Каменная деревня приютилась в самом сердце горной цепи Цанман, стиснутая со всех сторон исполинскими пиками и бездонными провалами ущелий. На рассвете первые лучи солнца, подобные россыпи червонного золота, заливают мир своим сиянием, и их тепло ласково касается кожи.
На пустыре перед деревней, встречая зарю, упражнялись несколько десятков детей: от пятилетних сорванцов до крепких подростков. Под звонкое «хын-ха» они закаляли свои тела. Сосредоточенность застыла на юных лицах; движения старших были стремительны и полны силы, но и малыши старались не отставать, усердно повторяя каждое упражнение.
Наставником им служил рослый мужчина, чье тело статью напоминало свирепого леопарда. Одетый в шкуры диких зверей, он сверкал на солнце бронзовой кожей. Его черные волосы были небрежно распущены, а внимательный, острый взгляд не упускал ни одного движения учеников.
— С восходом солнца все сущее пробуждается, и энергия жизни достигает своего пика, — веско произнес он, обходя строй. — Пусть нам не дано, подобно героям легенд, впитывать сияние небес и питаться самим духом мира, но утренняя закалка под лучами зари приносит великую пользу. Она наполняет плоть жизненной силой. Помните: утро определяет успех всего дня. Нужно трудиться не покладая рук, крепить кости и закалять жилы. Только так вы обретете силу, которая станет вашим единственным залогом выживания в этих суровых горах. — Мужчина посуровел и выкрикнул:
— Вам ясно?!
— Ясно! — В один голос, во всю мощь легких, отозвалась детвора.
Окружающие горы были полны опасностей. То и дело небеса застилала тень от крыльев невообразимо огромных существ, а с вершин доносился леденящий душу рев пустынных монстров, взывающих к луне. О ядовитых тварях, таящихся в каждой расщелине, и говорить не стоило – здешние места были поистине ужасающими.
— И мне ясно-о… — пропищал тоненький голосок, запоздав на мгновение.
Среди тренирующихся затесался совсем крохотный ребенок, на вид года полтора, не больше. Он едва научился ходить несколько месяцев назад, но уже изо всех сил старался подражать старшим. Очевидно, он приплелся сюда сам и самовольно примкнул к строю, хотя по возрасту ему здесь было совсем не место.
— Хын-ха! Хэй-я! — Кроха старательно махал пухлыми ручонками, повторяя движения за подростками. Но он был слишком мал: ножки подкашивались, его пошатывало из стороны в сторону, а белые следы от молока на губах довершали эту уморительную картину.
Глядя на него, старшие ребята начали корчить рожицы, и строгая атмосфера утренней тренировки заметно смягчилась.
Малыш по прозвищу Кроха был на редкость хорошеньким: белая, нежная кожа, большие живые глазки, похожие на две черные жемчужины – настоящий фарфоровый человечек. Его неуклюжие попытки тренироваться и забавное лепетание вызывали добрые улыбки даже у стариков, что сидели неподалеку на огромных валунах, совершая свои дыхательные практики.
Взрослые охотники – могучие мужи с обнаженными торсами, чьи мышцы перекатывались под кожей, словно стальные канаты, – тоже поглядывали на малыша со смехом. Это были защитники деревни, ее главная опора. Они тоже не сидели без дела: кто-то упражнялся с тяжелой палицей, вытесанной из кости неведомого чудовища, кто-то с гулом, подобным раскатам грома, рассекал воздух широким мечом из черного металла.
В этом жестоком мире, где за каждым кустом подстерегает хищник, а за еду нужно платить кровью, многие не доживали до зрелости. Единственным способом выжить была сила. Поэтому усердный труд на рассвете стал привычкой для каждого: от мала до велика.
— Не отвлекаться! — Зычно прикрикнул наставник. Дети тут же подобрались и продолжили упражнения в золотистом свете зари.
— Фу-ух… устал, — выдохнул Кроха и плюхнулся попой прямо на землю, наблюдая за старшими. Впрочем, усидеть на месте долго он не смог. Его внимание привлекла пятицветная птица, скачущая неподалеку. Малыш вскочил и, пошатываясь, бросился в погоню. Он то и дело спотыкался, падал, но не плакал, а лишь сердито сопел, поднимался и упрямо бежал дальше.
— Всё, закончили! — Раздалась команда.
Раздались радостные вопли. Дети, разминая затекшие мышцы, гурьбой бросились по домам – пришло время завтрака.
Старики, посмеиваясь, поднялись со своих камней. Крепкие мужи со смехом принялись подначивать сыновей, после чего, подхватив оружие, тоже потянулись к жилищам.
Каменная деревня была невелика: всего три сотни душ. Дома здесь строили из грубого камня – просто и надежно.
У самого въезда высился огромный остов дерева, когда-то пораженного молнией. Исполинский ствол достигал десяти метров в диаметре, и лишь единственная ивовая ветвь зеленела на нем. С приходом зари таинственное мерцание, исходившее от нее ночью, угасло, и дерево приняло самый обыденный вид.
