Готовый перевод My Masters Are My Debts: Flirting System in Immortal World / Система долгов: наставницы требуют расплаты: Глава 9

Двор №3 по улице Цзя располагался в относительно уединенном уголке учебного округа,

с черепичными крышами и белыми стенами, он обладал изяществом дворика в стиле Цзяннань, что резко контрастировало с общей атмосферой боевой готовности Западного учебного округа Белого Тигра.

Двор был невелик, но в нем было все необходимое, даже небольшой участок с клубящейся ци аптекарского огорода — очевидно, предназначенный для учеников, нуждающихся в покое.

Ши Саньцзю почти развалился на жесткой деревянной кровати в гостевой комнате, не желая пошевелить и пальцем.

Так называемое «Перемещение золотой иглы через точки» и лекарственная ванна Юэ Цзиньцина были сродни пытке.

Неприглядный старейшина Юэ, втыкая иглы, действовал подобно призраку:

тонкие, как волосок, золотые иглы разной длины, несущие обжигающую или ледяную ци, с точностью втыкались в основные акупунктурные точки его тела.

Каждая воткнутая игла ощущалась как электрический разряд или ледяной шип, взрывающийся внутри,

стимулируя ледяной яд, гнездившийся в его теле, к яростному ответному удару. «Ледяное и огненное двоемирие» разыгрывалось в его меридианах снова и снова,

от чего он покрывался холодным потом, стискивал зубы и едва не рисовал карты на кровати, как в детстве.

Затем последовала лекарственная ванна.

В ванне бурлила не чистая вода, а густой, темно-зеленый лекарственный отвар, сваренный Юэ Цзиньцином из бесчисленных странных трав,

издающий чрезвычайно сильный, смешанный запах горечи, остроты и какой-то рыбьей тухлости.

Когда тело погружали в него, кожа будто горела от бесчисленных крошечных язычков пламени,

и словно была искусана мириадами муравьев. Лекарственная сила, подобно урагану, проходила сквозь поры, насильно проникая в тело,

работая в унисон с ци, направленной золотыми иглами, чтобы постепенно вытеснить и изгнать ядовитые холода, рассеянные по всем конечностям и органам.

Весь процесс занял почти два часа.

Когда Юэ Цзиньцин вынул последнюю золотую иглу из точки Байхуэй на макушке его головы, Ши Саньцзю почувствовал себя так, словно из него вытянули все кости, и даже вздох отдавал привкусом лекарственной гущи.

Но и эффект был заметен: тот вездесущий холод, грозивший заморозить самую душу, теперь в основном был сжат и заперт на кончиках его рук и ног, словно надетые невидимые ледяные кандалы.

Хотя руки и ноги все еще были ледяными и онемевшими, а движения затруднены, тяжесть и боль в туловище и голове значительно уменьшились. По крайней мере, дыхание стало ровнее, и голова прояснелась.

— Месяц.

Юэ Цзиньцин, собирая свои золотые иглы, не поднимая головы, проинструктировал:

— Эта блокировка продержится максимум месяц. В течение этого времени руки и ноги будут несколько онемевшими, это не повлияет на обычную ходьбу, но при столкновении с противником, когда истинная ци достигнет конечностей, она будет двигаться с трудом, и сила значительно уменьшится. Ни в коем случае не пытайтесь прорваться силой, иначе яд вернется, и вы тут же погибнете.

Му Цзюньсюэ заплатила немалую «медицинскую плату» — несколько мерцающих мягким светом «духовных кристаллов», содержащих чистую ци, — а затем проводила Юэ Цзиньцина за ворота двора.

К этому моменту в комнате остались только Ши Саньцзю и Му Цзюньсюэ.

Чэнь Юйшу была размещена в соседнем женском общежитии.

Ночь уже опустилась, холодный лунный свет проникал в комнату сквозь резные деревянные окна, отбрасывая на пол пятнистые тени.

Му Цзюньсюэ зажгла масляную лампу на столе. Желтоватый свет освещал ее слегка усталое, но по-прежнему потрясающее лицо в профиль.

Она подошла к кровати, склонилась над Ши Саньцзю, который лежал, словно дохлая рыба, и, помолчав, спросила:

— Как себя чувствуешь?

