Глава 65. Решение.
Хи Юань перешагнул умоляющую Вэнь-Гуйпин и улыбнулся, опустив голову, чтобы посмотреть на нее: "что делает Вэнь-Гуйпин? Это серьезное преступление - причинить беспокойство дворцу Тянь Ци."
Вэнь-Гуйпин использовала свои рукава, чтобы резко вытереть слезы на ее лице. Она холодно улыбнулась, подняв подбородок , посмотрела на Ванг е, у которого было крайне горделивое лицо: "Если бы это было правдой, то неизвестно, сколько раз Руи Ванг был бы наказан. Должна я быть наказан или нет, зависит от императора, а не от Ванг е. Ты, должно быть, изучал устав в детстве. Никто никогда не учил тебя, как взаимодействовать с матерью Шу?"
Лицо Юаня мгновенно потемнело. Виноватая Вэнь-Гуйпин осмелилась упрекнуть его? Он сказал тихим голосом: "Устав Бен Ванга не нуждается в исправлении вами. Раз уж Вэнь-Гуйпин способна на такое, то вам следует идти и умолять фухуана освободить Да Гё. "Он повернулся, чтобы сложить руки в кулак, обращаясь к Хёнгу. "Эр гё, Эр сао, приветствую".
"Добрый день, Сан ди, - Хи Хёнг посмотрел на охранников, стоящих рядом, вежливая улыбка появилась на его лице, - если Сан ди просит аудиенции фухуана, лучше сообщить об этом заранее. Фухуан только что принял Лекарство. Боюсь, он будет отдыхать какое-то время".
"Я не думал, что Эр ге и Си ди прибудут сюда быстрее, чем я", - слова юаня подразумевали, что он прибыл рано, потому что он был уведомлен заранее.
"Мы использовали быструю лошадь и хлыст, чтобы примчаться сюда сразу после того, как услышали, что фухуан болен". Хи Хёнг, казалось, не слышал подтекста, и не замечал намека на смущение на его лице. "Ему повезло, что фухуан долгожитель, как небо, и никогда серьезно не болел. Но я вел себя нелепо".
Хи Минг, который стоял рядом с парой, поклонился Хи Юаню, не говоря, и отступил в дальнюю часть комнаты.
Он взглянул на него, спокойно комментируя: "кажется, тело Си ди в лучшем состоянии".
"Спасибо за беспокойство Сан ге. У Юи ди нет серьезных проблем, - он сменил тему, продолжая, - жаль, что я не смог помочь фухуану в этом вопросе. Я чувствую вину".
Хи Юань сузил глаза глядя на этого невзрачного Диди. Некоторое время спустя он холодно улыбнулся и ничего не ответил.
Цин Цзюй молча наблюдала за этой великой картиной Императорского дома. Ненависть Вэнь-Гуйпин к Хи Юаню, презрение Хи Юаня к Хи Мингу и едва уловимое недовольство от Хёнга по отношении к Юаню. Все было показано перед глазами Цин Цзюй. Она чувствовала, что в этом мире отношения между мужем и женой, отцом и сыном, братом и братом сложились именно в императорском доме.
С тех пор, как Лао да обрамил его, он был ограничен своей резиденцией и даже сам фухуан, казалось, разочаровался в нем. Поэтому, после освобождения из-под домашнего ареста, Хи Юань всегда думал о тех душных днях, когда он видел кого-то связанного с Хи Ци. Его личность всегда была скандальной, но он никогда не хотел причинять дискомфорт себе. Он всегда говорил все, что думал, и делал все, что хотел.
Он холодно посмотрел на Вэнь-Гуйпин. Видя, что ее глаза были полны ненависти, он усмехнулся: " Вэнь-Гуйпин не должна смотреть на Бен Ванга такими глазами. Если бы меня не подставил да ге, я не был бы заключен в тюрьму Ванг фу. Если вы хотите кого-то ненавидеть, ненавидьте да гё за такие злые мысли. Не надо ненавидеть невинных людей вроде меня".
"Ваше Высочество Руи Ванг невиновен? «Мягкость и искренность, которые обычно появлялись на лице Вэнь-Гуйпин, теперь полностью отсутствовали. Она указала на юаня и пронзительным голосом обвинила его: "То есть вы хотите сказать, что не контролировали поставку соли, не выдавали займы под высокие проценты, не покупали и не продавали официальные должности?!
Он презрительно посмотрел на нее. Намного позже, он ответил: "Если нет доказательств, то это клевета. Я не знаю, почему императорская супруга, Вэнь-Гуйпин так озабочена вопросами королевского двора. В чем здесь заключается смысл?"