— Ого, сегодня мясо земляного дракона! Дайте мне кусочек! — Галдели дети. Даже за едой они не могли усидеть спокойно, выбегая из домов с глиняными мисками, чтобы похвалиться добычей друг перед другом.
Вокруг деревни шумели густые леса, полные дичи, но жизнь в горах нельзя было назвать сытой. Рацион селян состоял из лепешек грубого помола, диких плодов и лишь небольшого количества мяса, которое в первую очередь доставалось детям.
Нехватка продовольствия всегда была острой проблемой для жителей. Леса таили в себе смерть, и каждая вылазка за добычей могла закончиться потерей кормильца. Если бы у людей был выбор, они бы никогда не заходили вглубь гор, ведь за еду там платили кровью.
В самом конце улицы располагалось подворье старого главы клана, Ши Юньфэна. Оно было сложено из тяжелых валунов и примыкало к обугленному стволу древней ивы. У очага в котелке закипало молоко, наполняя воздух густым ароматом. Старик варил молоко диких зверей, время от времени добавляя туда лечебные травы и помешивая варево деревянной ложкой.
— Кроха, иди есть, — позвал он через некоторое время.
Малыш потерял родителей, когда ему было всего полгода, и его выкармливали молоком всевозможных лесных зверей. Сейчас ему шел второй год, и любой другой ребенок на его месте давно бы перешел на твердую пищу, но Кроха по-прежнему обожал свое молоко, за что его часто дразнили старшие ребята.
— Уф… не могу больше бежать, — малютка, так и не поймавший пятицветную птицу, в изнеможении опустился на землю, тяжело дыша.
— Кроха опять идет сосать молоко! — Захохотала пробегающая мимо детвора.
— Ах вы, сорванцы! — Добродушно проворчал Ши Юньфэн. — Сами-то какими были в его годы?
— Но мы-то не пили молоко в полтора года, хе-хе!
Кроха лишь беззаботно улыбнулся в ответ, его глаза превратились в два веселых полумесяца. Совершенно не смущаясь, он уселся перед котлом и с аппетитом принялся черпать сладкое лакомство деревянной ложкой.
После завтрака к дому главы пришли несколько старейшин. Несмотря на седые волосы и бороды, они выглядели бодрыми и полными сил.
— В последнее время в горах неспокойно, — начал один из них. — По ночам слышно, как мимо деревни проходят какие-то великаны. Шум стоит такой, что земля дрожит. Видать, в глубине хребта что-то стряслось.
— Да, я вчера тоже просыпался несколько раз, — кивнул другой. — Аж мороз по коже продирал. Огромные твари проходили где-то совсем рядом.
Старики хмурились, обсуждая тревожные знаки. Все чувствовали: надвигается что-то необычное.
— Подозреваю, в дебрях великой пустоши появилось нечто из ряда вон выходящее, — задумчиво произнес Ши Юньфэн. — Это привлекло внимание Реликтов Изначальной Эры, вот они и потянулись туда из своих владений.
— Неужто там объявилось Горное сокровище? — Один из стариков в изумлении округлил глаза, его борода смешно встопорщилась.
Остальные переглянулись, в их глазах на мгновение вспыхнул азарт, но тут же угас. Такие вещи были не для простых смертных. Глубины горного массива были недосягаемы.
За многие годы никто не возвращался живым из тех мест. Там властвовали существа столь могущественные, что даже если бы вся деревня отправилась туда, они бы сгинули, не оставив и следа.
— Глава клана, мы уже давно не ходили на охоту, — в дверях появился статный мужчина. Это был Ши Линьху, предводитель охотников и будущий преемник главы.
— Сейчас в горах неспокойно, Линьху, — отозвался Ши Юньфэн, хмуря брови.
— Но еды почти не осталось, — возразил тот. Ростом Ши Линьху перевалил за два метра, за спиной его покоился огромный меч весом в триста цзиней. Мускулы на его бронзовых руках перекатывались, словно живые змеи.
— Детям нужно расти, их нельзя морить голодом, — поддержал охотника один из старейшин.
— Ночами там творится черт знает что, но днем вроде тихо, — продолжил Ши Линьху. — Я возьму людей, будем осторожны. Думаю, всё пройдет гладко.
В конце концов решение было принято. Несколько десятков крепких мужчин собрались у окраины деревни. Глава Ши Юньфэн подвел их к обгоревшему дереву, и все они склонили головы в молитве.
— Дух-хранитель, молим тебя: защити наших воинов. Помоги им добыть славную дичь и вернуться домой невредимыми. Мы же, со смирением в сердцах, будем почитать и оберегать тебя из поколения в поколение.
http://tl.rulate.ru/book/224/3986
Сказали спасибо 229 читателей
Больше в деревне никто не живет...
Больше его никто не ****