Готовый перевод From Base 404 to Galactic Hero: Ace Pilot’s Rise / База 404: как стать героем Галактики за два года ада: Глава 4

— За здоровье!

— За здоровье!

В столовой Базы 404 толстый повар выкатил огромный круглый стол, который не доставали и раза в год. Стол ломился от деликатесов — местных продуктов планеты Сократ. Тридцать человек, составлявших весь гарнизон базы, не спешили рассаживаться. С бокалами в руках они окружили Ляо Юна.

Атмосфера на базе напоминала праздник, но в этом не было ничего странного. Базу 404 прозвали «Домом престарелых»: новых лиц здесь почти не видели, и Ляо Юн стал первым пополнением за последние десять лет, так что все искренне его приветствовали.

— Прости, что мы встречаем тебя таким шумным подарком, — произнес командир базы Ноэль, осушив бокал одним глотком, — но твой результат, прапорщик, действительно поражает. Если повезет, думаю, уже через неделю я получу из Командования Северного сектора приказ о твоем переводе.

В нынешние относительно мирные времена Человеческий Федеративный Союз определял ас пилота как того, кто сбивает пять и более вражеских машин за один вылет или более двадцати за месяц. В этот раз Ляо Юн сбил четыре цели — не хватило всего одной, чтобы официально называться «асом».

Чем спокойнее времена, тем реже встречаются асы. Даже на пограничных базах, где интенсивность боев куда выше, чем здесь, за целый год не всегда набирается пара таких умельцев. Командования разных секторов использовали асов по-разному: в Северном секторе их предпочитали собирать в единый кулак, превращая в ключевую, решающую силу удара.

Будь Ляо Юн чуть удачливее в бою и сбей еще одну машину, его бы мгновенно перевели в элитную эскадрилью командования для особого обучения.

Ляо Юн только что окончил академию, и, несмотря на попытки сдержаться, радость на его лице была видна невооруженным глазом.

— Кстати, Дэнъэнь, — Ноэль повернулся к командиру группы, — я помню, что за три и более сбитых целей за вылет полагается повышение значка? Ты командир, не забудь об этом. Сразу после обеда подготовь рапорт.

— Не беспокойтесь, командир, — кивнул Дэнъэнь, — я не забуду. Как поедим, сразу займусь документами.

— Благодарю вас, господин командир и командир группы! — от этих слов Ляо Юн просиял еще ярче. Он тут же отдал честь Дэнъэню и Ноэлю, выражая свою признательность.

Его восторг был оправдан. Пусть статус «почти аса» оставался лишь словами — в Обороноспособных силах Федерации такой категории официально не существовало. Но в отличие от громких титулов, повышение уровня пилотского значка приносило реальные, ощутимые деньги.

Как выпускник, Ляо Юн носил железный значок. На этом уровне ему полагалась всего одна неделя отпуска в земной год, ежемесячное пособие — 3500 федеральных кредитов, а оплата за летный час — всего сто кредитов. Переход на медный уровень означал повышение пособия до 5000 кредитов, десять дней отпуска и двойную ставку за каждый час полета.

Но что еще важнее: сейчас Ляо Юн был всего лишь прапорщиком. А для продвижения по службе — будь то из прапорщиков в младшие лейтенанты или из лейтенантов в капитаны — наличие значка медного уровня и выше было обязательным условием.

— Приношу извинения, — продолжил Ноэль, — но раз уж база сейчас в состоянии боевой готовности, нашему дорогому капитану Дэнъэню пришлось достать из своих запасов лишь две бутылки земного вина. Так что сегодня ограничимся одним бокалом. Зато меню сегодня — сплошной деликатес, всё отобрано вручную. Не вздумайте переводить продукты! Ладно, не буду вам мешать. Приступайте к еде!

С этими словами Ноэль первым отодвинул стул и сел, а затем резко вскинул руку!

Никто не ожидал, что этот серьезный полковник... заранее припрятал в рукаве палочки! Не успели стихнуть слова о начале трапезы, как он уже принялся за жареную сокравскую индейку, стоявшую в центре стола.

Хоть ее и называли индейкой, сокравская индейка не имела ничего общего с сухим и безвкусным мясом североамериканских птиц. Это был крупный съедобный вид, обитающий на планете Сократ. Она сочетала в себе нежность домашней птицы и внушительные размеры, но, что самое важное, ее мясо оставалось сочным и ароматным при любом способе приготовления. Настоящий деликатес, известный на весь Союз.

Говорили, что в других секторах индейка среднего размера весом около семи килограммов стоит около пятисот кредитов. Птица же, что сейчас дымилась на двух столах, приправленная местными специями и сочащаяся жиром, весила не меньше восьми-девяти килограммов. Настоящий шедевр.

Такую птицу было трудно найти даже на месте. Ноэль, ожидавший их в столовой с момента посадки, едва сдерживал нетерпение, так что, когда дело дошло до дела, медлить он не собирался.

Ляо Юн замер, пораженный тем, насколько этот педантичный командир может быть невоздержанным. Остальные же, привыкшие к выходкам Ноэля, тут же набросились на мясо. Палочки и вилки неслись к птице с яростью ракет, захвативших цель в зоне неминуемого поражения.

Если бы не доброта старого Алуня, сидевшего слева, который ловко выхватил самую сочную ножку, Ляо Юну пришлось бы довольствоваться лишь обгладыванием костей.

— Хватит грызть только ножки, — бросил Дэнъэнь, сидевший справа. Он дожевал половину шеи и, заметив, что у Ляо Юна все лицо в жиру, поспешно пододвинул ему стакан колы. — Глядите, тут еще рыба-четырехглазка, а если кончится — есть лавовые крабы с планеты Кливленд. В обычной столовой такого не увидишь. Пробуйте всё, только не подавитесь.