— Еще… не умер.

Голос Ши Саньцзю был хриплым. Он попытался выдавить улыбку, но из-за жесткости лицевых мышц она выглядела особенно странно.

— Спасибо… за спасение жизни.

Эта благодарность была искренней. Если бы не решительность Му Цзюньсюэ, он, вероятно, уже давно умер бы от яда.

— Я спасла тебя, потому что ты мне полезен, или, скажем так, твоя жизнь предопределена моей.

Тон Му Цзюньсюэ снова стал холодным и прямолинейным.

Она придвинула стул, села, закинув ногу на ногу, ее изгибы были видны во всей красе. Но в глазах Ши Саньцзю эта женщина сейчас походила больше на кредитора.

— Не забывай, ты теперь мой человек. Половина твоей жизни принадлежит мне. Без моего разрешения ты даже умереть не можешь, понимаешь?

Ши Саньцзю: «……»

Следы недавней благодарности мгновенно испарились.

Ну вот, опять знакомый рецепт, тот же «червивый» привкус.

— Я знаю, у тебя много вопросов, —

Му Цзюньсюэ, казалось, прочитала его мысли.

— Обо мне, о демонах, о том, почему ты можешь почувствовать «нитку привязанности» на мне… Но сейчас ты еще не имеешь права знать все. Ты слишком слаб, чем больше будешь знать, тем быстрее умрешь.

Она сделала паузу, ее тонкие пальцы методично постукивали по столу, словно подбирая слова.

— Однако, раз уж ты в это ввязался, некоторые самые основы тебе уже нужно знать, чтобы ты не был похож на безголовую муху, умирающей бессмысленно и растратившей мои духовные кристаллы на твое спасение.

— Во-первых, об этом мире.

Голос Му Цзюньсюэ звучал в тишине комнаты особенно отчетливо:

— Континент Сюаньтянь, на котором мы находимся, огромен, с миллиардами живых существ. Но этот мир в основном управляется тремя типами существ: бессмертными, буддами и демонами. Путь бессмертных — надменный, путь будд — чистый, а демоны… ты уже видел их в поезде, они не добрые существа, и давно жаждут нашей человеческой удачи.

— Человеческая удача?

— произнес Ши Саньцзю, уловив это слово.

— Именно.

Му Цзюньсюэ кивнула.

— Наша династия Хуася существует долгое время благодаря удаче, которая собирает веру и надежду миллиардов людей. Эта удача охраняется и защищается «Четырьмя Духами Небес» и главой всех духов — Цилинем. Лазурный Дракон Востока, Белый Тигр Запада, Алый Феникс Юга, Черная Черепаха Севера, каждый охраняет свою сторону, а Цилинь находится в центре, гармонизируя четыре стороны, образуя барьер, отражая вторжение демонов и защищая покой человечества.

Она указала пальцем за окно:

— А наша Академия Белого Тигра Хуася, и находящийся здесь Западный учебный округ Белого Тигра, одна из их важнейших обязанностей — охранять священный артефакт, соответствующий Западному Белому Тигру — Талисман Усмирения Четырех Образов. С помощью этого талисмана мы подавляем западную ци и предотвращаем вторжение демонов с запада.

Сердце Ши Саньцзю дрогнуло. Оказывается, в этой школе хранится нечто столь важное.

— Что касается культивации…

Взгляд Му Цзюньсюэ упал на руки и ноги Ши Саньцзю, пораженные ядом, с оттенком необъяснимой глубины.

— Ты, должно быть, тоже почувствовал, что сверхъестественные силы не возникают из ниоткуда. В этом мире есть железное правило: каждый, кто культивирует сверхъестественные силы, должен заплатить соответствующую цену. Либо сократить продолжительность жизни, либо обезобразиться, либо родиться с каким-либо увечьем… Чем сильнее сила, тем тяжелее цена. То же самое и с демонами: хотя они и долгожители, их размножение затруднено, культивация также ограничена, им приходится скрываться днем и полагаться на лунную эссенцию или небесные сокровища.

