Готовый перевод From Mud to Power: A Farmer’s Daughter Climbs to the Top / Из грязи в князи: как дочь фермера покорила столицу: Глава 5

Весь вечер Юй Чуньхуа пролежала в кровати, размышляя. Но слова бабушки Юй и мамы Юй оборвали её мысли: семья не позволяет, учёба ненадежна, а с замужеством – упустишь эту возможность, и всё.

Она понимала трудности мамы Юй и видела любовь бабушки Юй.

Но что-то на душе всё равно было неспокойно.

Мао Вэйжэнь когда-то сказал: «Цель человечества – лишь в самореализации».

Родившись в эпоху расцвета мыслей, эпоху стремления к индивидуальности, она думала: «Я – это я, я – фейерверк, непохожий на другие цвета в этом мире!»

Ценность женщины уже давно не сводилась к репродуктивной функции. Женщины могут «вершить половину неба», становиться ведущими учёными, премьер-министрами, главами правительств…

«Нет, я не должна становиться ступенькой для мамы Юй и младшего брата Юй. Хоть мне и 25 лет по уму, но физически я всего лишь восьмилетний ребёнок. Младший брат Юй – это ответственность мамы Юй, и мама Юй должна сама заботиться о своём выживании. Семья Цянь – это, конечно, хорошо, но она даже не знает, какого они поля ягода. Влюбиться во взрослого мужчину, который к тому же хочет восьмилетнего ребёнка… подумать только, это же извращение. Неужели древние люди были так рано зрелыми?»

Приняв решение, она поняла: у неё есть ответственность перед мамой Юй и младшим братом Юй, но эта ответственность не должна проявляться так. Если они хотят лучшей жизни, то это не должно достигаться раболепием. «Лучше смерть, чем несвобода. Если не счастлив – значит, инкоидальный». Это было неукротимое стремление, впитанное в их поколение с молоком матери.

Самое главное для женщины – ясно видеть суть вещей.

Она глубоко вздохнула и легла спать. Осенний ветер, врываясь через дыру в окне, навевал тоскливое чувство.

Возможно, желая закалить её характер, на следующее утро, с третьим криком петуха, бабушка Юй, умывшись, окликнула у окна: «Эр Я, вставай, будем молоть тофу».

— Хорошо — Юй Чуньхуа прекрасно всё понимала, усмехнулась самоиронии. Эти мелкие трудности не могли поколебать её решения.

Мама Юй приподняла полог у своей кровати и заглянула. Возможно, ей стало жаль её: «Иди поспи у меня, присмотришь за братом, а я займусь».

Что ещё можно было сказать? В пределах своих возможностей, мама Юй относилась к ней с любовью.

— Если ты встанешь рано, нам придётся покупать ещё два лекарства. Ты рано встала, рано позавтракала. Я потом принесу тебе и брату по две миски соевого молока, с двумя ложками сахара?

Мама Юй глубоко вздохнула, слёзы непроизвольно брызнули из её глаз.

— Матушка, пока есть твоя дочь, тебе не придётся голодать! — С этими словами Юй Чуньхуа больше ничего не говорила, игнорируя ежедневные слёзы мамы Юй.

— Тс-с-с…

В начале зимы в уезде Ло Нань было действительно холодно, особенно для неё, такой маленькой девочки, у которой не было теплой одежды, даже хлопчатобумажная куртка была не новее чем на пятьдесят процентов, и ей приходилось с утра пораньше окунать руки в холодную воду.

— Далан, ты сегодня ещё немного отдохни, скоро снова нужно будет продавать тофу, — распорядилась бабушка Юй. Её руки не останавливались: она засыпала замоченные бобы в каменную ступу. Вьючный осёл, с завязанными глазами, скрипя, вращал жернова. Время от времени он издавал звуки, испражнялся, оставляя мочу и навоз. Второй дядя Юй, черпая воду, тут же подгребал навоз и выливал в специальное ведро.

Юй Чуньхуа зачерпнула два черпака горячей воды из большого котла, быстро умылась, затем, обмакнув обглоданный конец ивовой веточки в чистую соль, почистила зубы. Не дожидаясь приказа, она сама принесла две корзины дров из поленницы во дворе и подкинула их в очаг.

Угля не было, дрова быстро прогорали, а для изготовления тофу нужен был человек, который бы постоянно поддерживал огонь.