Вэнь-Гуйпин уставился на него с ненавистью, но не могла сказать ни слова. Ее плечи слегка дрожали, она медленно опустила голову. Спустя некоторое время, она все еще не могла смотреть ни на кого другого, держа руку Дворцовой служанки, чтобы не упасть.
Цин Цзюй увидела отношение юаня и вспомнила случай с Цзян Нянем. Это дело будет отложено? У старого императора были проблемы с мозгом? Такой важный вопрос, как его можно рассматривать не в серьез?
По той причине, что император был неравнодушен к одному сыну, он не заботился о смерти своих граждан. Поставка соли, выдача займов под высокие проценты, покупка и продажа официальных должностей, что из этого не было важным вопросом? Если бы он не знал, в лучшем случае это была бы оплошность, но зная и не останавливая это все, разве это не говорило людям, что император не заботился об их делах, теперь преступники могут делать все, что хотят?
Думая об этом больше, она почувствовала отвращение, формирующееся внутри. Такой человек стал императором. Это было бедствие для людей всего мира. Если бы у предыдущего императора был еще один сын, то, скорее всего, ему не выпал бы шанс сесть на престол.
Именно тогда, слуга поспешно подошел и сказал, что император вызывает Руи Ванга на аудиенцию.
Цюй Цин Цзюй смотрела как молодой тайцзянь совершал поклоны и заводил Хи Юаня внутрь. Она перевела взгляд и спустилась по лестнице из белого нефрита с Хи Хёнгом. Когда их экипаж проехал определенное расстояние по направлению к резиденции, она посмотрела на Хёнга и сказала: "Ванг е, нелегко быть одним из простых людей.- Она подняла руку, чтобы отодвинуть занавеску, и посмотрела на простых людей в мешковине, отходящих в сторону от экипажа; их деревянные лица были полны восхищения и осторожности.
Она не была настоящей леди из благородной семьи. Она могла бы любить красивую одежду и вкусную еду, однако она никогда не стала угнетать других и жертвовать большинством, чтобы удовлетворить свои собственные желания.
Хёнг не мог поверить, что Цин Цзюй сказала ему такие слова. Он молча посмотрел на эту женщину. В этот момент на ее лице не было ни очарования, ни улыбки, ни даже ее привычного взгляда. Он никогда не чувствовал, что она так достойна уважения народа, как сейчас.
Хёнг последовал за ее рукой, чтобы посмотреть на толпы на улице, его глаза постепенно успокаивались. Немного позже, он опустил свое лицо и заявил: "трудности этих людей должны быть причиной того, что высшие должностные люди станут более прилежными и справедливыми в управлении".
Цин Цзюй отпустила занавеску, повернув голову, она посмотрела на Хи Хёнга. Она вдруг заулыбалась, как будто только что приняла решение. Она кивнула: "Ванг е мудр, я верю тебе".
Он молча посмотрел на нее и протянул руку, чтобы обнять. Он вздохнул: "ты".
Цин Цзюй опустила голову, чтобы посмотреть, как они нежно держались за руки. Этот человек перед ее глазами может и не быть хорошим человеком, но он определенно станет хорошим императором. Изначально ей было все равно, кто станет императором, однако после сегодняшнего дня, она надеялась, что это будет её любимый муж.
Она не была святой, но она все еще оставалась человеком. Поэтому Цин Цзюй не могла принять поведение Хи Юаня и Цин де императора, не могла согласиться с тем, что они воспринимали все в виде своей прерогативы.
Так что ... если бы Хёнг хотел стать императором, она бы не пыталась его остановить.
Чэн Ванг фу и Дуань Ванг Фу были разделены улицей. Попрощавшись с Эр ге и Эр Сао, он почувствовал, что между этими двумя царила странная атмосфера. Они все еще были близки, но теперь было что-то большее, что не поддавалось объяснению.
После того, как он вернулся в Чэн Ванг Фу, список был представлен ему церемониальным агентством. В нем был указан выкуп за невесту, который агентство передало Луо Шан Шу Фу. В нем были представлены все предметы, которые Императорский дом был готов отдать от его имени. Если бы он не хотел добавлять ничего личного, они бы подготовили выкуп по этому списку.
Когда он отложил список в сторону, он вспомнил, как Эр ге и Эр Сао взаимодействовали друг с другом. Он призвал Сан Хая и добавил еще много вещей. Может, он и не был любимчиком, но все еще был Ванг е. Он не был беден до такой степени, что не мог сам выдавать хорошие вещи.