— М-м... — Ляо Юн, набивший рот ароматным мясом, не мог внятно ответить и лишь промычал, согласно кивнув.

Военные ели быстро и яростно. Меньше чем за час два стола были полностью опустошены.

— Мне нужно подать рапорт о повышении категории значка прапорщика. Старик, возьми на себя расселение его в общежитие, — сказал Дэнъэнь Алуню после еды.

— Не переживай, — отозвался Алунь. — Я же когда-то сам тебя по всем делам водил. И вот еще: когда закончишь с рапортом, не забудь забрать для прапорщика два комплекта зимней формы. У нас тут еще месяца два холодать будет. — Алунь пожал плечами, проводил Дэнъэня взглядом и повернулся к Ляо Юну.

— Пойдем, прапорщик. Я видел твой график дежурств. Тебе с Дэнъэнем на патрулирование в 17:00. Сейчас 13:50, времени в обрез.

— Есть, — Ляо Юн вытер рот салфеткой и последовал за Алунем.

— Я-то думал, командир будет суровым человеком, — признался Ляо Юн по дороге. — Кто же знал, что он будет отбирать у нас жареную птицу. Просто не ожидал.

— Ха-ха, у нас на базе всё так, — усмехнулся Алунь. — А знаешь, почему нас называют Базой 404?

— Знаю, что планета Сократ была первой целью вторжения в прошлой войне... Значит, это 404-я база? — Ляо Юн неплохо учил историю, но детали конкретных объектов не помнил, поэтому решил блеснуть догадкой.

— Ты же знаешь ошибку «404», которая вылетает в сети? — Алунь проигнорировал его ответ.

— Это значит, что ссылка не найдена? Неужели наша база — это так называемая «несуществующая база»? — спросил Ляо Юн.

— В точку. Во время прошлой войны генерал-майор Уиттман Дулитт, отвечавший за воздушные бои на Сократе, любил концентрировать силы в одном месте. А так как наша база была построена рано, нам приходилось взлетать заранее, чтобы поддержать союзников на передовых позициях. Из-за этого вальканам было трудно вычислить наше местоположение по траекториям вылетов. В их отчетах мы стали «несуществующей базой». Когда это дошло до командира, он просто переименовал нас в авиабазу 404.

— Вот оно что, — кивнул Ляо Юн.

— Потом война закончилась, более трехсот авиабаз на Сократе постепенно закрыли, и осталась только наша. Сюда перевели эскадрилью из резерва пилотов, ожидающих выхода в отставку. Кажется, это было лет тринадцать-четырнадцать назад, — Алунь нажал кнопку, открывая ворота в жилой сектор.

— То есть, кроме меня, здесь десять лет никого не было? — уточнил Ляо Юн.

— Именно. А иначе зачем называть нас «Домом престарелых»? Мы тут все как одна семья, так что лишнего пафоса не держим, — Алунь кивнул.

Ляо Юн тоже кивнул, но про себя задумался. Он вырос в семье военных. Отец ушел рано, но мать воспитывала его строго, по уставу. Дисциплина была вбита в него с детства, поэтому образ армии в его голове всегда был монолитным и строгим. В условиях такой расслабленности, как на Базе 404, он чувствовал себя не совсем уютно.

Алунь провел его через жилой сектор, мимо полузаглубленных в землю корпусов, напоминающих форты, и остановился перед одним из них.

— Ну вот, это твое жилье, — Алунь открыл дверь, зарегистрировал отпечаток пальца Ляо Юна и передал ему ключи.

— Эм... я здесь один?

Когда включился свет, Ляо Юн увидел, что в комнате есть всё необходимое, кроме соседа. Вопрос вырвался сам собой.

— На всей базе 404 сейчас всего тридцать с лишним человек, которым нужно здесь дежурить, — пояснил Алунь. — Но проектировалась она как авиабаза сверхвысокого класса. Такие корпуса рассчитаны на четверых, а всего их шестьсот. Сейчас даже на одного человека целого здания не хватает. У нас тут, если повезет, всем полагается жилье уровня генералов. Главное, чтобы проверка не пришла.

— А... — Ляо Юн замялся.

Пилотов-прапорщиков, подобных ему, в Федерации было более пятидесяти миллионов. И все пилоты ниже звания офицера капитана жили максимум в двухместных комнатах. А тут — целый двухэтажный дом в личном пользовании. Это уровень высшего командования. Он только что выпустился из академии, а получил условия для генерала. Приспособиться к такому было непросто.

— Не думай, что жить одному в доме — это сплошной праздник, — добавил Алунь. — Дома строились во время войны, поэтому они полузаглубленные. Первый этаж полностью под землей, свет попадает только на второй. С новыми базами не сравнится. К тому же, убирать придется весь дом целиком. Ладно, выбирай комнату, не буду мешать. Скоро патруль вернется, мне надо за дела.

— Спасибо, старик, — вежливо ответил Ляо Юн.

Когда Алунь ушел, Ляо Юн поднялся на второй этаж, выбрал кровать в самой светлой комнате и закинул вещи в шкаф.

С собой у него было немного: два комплекта стандартной формы Обороноспособных сил, пара парадных мундиров, диплом Военной академии Федерации, сертификат отличника и одна-единственная фотография всей семьи, от которой осталась только половина.

Алунь говорил, что это трудно, но на деле корпус был модернизирован: внутри работало достаточное количество роботов-уборщиков, так что навести порядок было проще простого. Настроив дрон на уборку, Ляо Юн сел у окна и, глядя на обрывок семейного фото, погрузился в свои мысли.

Но не успел он заскучать, как резкий звонок в дверь вырвал его из оцепенения.

http://tl.rulate.ru/book/184708/17972939