Готовый перевод Head First into the 80s: Fortune Through Concussions / Бить башкой в 80-е: каждый удар — миллион!: Глава 14

Прошло десять минут, прежде чем Хуан Чжи и Фань Мэйли смогли постепенно прийти в себя от волнения.

Сейчас они оба были похожи на выжатые лапшу, измотанные и телом, и душой.

Но тридцать ящиков таинственных сокровищ ждали своего часа, и нельзя было допускать ни малейшей небрежности.

Они переглянулись, стиснули зубы и снова превратились в грузчиков.

Ящики, тяжелые, как гора Тайшань, хранили в себе тайны и богатства тысячелетий.

Хуан Чжи двигался медленно, словно старый бык.

Фань Мэйли не отставала, её изящные брови были нахмурены, взгляд — решителен, и она шаг за шагом продвигалась вперед.

В подвале раздавалось их пыхтение и звук перемещаемых шагов.

Примерно через час эта изнурительная битва по переноске наконец закончилась.

Сокровища были рассортированы и размещены. Среди них драгоценный дикий женьшень и редкая линчжи были помещены в таинственный суперсейф в задней части подвала.

Подвал имел странную конструкцию, четко разделенную на переднюю и заднюю зоны.

Передняя зона была просторной, как площадь, целых 400 квадратных метров.

Здесь было яркое освещение и открытое пространство, очевидно, предназначенное для удобства сотрудников при перемещении предметов.

А задняя зона, всего 100 квадратных метров, была похожа на таинственное сокровищницу, окутанную мистической атмосферой, предназначенную специально для хранения ценных сокровищ.

Стоит отметить, что даже попав в переднюю зону, проникнуть в заднюю было сложнее, чем дотянуться до неба.

Требовалось пройти две сложные проверки паролем, и эти пароли, словно таинственные заклинания, знали только они двое.

Более того, в передней зоне подвала скрывался таинственный лифт, который вел прямо на верхний этаж, на три с половиной уровня.

Этот лифт, будучи обычной удобной дорогой для входа и выхода из подвала, в критической ситуации превращался в спасительный путь к бегству.

Однако попасть в этот лифт было не так-то просто. Требовалось пройти идентификацию по отпечатку пальца, распознавание лица, а затем ввести тот самый таинственный пароль. Только после выполнения этих трех проверок лифт начинал «жужжать» и медленно двигаться, унося вас в таинственный мир подвала.

Когда все было сделано, стрелки часов незаметно указывали на два часа ночи.

Двое, волоча за собой измученные тела, вошли в тот секретный лифт, известный только им.

Лифт медленно поднимался, словно пересекая время и пространство, и волшебным образом прибыл на верхний этаж.

Этой ночью их возвращение, каждое их движение, было подобно тайне глубокой ночи, никому не известной.

Какие сокровища были спрятаны в подвале, оставалось загадкой, которую никто не мог разгадать.

Те, кто отвечал за охрану, появились здесь только после завершения отделки поместья и ничего не знали о предыдущих тайнах.

Время текло быстро, и вот уже наступил полдень следующего дня.

Солнечный свет мягко пробудил спящих двоих сквозь шторы.

Хуан Чжи сонно открыл глаза и первым делом протянул руку, чтобы схватить телефон и позвонить Фу Доудоу.

— Алло, жена, я вернулся! — в голосе Хуан Чжи слышалось едва уловимое волнение. — Обязательно приготовь для меня и Мэйли большой обед сегодня.

Фу Доудоу на другом конце провода чуть не потеряла челюсть от удивления: — Дорогой, когда вы вернулись? Почему я ничего не слышала?

Уголки губ Хуан Чжи слегка приподнялись, и он, улыбаясь, ответил: — Мы вернулись тихонько посреди ночи. Груз, который мы привезли, надежно сохранен в подвале поместья Хуан.

Фу Доудоу почувствовала, как её сердце «ёкнуло», и про себя подумала: «Почему не в подвал нашего особняка? Он же намного больше, чем подвал поместья Хуан?»

Ей вспомнился тот, кто пил как сапожник и тратил деньги как воду, её третий брат, и она стала беспокоиться, что груз будет потрачен впустую, как вода.

В полдень солнечные лучи падали на длинный обеденный стол.

Хуан Чжи сидел во главе стола, слева от него была Фу Доудоу, справа — Фань Мэйли, словно разделенные на западный и восточный дворец.

Фу Доудоу взяла кусочек еды, изящно отправила его в рот и, жуя, нежным голоском сказала: — Дорогой, можно ли перенести те вина в подвал нашего особняка? Там мне будет удобнее вести учет, подвал имеет тысячу квадратных метров, для хранения вин это было бы просто идеально.

Она моргнула своими большими водянистыми глазами и с ожиданием посмотрела на Хуан Чжи.

Хуан Чжи уже собирался кивнуть, как его прервал резкий крик: — Нельзя! Без моего разрешения ни один ящик вина не смеет быть перенесен туда!