Ее тон стал чуть холоднее:

— Именно поэтому демоны так безумно стремятся украсть нашу человеческую удачу, пытаясь тем самым изменить судьбу, преодолеть собственные ограничения и даже надеются на скрещивание с людьми, чтобы изменить родословную потомства. А некоторые отбросы из даосских и буддийских школ, ради собственной выгоды, сражаясь за силу веры, тайно сговариваются с демонами, помогая им творить зло, пытаясь разрушить священные земли демонов и наши человеческие священные артефакты, чтобы вызвать хаос в мире… Вода здесь очень глубока.

— Тогда… как классифицируются уровни культивации?

Ши Саньцзю не мог удержаться от вопросов; это было жизненно важно для понимания его собственной силы и силы противников.

Му Цзюньсюэ, казалось, давно предвидела его вопрос, и кратко и ясно сказала:

— В целом, уровни культивации людей и демонов, от низшего к высшему, примерно делятся на: Привлечение Ци, Заложение Основы, Золотой Ядро, Зарождение Души, Преобразование Духа… Каждый большой уровень делится на ранний, средний, поздний и даже пик. Ты сейчас даже не на этапе Привлечения Ци, ты просто опираешься на свою особую конституцию… это выглядит несколько иначе,

Она многозначительно посмотрела на Ши Саньцзю, встала и подошла к окну, глядя на холодный лунный свет за ним:

— Западный учебный округ, и даже весь Хуася, на первый взгляд, являются местом для воспитания человеческой элиты, но на самом деле это передовой бастион для защиты человеческой удачи. Здесь собираются люди из разных сил: люди из Трех Даосских Школ, потомки древних родов, а также такие, как ты… люди, обладающие особыми возможностями. На поверхности мы все студенты, учителя и ученики, но за кулисами это поле битвы разных сил, полное опасностей.

Она повернулась, свет и тень на ее лице создавали чередующиеся светлые и темные контуры:

— То, что тебе нужно делать сейчас, это не строить воздушные замки, а как можно скорее избавиться от яда, а затем найти способ повысить свою силу. По крайней мере, до следующего кризиса иметь определенную способность к самозащите. Иначе, даже сможет ли ты дожить до завтрашнего солнца — это вопрос.

Слова Му Цзюньсюэ были подобны молоту, ударившему в сердце Ши Саньцзю, медленно разворачивая перед ним огромную, сложную и опасную картину мира.

Борьба бессмертных, будд и демонов, внутренние течения человечества, защита священных артефактов, борьба за удачу… Все оказалось гораздо сложнее, чем он мог себе представить.

Он опустил взгляд на свои все еще ледяные и онемевшие руки, и сильное чувство неотложности охватило его.

В этом мире слабость — действительно первородный грех.

— Я понял, — Ши Саньцзю глубоко вздохнул, подавляя волнение в сердце, его взгляд становился все более решительным.

— Я как можно скорее выздоровлю, а затем… стану полезным.

Му Цзюньсюэ посмотрела на решительный взгляд Ши Саньцзю, сделала паузу и продолжила:

— Траву Багрового Феникса, сжигающую сердце, я постараюсь разузнать, но, как сказал директор Чжэнь, в конечном счете, это твоя собственная битва, и тебе придется самому бороться за этот шанс.

— До этого, успокойся и залечи раны здесь, ознакомься с обстановкой в школе. Я передам тебе самую основыую «Формулу Привлечения Ци». Попробуй попрактиковаться, даже если сможешь привлечь лишь ничтожную толику небесной и земной ци в тело, это сможет немного питать меридианы и замедлить разрушение основы ядом.

— Просто…

Желтоватый свет лампы отбрасывал тени на стройную фигуру Му Цзюньсюэ, облегающая блузка подчеркивала потрясающие изгибы. Ее голос был серьезен, как утренний колокол в древнем храме:

— «Формула Привлечения Ци» — это глава Тридцати шести секретных искусств Даосской школы.

Ши Саньцзю моргнул на кровати, чуть не забыв дышать.

— Не внутренним ученикам передавать нельзя.

Она сжала пальцы, и в воздухе появился слабый золотой вихрь, превратившийся в сложную руну в ее ладони.