На следующий день Чэн Ванг Фу вернул список главному из церемониальным агентства, и он был глубоко тронут после прочтения дополнений. Этот Чэн Ванг был очень щедрым. Мистеру Луо повезло.
Через несколько дней были объявлены рейтинги весенних экзаменов. Те, кто получил квалификацию, были в основном из благородных семей. Некоторые умные люди обнаружили, что ни один из лидеров тестирования не был рекомендован стороной Нин Ванга. Также не так много было и со стороны Руи Ванга. Высшие чины в основном достались неизвестным вторым сыновьям или сыновьям Шу из знатных семей.
Нин Ванг был заключен в тюрьму, поэтому было естественно, что никто из его людей не был ранжирован. Но Руи Ван не многим отличался, разве это не интересно?
Вскоре после этого люди узнали, что Руи Ванг спорил со своим Шу му перед дворцом Тянь Ци несколько дней назад. Некоторые консервативные представители властных структурне могли не вздохнуть, этот Руи Ванг был слишком безрассудным. Даже если положение его матери не было высоким, она все еще была биологической матерью Нин Ванга. Поведение Руи Ванга никого не волновало.
После того, как рейтинги были объявлены, настало время для судебного рассмотрения. Хёнг все еще восстанавливался в фу. Резиденция часто получала подарки императора, императрицы и Цзин Гуйфэй. Цюй Цин Цзюй сказала слугам запереть все подарки в хранилищах.
Она вспомнила, что император намекал Хи Хёнгу, во время недавнего визита, что желает ему скорейшего выздоровления, чтобы он мог присутствовать при дворе. Но, видя неторопливое состояние Хи Хёнга, было ясно, что он хотел продлить период восстановления, пока экзамены не закончатся, прежде чем вернуться в суд.
"Ванг е, как насчет того, чтобы взглянуть на то, как я обрезала этот бонсай?" Цин Цзюй положила ножницы в руку. Увидев, как он подходит, она помахала ему, чтобы он пришел полюбоваться ее новой работой.
Взглянув на бонсай, Хи Хёнг не смог найти подходящих слов, чтобы описать его. Атмосфера, настоящего творения искусства излучалась из её бонсая. Его Ванг Фэй каким-то образом сумела заставить бонсай принять форму золотого слитка.
"Эта форма очень особенная", - улыбнулся Хи Хёнг, коснувшись середины слитка. Он не почувствовал раздражения, когда увидел, что стол был покрыт листьями и ветвями, когда сидел за столом. Он заявил: "сегодня я сопровождал Си ди(брата) в отправке выкупа за невесту Луо Шан Шу Фу. Луо Лао тайтай (сударыня, мадам) спрашивала о тебе."
"Ло Лао тайтай множество раз заботилась обо мне. Должно быть, она увидела Ванг е и вспомнила обо мне". Цин Цзюй улыбнулась и повернулась, чтобы закончить мыть руки в тазе, который принесла Цзинь Чжань. Вытерев руки, она заметила: " даже я подготовила дополнительные вещи для выкупа невесты".
Хи Хёнг не интересовался женскими делами. Услышав это, он только улыбнулся. Мужчине, который безоговорочно доверял своей женщине, хоуюань (помощь в выкупе невесты, поддержка) можно было отдать на ее попечение. Он не должен тщательно контролировать этот процесс.
"Не пройдет много времени, прежде чем Си ди женится, - нахмурил он брови, задаваясь вопросом, - в этом году многие кандидатки вошли во дворец. Я не знаю, что фухуан планирует."
Цюй Цин Цзюй остановилась, вытирая руки, протягивая ткань слуге стоящей за ней. Ее бровь слегка дернулась: "Ванг е, это означает, что новые люди входят в фу?"
Хи Хёнг внимательно посмотрел на нее. Это было нормальным явлением, однако он чувствовал, что это было неправильно по какой-то причине. Он помедлил, прежде чем сказать: "я не уверен в этом вопросе. Но не волнуйся, я не буду на них смотреть и обращать внимание".
"Кого волнует, на кого ты смотришь, в будущем будет еще больше красавиц", - Цин Цзюй встала, бросив ревнивый взгляд на него. Она протерла лоб и объявила: "Ванг е, я чувствует себя нехорошо, мне необходимо некоторое время отдохнуть". Она повернулась и ушла при поддержке Му Цзинь.
Хёнг потер нос и беспомощно улыбнулся. Он встал, чтобы последовать за ней в спальню. Как ни странно, он чувствовал себя расслабленным и беззаботным после того, как на него посмотрела Цюй Цин Цзюй.
http://tl.rulate.ru/book/2684/325732
Сказали спасибо 153 читателя