Это была Ба Ван Хуа Фань Мэйли, её брови взметнулись вверх, взгляд острый, как нож.

Фу Доудоу услышала это, и её глаза мгновенно расширились, как медные колокола. Она сердито уставилась на Фань Мэйли, подобно разъяренной тигрице, не желая уступать: — Почему нельзя? В любом случае, все это принадлежит мужу!

А Фань Мэйли холодно усмехнулась, выпрямила спину, сложила руки на груди, на её лице читалось пренебрежение, она выглядела как настоящая Ба Ван Хуа, и сказала властным тоном: — Хм, разве ты не знаешь? Откуда у мужа столько денег? Я взяла в долг у семьи для оборотных средств этого бизнеса, двести миллионов!

Сказав это, она гордо вскинула подбородок, её взгляд словно бросал вызов.

Услышав это, Фу Доудоу покраснела от гнева и мгновенно воскликнула: — Не хвастайся тут, как сильна твоя семья Фань! Я тоже дала мужу деньги, хорошо!

Фань Мэйли усмехнулась: — Ого, твои жалкие несколько миллионов не хватит, чтобы он купил тебе пару украшений в Гонконге, ты действительно расточительная женщина!

— Ты… — Фу Доудоу задрожала от гнева, протянула палец, указывая на Фань Мэйли, её губы дрожали.

Через мгновение она повернулась к Хуан Чжи и с упреком сказала: — Дорогой, посмотри на нее! Она так не соблюдает домашние правила, такая беспредельщица! Скорее позови главную жену, чтобы она ее приструнила и рассудила нас!

Хуан Чжи выглядел беспомощным, он потер виски, голова болела, и сказал: — Хорошо, хорошо, перестаньте ссориться, сначала поедим, потом придумаем решение!

Сказав это, он махнул рукой стоящим рядом няне, доктору и телохранителям, которые с любопытством наблюдали за происходящим.

Получив приказ, они, словно получив амнистию, гуськом направились в соседнюю столовую для персонала. Как только они взяли подносы и сели, они нетерпеливо начали шептаться.

Няня Сун первой открыла рот, в её глазах мерцал возбужденный огонек: — Ах, боже мой, вы видели? То, что только что произошло, было интереснее, чем наш вечерний сериал «Яньси-гунлюэ»!

Доктор Пэн рядом рассмеялся и согласился: — Не правда ли? Атмосфера у третьей жены, как у Вэй Инло из сериала, она никого не боится, когда спорит, такая властная!

Мин Ба, набивая рот едой, невнятно пробормотал: — А я думаю, вторая жена больше похожа. Посмотри, как она дрожит от гнева, но все равно не уступает, тоже сильный игрок.

Няня Сун легонько шлепнула Мин Ба по руке и возразила: — По-моему, обе эти жены не уступают друг другу, одна другой круче. Сегодняшние реальные дворцовые интриги куда интереснее сериалов!

Они говорили один за другим, на их лицах были выражения зрителей, и они ели с большим аппетитом, словно эта «семейная дворцовая интрига», которую они только что наблюдали, была самым вкусным дополнением к их еде.

В это время Фань Мэйли, сложив руки на груди, держалась надменно, как высокомерная королева, и без колебаний сказала: — Ты хочешь товар? Хорошо, но цена не может быть низкой. Если возьмешь Маотай у меня, каждая бутылка будет стоить сто тысяч юаней; старые вина — минимум пять тысяч за бутылку.

Услышав эту цену, Фу Доудоу широко распахнула глаза, её рот открылся так, что можно было проглотить яйцо, и она удивленно вскрикнула: — Как дорого, ты просто дерешь три шкуры!

Столкнувшись с сомнениями Фу Доудоу, Фань Мэйли ничуть не запаниковала и объяснила: — Хм, ты думаешь, эти вина растут на деревьях? В этот раз мне с трудом удалось достать тысячу бутылок Маотая и десять тысяч бутылок старых вин, только стоимость закупки была пугающе высокой. К тому же, мне нужно вернуть оборотные средства семье. Если цена будет низкой, разве я не понесу большие убытки?

Хуан Чжи, который стоял рядом и молчал, после этих слов задумался.

Он погладил подбородок, нахмурил брови, чувствуя, что слова Фань Мэйли, возможно, имеют смысл. Хоть это и было немного бредово, в конце концов, бизнес требует затрат.

Он сам, который каждый день рискует получить сотрясение мозга, переносясь через время, не знает, выживет ли он однажды.

В любом случае, эта сделка — всего лишь перекладывание из одной руки в другую. Главное, чтобы все были в выигрыше.

Подумав так, Хуан Чжи слегка кивнул, выражая согласие с ценой, предложенной Фань Мэйли, словно приняв трудное решение в этой «войне между женщинами».

http://tl.rulate.ru/book/197621/22672815