— Те, кто изучает этот метод, либо должны присоединиться к Даосской школе, либо будут…

Золотой свет внезапно рассыпался на частицы.

У Ши Саньцзю дернулся кадык. Он смотрел на рассеивающиеся золотые искры, не в силах произнести ни слова.

— Сейчас у тебя два варианта, —

— Либо стань моим учеником, я научу тебя методу, продлю тебе жизнь.

— Либо заранее закажи себе гроб.

— Выбирай сам!

Ши Саньцзю уставился на ладонь Му Цзюньсюэ. Белая! Нежная!

Тьфу! Что за время, о чем он думает!

Он снова медленно поднял взгляд и встретился с ее глазами, которые казались спокойными, но на самом деле скрывали «коварные» намерения.

— Стать учеником?

Он с трудом шевельнул пересохшими губами, голос был хриплым:

— Стать твоим… учеником?

Он попытался выдавить насмешливую улыбку, но мышцы лица его не слушались.

— Твое искусство выбивать цену из нуждающихся, куда острее твоего «кулака черепахи».

Му Цзюньсюэ оставалась невозмутимой, она даже изящно поменяла положение ног, легкий скрип стула прозвучал в тишине комнаты особенно отчетливо.

— Это «воспользоваться твоей болезнью, чтобы забрать твою жизнь»… о нет, это «воспользоваться твоей нуждой, чтобы указать тебе путь».

Ее тон был таким же ровным, как будто она комментировала, что сегодня хорошая погода.

— «Формула Привлечения Ци» — это основа Даосской школы, ее не передают без прямого родства. Ты отравлен, и если не использовать правильный метод привлечения ци для питания меридианов, менее чем за полмесяца ледяной яд полностью разрушит твою основу. К тому времени, даже если ты найдешь Траву Багрового Феникса, сжигающую сердце, ты будешь просто бесполезным человеком.

Она слегка наклонилась вперед, желтый свет лампы отбрасывал тень на ее идеальный нос, ее голос звучал с неоспоримым авторитетом:

— Другими словами, если не научишься, ты, скорее всего, умрешь раньше, чем найдешь противоядие; если научишься, но не будешь из моей Даосской школы, значит, будешь воровать секреты. Согласно правилам школы, я имею право «физически проводить тебя» на месте.

Ши Саньцзю: «……»

Он почувствовал, что невидимый ледяной яд стал еще тяжелее.

Это был не выбор, а скорее условия ультиматума! Принудительный договор!

— Я…

Он глубоко вздохнул, воздух с привкусом лекарственной гущи заставил его дважды кашлянуть.

— Могу я спросить… стать твоим учеником, какие… «преимущества»? Кроме того, что я останусь жив?

Он специально сделал акцент на слове «преимущества», и хотя голос был слаб, его упрямство еще не полностью угасло.

Му Цзюньсюэ приподняла бровь, казалось, нашла его вопрос интересным.

— Преимущества? Во-первых, ты сможешь законно изучать «Формулу Привлечения Ци», сохранить свою жизнь и основу для культивации.

— Во-вторых, ты официально станешь моим первым учеником, Му Цзюньсюэ, в Западном учебном округе мое имя сможет избавить тебя от некоторых ненужных проблем — конечно, это может привлечь и дополнительное «внимание», удача и беда идут рука об руку. В-третьих,

она сделала паузу, постукивая кончиками пальцев по столу.

— Как учитель, я постараюсь помочь тебе найти способ снять яд до того, как ты умрешь от него, ведь инвестиции не должны пропадать впустую, верно?

«Инвестиции не должны пропадать впустую»! Какая фраза!

Ши Саньцзю мысленно приходил в ярость: эта червивая девчонка считает его потенциальным активом? Или мусорным активом, который может обанкротиться в любой момент?

Он с трудом повернул глаза, посмотрел на свои все еще ледяные и онемевшие, неподвижные руки и ноги, почувствовал остаточную боль и слабость в туловище, хоть и уменьшившуюся, но все еще присутствующую.

Не учиться — значит ждать смерти;

Учиться — значит, по крайней мере, продержаться еще немного и иметь шанс найти тот призрачный противоядие.

