Готовый перевод The Primordial Era / Эпоха первобытной силы: Глава 18

— Девять!

Услышав названное жрецом количество тотемов, вождь тут же просиял от дикого восторга.

— Не ожидал, что в этом году их окажется целых девять.

— Просто замечательно!

— Это милость духа!

…

Среди соплеменников тоже тотчас зашептались, на лицах каждого играли радостные улыбки.

— Девять?

Услышав заявление жреца, Линь Ло тоже улыбнулся.

В отличие от Племени Духов Зверей, наделяющего силой тотемов с помощью жизненной эссенции, Племя Духов Растений дарует ее через семена или плоды своих растительных духов.

Количество же даруемых тотемов напрямую зависело от ежегодных подношений: чем больше жертв они приносили, тем больше тотемов получали в ответ.

Раньше Племя Бамбука обычно добывало от шести до восьми тотемов за год, а девять штук — случай поистине редчайший.

Жрец выждал паузу, и когда ропот толпы стих, снова громко и отчетливо произнес:

— Начинается церемония дарования тотемов! Все воины, выбранные в резерв, — вперед!

Великое жертвоприношение делилось на две части: первая — ритуал поклонения духу, а вторая — обряд наделения силой тотемов нового поколения племени.

Всех резервных воинов отбирали из детей, достигших в этом году совершеннолетия, а их имена вождь лично оглашал ровно за день до церемонии.

Едва жрец умолк, как охваченные воодушевлением кандидаты один за другим вышли из толпы и, расправив плечи, выстроились в самомпереди.

— Линь Ло, и ты давай быстрее!

Ён хлопнул Линь Ло по плечу и подбодрил его.

— Угу.

Линь Ло кивнул, глубоко вздохнул и тоже шагнул вперед из толпы.

Теперь, когда его сила вполне могла потягаться с возможностями полноправных воинов, он, разумеется, тоже числился в списках резервистов.

Помимо Линь Ло, отобрали двадцать одного резервного воина.

В этом году не только дух пожаловал больше тотемов, чем в прошлые годы, но и совершеннолетних детей оказалось рекордно много за последнее время.

В худшие времена молодежи набиралось всего двое-трое, и тогда в список кандидатов на получение тотема даже включали обычных воинов, уже давно перешагнувших порог зрелости.

Когда все резервисты выстроились в ряд, жрец окинул их взглядом и довольно кивнул.

После этого он заговорил:

— А теперь я оглашу имена тех, кто удостоится дара духа и станет тотемным воином племени. Услышав свое имя, сделайте шаг вперед и встаньте передо мной.

При этих словах жреца на жертвенной площади все вокруг затаили дыхание.

Стоявшие впереди резервисты сжали кулаки до побелевших костяков, их лица выражали крайнее напряжение и надежду.

Хотя мест тотемных воинов насчитывалось аж девять, что давало почти пятидесятипроцентный шанс на успех, на сердце у каждого все равно было тревожно.

В отличие от остальных ребят, Линь Ло чувствовал себя куда спокойнее: в конце концов, его кандидатура была решенным вопросом.

— Фэн!

Под всеобщими взглядами, полными ожиданий, жрец наконец приступил к оглашению списка.

Стоило прозвучать первому имени, как крепко сбитый юноша с безумной радостью на лице сделал широкий шаг из шеренги резервистов.

В толпе позади раздался восторженный рев — его родные ликовали от счастья.

— Шицзю, Вэйцзя…

Жрец не останавливался, неторопливо продолжая зачитывать имена.

По мере того как звучали новые имена, из строя резервистов выходили следующие юноши.

За спинами собравшихся снова и снова взрывались радостные крики.

Наконец, назвав восемь имен, жрец посмотрел на Линь Ло и произнес последнее.

— Линь Ло!

— Фух!

Услышав, что жрец наконец назвал его, Линь Ло шумно и протяжно выдохнул.

Хотя прежде он был вполне уверен в себе, но чем дальше зачитывался список, а его имя все не звучало, тем сильнее Линь Ло боялся, что жрец вдруг передумает и вычеркнет его из списка тотемных воинов.

К счастью, худшего не произошло.

— Отлично! Ло станет тотемным воином!

Из толпы позади донесся радостный возглас Гуцао.

Линь Ло тоже подался вперед, покидая ряды резервистов.

На этом оглашение списка воинов, удостоенных дара, завершилось!

На лицах тех резервистов, чьих имен не оказалось в списке, отчетливо читалось разочарование.

Закончив читать, жрец направился к девяти юношам и стал раздавать им по девяти бамбуковых семян.

Бамбуковые семена были размером с рисовое зернышко и формой почти не отличались от него, выделяясь лишь розовато-лиловым оттенком.

— Примите их!

Раздав семена, жрец вернулся на прежнее место и отдал приказ:

— Услышав это, все девятеро, включая Линь Ло, без малейших колебаний закинули бамбуковые семена в рот и проглотили.

Попав в горло, семечко не имело никакого вкуса, Линь Ло лишь ощутил исходящее от него мягкое тепло.

Проскользнув по пищеводу внутрь, зернышко не упало в желудок, а побежало по телу напрямик к сердцу, в левую сторону груди.

— Бить в барабаны! — громко скомандовал жрец.

Бум! Бум! Бум!…

Со всех четырех сторон вновь разнеслись раскатистые, глухие удары барабанов.

Едва зазвучал ритм, как бамбуковое семя добралось до сердца Линь Ло и принялось источать мощный жар.

— Агх!

Внезапная волна жгучей боли заставила многих невольно испустить мучительный вопль.

Линь Ло кричать не стал, но от боли крепко стиснул зубы, а его лоб покрылся мелким бисером пота.

Бум-бум-бум!…

Барабанная дробь продолжалась, но теперь, в отличие от размеренного темпа в начале ритуала, она стала намного более частой.

Линь Ло крепко прижал руку к груди: ему казалось, что его собственное сердце бьется все быстрее, а кровь в жилах мчится в такт участившимся ударам.

При этом, пробегая через раскаленное сердце, кровь мгновенно закипала, словно собираясь вспениться.

Бум-бум-бум!…

Глухие удары в ушах не прекращались, но Линь Ло уже с трудом различал, гремят ли это барабаны или стучит его собственный пульс.

Бум-бум-бум! Бум-бум-бум!…

Секунд через пять или шесть Линь Ло с неожиданным удивлением понял, что частота его сердцебиения полностью совпала с учащенным ритмом барабанов.

Из-за этого он никак не мог сообразить: то ли барабанный бой заставляет его сердце биться все чаще, то ли он сам подстраивает бешеный ритм своего пульса под грохот кожи свирепого зверя.

Бум-бум-бум-бум!…

Прошло совсем немного времени, и темп барабанов и сердечных сокращений вышел на новый уровень.

— А-а-а!

Наконец кто-то не вынес дикой боли и с криком рухнул на колени.

А вокруг жертвенной площади четверо барабанщиков-тотемников стояли багровые от напряжения, мышцы на их взмахивающих руках вздулись буграми.

Даже для тотемных воинов бить по шкурам свирепых зверей с такой бешеней скоростью оказалось непосильной ношей.

Неужели обретение тотема должно быть настолько мучительным?! — мысленно выругался Линь Ло.

Хотя он все еще держался на ногах и не падал от нестерпимой боли, на его лбу уже вздулись вены, и выдерживать это дальше было почти невозможно.

— А!

Еще через четыре-пять секунд раздался звонкий возглас.

Только на этот раз в крике не было ни капли боли — напротив, он полнился ликующей легкостью.

http://tl.rulate.ru/book/218864/29590165