Готовый перевод Blue Star's Strongest Female Academic / Сильнейшая ученица Голубой планеты: Глава 34. Непобедимая обжора

Глава 34. Непобедимая обжора

Утренние часы, посвященные граниту науки, текли тихо и размеренно. Пока Ло Жань просвещала Шу Лин и остальных, Лю Юй один раз все-таки заглянула к ним. Но, остановившись в тени коридора, она лишь молча понаблюдала за склонившимися над тетрадями девушками и, не решившись нарушить идиллию, тихо удалилась. За это утро она успела обойти с дозором все общежития десятого класса, и контраст увиденного вызывал у нее тяжелые вздохи. Если в женских комнатах царил относительный порядок, то мужские блоки напоминали шумные, дурно пахнущие восточные базары. Парни травили байки, ржали как кони, устраивали потасовки — занимались чем угодно, только не учебой! Взбешенная Лю Юй устроила им такой разнос, что дрожали стены, влепив каждому нарушителю наказание: написать эссе с самокритикой на три тысячи слов! И перед самым ужином она пообещала лично пройтись по комнатам и собрать этот урожай покаяния!

Вышагивая по направлению к учительскому кабинету, Лю Юй скрипела зубами от злости на этих лентяев. Там, в провонявшем носками мужском коридоре, она была в шаге от нервного срыва. Лишь воспоминание о Ло Жань и картине усердных занятий в ее комнате помогло ей остудить пыл. «Какое счастье, что Ло Жань и ее подруги такие благоразумные! — мысленно успокаивала себя женщина. — Не то что эти бабуины, от которых одни лишь неприятности!»

Ах, если бы Лю Юй решила заглянуть в Комнату 408 во второй половине дня, ее идеалистическая картина мира рухнула бы в одночасье...

Тем временем в Комнате 408 стрелки будильника незаметно подобрались к отметке 11:30. Наступило время обеда.

— Ого, как быстро пролетело время! Уже полдень? — Шу Лин схватила пластиковый будильник со стола, недоверчиво вглядываясь в циферблат.

— И не говори, — поддержала одна из соседок. — Обычно на уроках секунды тянутся, как патока.

— Это всё потому, что Босс объясняет так живо и интересно! Мы с головой ушли в процесс и просто выпали из реальности.

Время и впрямь промчалось стремительно, подобно мимолетному сну в весеннем лесу. Лань Тяньсинь довольно улыбнулась. За это утро она вынесла из уроков Ло Жань больше всех, ведь ее персональная куча нерешенных задач по объему превосходила закрома Шу Лин и Бай Сынин вместе взятых. В итоге Ло Жань потратила на нее добрую половину своего времени.

— Шу Лин, Сынин, Тяньсинь, давайте сделаем перерыв и пойдем поедим, — Ло Жань с кряхтением поднялась со стула и сладко, по-кошачьи потянулась.

Только сейчас она в полной мере осознала, каково приходится учителям. В горле пересохло, язык казался наждачной бумагой! Преподавание оказалось чертовски энергозатратным делом! Да, физические характеристики Ло Жань вдвое превосходили человеческие пределы, но это отнюдь не означало, что ее желудок обладал двойной устойчивостью к голоду... Сейчас она хотела есть так, как никогда в жизни! Живот скручивало спазмами, и она с неожиданной тоской вспомнила вчерашний грандиозный банкет, расщедриться на который соизволила школа.

В этот момент Шу Лин, Бай Сынин и Лань Тяньсинь обменялись быстрыми, многозначительными взглядами, и Бай Сынин, как главный дипломат, подала голос:

— Босс, ты отдыхай. Мы сами сходим в столовую и принесем тебе обед. Только скажи, чего душа желает!

Услышав это, Ло Жань склонила голову набок, прислушиваясь к своим гастрономическим желаниям, но поняла, что у нее нет никаких особых предпочтений.

— Да что угодно, я не привередливая, — махнула она рукой. — Моя нога полностью зажила, так что никаких диет. Смету всё!

— Заметано! Сяобай, Сяолань, двигаем! — Шу Лин, стоя спиной к Ло Жань, яростно замигала подругам. — А то сейчас вся голодная орда спустится, и в столовой не протолкнуться будет!

Бай Сынин и Лань Тяньсинь мгновенно считали сигнал. Прихватив зонты, троица пулей вылетела за дверь. Ло Жань только-только собралась протянуть им свою карточку на питание, но обернувшись, обнаружила лишь пустой дверной проем. Подруг и след простыл.

А в это время в укромном, скрытом от посторонних глаз закутке за женским общежитием разворачивалась тайная операция. Шу Лин и ее компаньонки нервно переминались с ноги на ногу у проржавевшего участка металлического забора. За оградой густо колосились сорняки, сквозь которые едва угадывалась скользкая, размытая дождем тропинка. Они торчали здесь уже полчаса, и с каждой минутой риск нарваться на патрулирующую территорию комендантшу возрастал в геометрической прогрессии!