К тому же, он действительно ничего не знал об этом странном мире культивации и отчаянно нуждался в проводнике… хотя этот проводник выглядел крайне ненадежным, а его мотивы были загадочны.

— Ладно… —

Ши Саньцзю почти скрежеща зубами, произнес эти два слова, чувствуя, что подписал унизительный неравноправный договор.

— Учитель… сверху…

Он попытался встать, чтобы совершить ритуал посвящения, но тело поднялось всего на дюйм, и он бессильно упал обратно, едва не потеряв сознание.

Му Цзюньсюэ, увидев его жалкий вид, уголки ее губ, казалось, едва заметно изогнулись, но быстро вернулись к прежней холодности.

Она встала, подошла к кровати и, глядя на Ши Саньцзю сверху вниз:

— Раз согласился, значит, принято. Церемонии пока пропустим, глядя на тебя, боюсь, ты можешь отправиться на тот свет, просто ударившись головой о пол.

Она протянула свой длинный указательный палец, и на кончике снова скопился слабый золотой свет, на этот раз более мягкий и сдержанный, чем предыдущие руны.

— Задержи дыхание, сосредоточься. Хотя у тебя сейчас и нет «сосредотачиваться», старайся расслабиться, не сопротивляйся.

Этот золотой свет мягко коснулся межбровья Ши Саньцзю.

В одно мгновение Ши Саньцзю почувствовал, как по его сознанию разливается теплый, тонкий поток, не материальный.

Это были фрагменты таинственных и запутанных формул, образы маршрутов ци,

и основы привлечения ци, чувствования, циркуляции, четко отпечатавшиеся в его сознании.

Объем информации был невелик, но чрезвычайно сжат и сосредоточен.

Это была «Формула Привлечения Ци»?

Кажется… не так уж сложно?

По крайней мере, если просмотреть ее в голове, кажется, все почти понятно?

Ши Саньцзю подумал с некоторой неуверенностью.

Му Цзюньсюэ убрала палец и спокойно сказала: «Формула передана. Сколько ты сможешь постичь, зависит от твоей собственной судьбы. Помни, в начале привлечения ци главное — чувствование, направление небесной и земной ци в тело, постепенное продвижение, избегай спешки, особенно в твоем нынешнем состоянии поврежденных меридианов.»

Она взглянула на все еще онемевшие руки и ноги Ши Саньцзю.

— В местах блокировки яда ци трудно проникает, пока не нужно стремиться к этому, сосредоточься на питании основных меридианов.

Сказав это, она повернулась и направилась к двери, казалось, не собираясь задерживаться.

— Тот… Учитель?

Ши Саньцзю не мог удержаться и позвал ее, в его голосе звучала нотка осторожности.

— Эта «Формула Привлечения Ци»… это действительно глава Тридцати шести секретных искусств Даосской школы?

Почему ему показалось, что процесс передачи… был слишком простым?

Совсем не таким, как он представлял — требовалось поститься, омываться, воскурять благовония, а затем учитель передавал секреты три дня и три ночи!

Му Цзюньсюэ остановилась, не оборачиваясь, и ее холодный голос донесся из-за двери:

— Естественно. Просто мой метод передачи более… современный. Что, у тебя есть возражения?

— Никак нет, никак нет!

Ши Саньцзю поспешно отрицал, но про себя пробормотал: «Современный? Я бы сказал «мошеннический»!»

Он чувствовал, что что-то не так, но не мог точно сказать, что именно.

Му Цзюньсюэ открыла дверь, лунный свет снова хлынул внутрь, освещая ее прекрасный силуэт.

— Тренируйся усердно, завтра я снова приду к тебе. Кроме того, —

она повернула голову наполовину, свет лампы начертил тень на ее контуре.

— Раз уж ты стал моим учеником, в будущем перед людьми будь со мной почтителен. Иначе…

Она не закончила, но Ши Саньцзю почему-то почувствовал, что температура в его конечностях стала еще ниже.

Дверь тихо закрылась, оставив в комнате только Ши Саньцзю и дрожащую масляную лампу.

http://tl.rulate.ru/book/190883/20214912