Семья Юй была обычной семьёй в уезде Ло Нань. На окраине города у них было двести му земли, старый дом с двумя внутренними дворами, а в самом городе – лавка площадью в один му. Их семья считалась средней зажиточности, но из-за большого количества членов семьи – двенадцать человек, старших и младших – половина зарабатывала, половина тратила, а двое детей ходили в начальную школу, то на каждого приходилось немного. Поэтому, несмотря на то, что изготовление тофу было тяжёлым трудом, вся семья делала это сама: замачивали бобы, собирали бобы, продавали бобы, обменивали бобы на тофу, продавали тофу. Даже такие хлопотливые, как вторая невестка, каждый день не знали покоя.

Экономика Да Сюань в настоящее время была подобна Англии XVII века или Китаю 1920-х годов. Семья Юй считалась местными мелкими помещиками, но, сталкиваясь с растущей стоимостью рабочей силы и отсутствием родовых накоплений (рабов), все члены семьи трудились не покладая рук.

Когда бобы были перемолоты, второй дядя Юй вылил раздробленную бобовую массу в сетку, натянутую на крестообразную деревянную раму. Бабушка Юй потрясла крест, и белое сырое соевое молоко стекло в кипящий на большом огне котёл. Потрясая, оно выжимало жмых, который складывали в ведро для кормления свиней. Затем, доведя до кипения, в соевое молоко добавляли гипс, и вскоре оно превращалось в творожную массу. После прессования получался высококачественный твёрдый тофу. Несколько цзиней бобов давали одну плиту тофу – это было строгое правило, иначе подрывали репутацию.

С крика петухов до рассвета было изготовлено 6 плит тофу. Старший дядя погрузил две плиты в корзины и отправился в деревню, чтобы продать или обменять. Жёны старших дядей приготовили завтрак и открыли двери лавки, начав торговлю. После утреннего наплыва покупателей они начинали стирать свою одежду.

Что касается бабушки Юй, то с утра до вечера она неустанно просеивала бобы на решете, замачивая их для изготовления тофу. Её ловкость была такова, что, хлопнув рукой по решету, она заставляла камушки вылетать сами собой. Жёлтые бобы двигались по решету, куда ей было нужно. Это было мастерство, отточенное годами. Пока старшие дяди не выросли, как одна женщина могла всем этим заниматься?

Без любовных интриг, без душераздирающих событий, это был труд всей жизни. Сыновья женились, появились внуки, бесконечная усталость поддерживала гармонию всей большой семьи.

— Семья Цянь имеет слуг, торговые предприятия, капитал, тысячи людей, работающих на них. Ты пойдёшь туда и будешь только гулять среди цветов и бамбука. Как только ты родишь ребёнка, это будет гарантия на всю жизнь. По крайней мере, тебе не придётся беспокоиться, что однажды ты или твой муж, или сын заболеете, а денег на лечение не будет…

Говоря это, бабушка Юй заплакала. Без сомнения, в её слезах скрывалась жизнь, которую невозможно было спасти.

— Бабушка, мне всего восемь лет, и моё будущее полно безграничных возможностей. Я не хочу выходить замуж за бедняка, я хочу стать самостоятельной, я хочу научиться ремеслу, которое позволит мне обеспечивать себя.

С древних времён приобретение навыков, позволяющих обеспечивать себя, никогда не было убыточным делом.

— Но для этого не нужно разрывать эту помолвку! — Это было самое непонятное для бабушки Юй.

— Равный социальный статус, бабушка. Как такой прекрасный пирог свалился нам на голову? Если в будущем я потерплю обиду, чем больше влияние у жениха, тем меньше шансов у меня остаться в живых. Если я смогу сдать экзамен на степень сяоши, зачем мне рисковать и жить за счёт чужой милости? Человек ест всего три раза в день.

— Если у тебя есть свои большие планы, значит, ты уже не смотришь на свою бабушку! — Бабушка Юй, видя, что она непреклонна, потеряла терпение. Она собрала вещи и больше не разговаривала с ней.

День, два, три…

Через месяц бабушка Юй наконец намекнула свахе, что хочет разорвать помолвку. Не успела весть дойти, как молодой господин Цянь уже обратил внимание на другую. Семья Юй наконец успокоилась.

Конечно, кроме брани, она так и не смогла поступить в школу. Для поступления в начальную школу требовалось согласие опекуна. Пока она держала в руке золотой лист, не зная, что делать, из города Лоян приехали родственники со стороны двоюродного дяди. Пара близнецов из семьи двоюродного брата поступила в Академию Тянь И, и они могли уступить два места для учеников.

Как только эта новость разнеслась, вся семья Юй пришла в неистовое возбуждение!

http://tl.rulate.ru/book/187708/18466227