем ступенькой, по которой другие поднимутся к успеху!
Чан Юйцзун нерешительно помедлил ещё немного, но всё же сказал:
– Что, если это обман? Что, если, спустившись и начав преследование, мы сделаем именно то, на что они рассчитывают?
Чуть улыбнувшись, Чан Юйцин объяснил:
– Надо всего лишь встревожить их, но не вступать в бой. Если южане захотят ударить по преследующим, твои люди должны будут вернуться назад.
Чан Юйцзун совсем запутался.
– Почему?
Чан Юйцин смотрел на уходящую армию Цзянбэя. Он усмехнулся и ответил:
– Тот, кто много хитрит и врёт, должен быть мнительным и подозревать в обмане других. Ты будешь делать вид, что преследуешь их, а они подумают, что ты никак не можешь догнать их нарочно. Они решат, что им самим лучше поторопиться.
Чан Юйцзун отнесся к сказанному Чан Юйцином с некоторым сомнением, но перечить не стал и приказал выбрать пять сотен крепких бойцов, чтобы отправить их за армией Цзянбэя.
Цуй Янь был ранен в бедро и сидел в своём шатре. Услышав новости, он весь взвился, примчался к Чан Юйцину и начал шуметь:
– Старший брат! Отпусти меня в погоню за ними!
Чан Юйцин осторожно протирал лезвие кинжала Амай. Он даже не поднял головы и тихо сказал:
– Нет.
Стоявший рядом Чан Юйцзун рассердился.
– Отпустить тебя?! Ты уже не раз попадался в их ловушки! Если бы не ты, седьмой брат не оказался бы в их руках! Мы бы не потеряли столько ранеными и убитыми! Мы бы не оказались в таком положении!
Цуй Янь принялся упрямо спорить:
– Как меня можно винить за это?! Я хотел покончить с Май Суй! А старший брат...
Чан Юйцин вдруг поднял голову и посмотрел на Цуй Яня. Цуй Янь испуганно осёкся и не договорил того, что хотел сказать. Он опустил голову и прошептал:
– В любом случае... виноват не я один.
Чан Юйцин опять опустил голову. Медленно протирая клинок, он приказал:
– Юйцзун, бери людей и начинай погоню. Хорошо помни, что вступать в бой нельзя.
Чан Юйцзун принял приказ и ушёл. Цуй Янь виновато взглянул на Чан Юйцина. Не увидев на его лице никаких эмоций, Цуй Янь стал раскаиваться в своих словах сильнее.
Пока он думал о том, что следует сказать, Чан Юйцин вдруг произнёс:
– Ты прав.
Цуй Янь был удивлён и с запинкой начал:
– Старший брат, на самом деле...
Чан Юйцин поднял голову и посмотрел на Цуй Яня. Лицо его было спокойно.
– На самом деле, ты сказал верно. Если бы я сразу убил её, то мы не попались бы на её хитрости, и всего остального не случилось бы.
Чан Юйцин тихо усмехнулся, встал и отошел на несколько шагов. Хорошо размахнувшись, он забросил кинжал куда-то далеко вниз, а затем повернулся и улыбнулся Цуй Яню.
– А`янь, когда встретишь её в следующий раз – убей немедля.
Цуй Янь молча смотрел на Чан Юйцина.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/43904/1417067
Сказали спасибо 85 читателей