— Линлин, ты уверена, что та девчонка из старшего класса не наплела тебе с три короба? Этот курьер нас точно не кинул? — с тревогой прошептала Бай Сынин, нервно озираясь по сторонам в поисках спасительного силуэта.

— Сынин, давай подождем еще чуть-чуть, — мягко сжав ее руку, попыталась успокоить Лань Тяньсинь. — В конце концов, он взял только задаток. Какой смысл ему нас кидать ради копеек?

Слова звучали уверенно, но внутри у Лань Тяньсинь всё точно так же сжималось от дурных предчувствий.

В это же самое время запертая в четырех стенах Ло Жань была готова лезть на стену от голода. Она дала себе зарок: еще пять минут, и если эти клуши не появятся, она сама ворвется в столовую и опустошит котлы.

— Смотрите! Идет! — внезапный вскрик разорвал тишину за общежитием.

— Ха-ха! Сяобай, Сяолань, я же говорила, что схема рабочая! — Шу Лин победно ткнула пальцем в пустоту, расплываясь в довольной ухмылке. — Мы со старшекурсницей почти что кровные сестры, она бы ни за что не спалила мне эту точку, если бы это было кидалово! Ха-ха-ха!

Проследив за ее пальцем, девушки действительно разглядели приближающуюся фигуру в форменной куртке с логотипом кенгуру — того самого курьера, что исчез полчаса назад!

— Ох, девчонки, простите великодушно! — запыхавшись, выдавил из себя парень, подбегая к решетке. — Из-за вчерашнего ливня там не тропинка, а сплошное болото. Ноги разъезжаются, лужи по колено! Надеюсь, вы не умерли от голода? Еще раз извиняюсь!

Курьер бережно, с мастерством бывалого контрабандиста, протиснул сквозь прутья ограды четыре увесистых крафтовых пакета, источающих божественные ароматы. Вдохнув густой запах жареного мяса и специй и с благоговением уставившись на золотистые логотипы — знаменитые «Золотые Арки», девушки расплылись в счастливых улыбках. Убедившись, что заказ цел, они быстро расплатились.

— Всё, девчат, я полетел! Если что, подкидывайте еще заказы, буду рад! Спасибо! — бросил курьер и растворился в серой хмари, оставив после себя лишь глубокие следы в грязи, которые тут же начали заполняться мутной дождевой водой.

Ворвавшись в комнату, заговорщицы с порога заорали:

— Босс, мы вернулись!

— Зацени, что мы тебе притащили!

— [Комбо-набор Непобедимой Обжоры] из Золотых Арок! Сегодня воскресенье, так что оторвали за полцены!

Ло Жань застыла с открытым ртом. Учитывая ее пятикратно усиленный слух, ослышаться она не могла.

— Из Золотых Арок? В нашей школьной столовой открыли филиал фастфуда? — это было единственное логичное объяснение, которое смог выдать ее ошеломленный мозг.

— Ха-ха! Босс, даже твой гениальный мозг иногда дает сбои! — Бай Сынин чуть не согнулась пополам от смеха, откровенно издеваясь над растерянной подругой.

В конце концов Лань Тяньсинь сжалилась и выложила всю правду о тайной вылазке к забору. Оказалось, желая отблагодарить Ло Жань за спасение от учебного позора, троица скинулась и через подпольные связи Шу Лин заказала доставку фастфуда!

— Ах вы ж мелкие партизанки! Сынин, тебе бы в кино сниматься! — Ло Жань покачала головой. — «Мы пойдем в столовую»... Я ведь повелась как ребенок! Если в этом году тебе не дадут Оскар, я бойкотирую церемонию!

Ло Жань мгновенно всё поняла. Не зря они выставили переговорщиком именно Бай Сынин. Кому бы пришло в голову, что эта пушистая, очаровательная зефирка способна так хладнокровно, без единого дрогнувшего мускула, врать в лицо? Ее актерская игра была просто феноменальной.

— А-ха-ха-ха! — Шу Лин и Лань Тяньсинь рухнули на кровати, сотрясаясь от хохота.

Стоявшая рядом Бай Сынин, похожая на нашкодившего котенка, смущенно потерла носик. Глядя на эту умилительную картину, Ло Жань не выдержала, и ее плотина серьезности с треском рухнула:

— Ха-ха-ха!

От этого лицо Бай Сынин вспыхнуло еще ярче, наливаясь пунцовым румянцем, и она возмущенно топнула ножкой, выдавая свою коронную фразу:

— Пф! Если вы... если вы не перестанете надо мной издеваться, я... я с вами больше не разговариваю!

— А-ха-ха-ха!

Звонкий девичий смех еще долго эхом разносился по коридорам общежития, вплетаясь в шум дождливого дня...

http://tl.rulate.ru/book/200521/23787084