Готовый перевод From Base 404 to Galactic Hero: Ace Pilot’s Rise / База 404: как стать героем Галактики за два года ада: Глава 5

За дверью стоял не кто иной, как его командир Дэнъэнь, в руках он держал два комплекта зимней формы.

Увидев Дэнъэня, Ляо Юн поспешно распахнул дверь и пригласил его войти.

— Когда в следующий раз будешь переводиться на другую базу, сначала проверяй погоду. Опять попадешь в такую неловкую ситуацию, понимаешь? Держи, твоя зимняя форма, — Дэнъэнь вошел и передал Ляо Юну два комплекта повседневной зимней формы.

Это действительно спасло Ляо Юна. При росте метр восемьдесят три он выглядел совсем иначе, чем Алунь, чей рост составлял всего метр семьдесят два — разница в телосложении была колоссальной. Поэтому пальто, одолженное Алунем, могло служить лишь временной мерой и никак не решало проблему.

— Спасибо, командир, — Ляо Юн принял сверток с одеждой, поблагодарил и нажал кнопку на журнальном столике, чтобы налить Дэнъэню чаю.

— Комнату уже выбрал? — спросил Дэнъэнь, усаживаясь на диван.

— Да, вторая слева на втором этаже, — кивнул Ляо Юн.

— Неплохо, со вкусом. Почти все выбирают именно её, там хотя бы есть солнце. Раньше, когда мы были на передовой, за эту комнату даже драки случались, — Дэнъэнь одобрительно кивнул.

Глядя на Дэнъэня, который даже не потрудился надеть фуражку или военную форму, а явился в своей гражданской одежде, Ляо Юн не выдержал и произнес:

— Командир, я хотел кое-что спросить.

— Валяй.

— На нашей базе такое ощущение, что... — Ляо Юн замялся.

— Что здесь слишком много свободы и разгильдяйства? Не похоже на военную базу? — Дэнъэнь сам закончил его мысль.

— Именно. Сейчас кажется, будто я попал на какую-то не особо загруженную фабрику, а не в армию. Все не носят форму, не соблюдают построения, даже господин командующий больше похож на начальника цеха. Пусть на нашей базе и нет сильного боевого давления, но разве это повод так игнорировать устав? Да и бездельничают тут чересчур, — Ляо Юн кивнул, задавая встречный вопрос.

— Вот оно что... Тогда мне нужно подумать, как тебе это объяснить... — Дэнъэнь вздохнул и взъерошил волосы.

Ляо Юн не спешил, он ждал.

— Скажи-ка лучше, уорент, как ты понимаешь воинский устав и дисциплину? — после раздумий спросил Дэнъэнь.

— Устав — это основной инструмент, предназначенный для регулирования поведения военнослужащих, правильного применения мер поощрения и наказания, обеспечения высокой степени концентрации и единства армии, укрепления процессов нормализации и модернизации, а также консолидации и повышения боеспособности... По крайней мере, так нас учили на занятиях, — Ляо Юн выпалил всё это, словно зачитывал параграф из учебника.

— Ха-ха! Помнитешь так четко? Видимо, в школе ты был отличником. Только вот, понимаешь, устав и дисциплина — по сути, это лишь вещи, помогающие новобранцам выжить на поле боя. Кстати, уорент, куришь? Хочешь сигарету? — Дэнъэнь вытащил из пачки две сигареты.

— Спасибо, командир. Вы сказали, что устав — это лишь способ выжить для новичков? — Ляо Юн взял сигарету и продолжил расспрос.

— Да. Когда бойцы только попадают на фронт, их понимание войны очень туманно. Если ограничить их уставом, заставить беспрекословно подчиняться приказам, они хотя бы не погибнут по глупости сами и не подставят товарищей. Когда переживешь несколько кампаний, сам поймешь, почему в Национальной обороне чем больше человек — ветеран, тем чаще он нарушает устав или находит в нем лазейки, — Дэнъэнь закурил и затянулся.

— Даже если вы так говорите, мне всё равно трудно это понять, — Ляо Юн выглядел озадаченным.

— Эх ты... У тебя в семье кто-то служит? — спросил Дэнъэнь.

— Да, и отец, и мать — военные, — ответил Ляо Юн.

— Тогда ничего удивительного. Дети, как и новобранцы, плохо понимают окружающую среду. Ограничения действительно помогают расти. Вот ты сейчас чувствуешь, что некоторые правила, которые устанавливали в твоем доме в детстве, были совершенно бессмысленными или даже мешали? — спросил Дэнъэнь.

Ляо Юн задумался и кивнул.

— Вот видишь. С дисциплиной то же самое. Конечно, строгая дисциплина помогает армии минимизировать ущерб мирному населению и повышать свой престиж, что способствует здоровому развитию войск. Но когда ты привыкаешь к дисциплине и вбиваешь требования устава в мышцы, ты понимаешь: есть вещи, которые можно не делать строго по правилам. Дисциплина, которая живет в сердце, — вот настоящая дисциплина. Понимаешь?

— Понимаю. Но почему же здесь так беззаботно?

— Потому что все по горло сыты войной. Я отчетливо помню, как только попал на фронт: за три недели я сменил пять групп напарников, базу, где дислоцировался наш эскадрон, разрушили дважды. И только потом мы с нынешними ребятами сформировали эскадрилью «Занавес» и выжили. Теперь мы наконец-то можем не жить в вечном напряжении, вот и появилось время просто наслаждаться жизнью.

— Эм, а никто не боится, что навыки притупятся?

— Если считать учебные самолеты, сколько часов налета у тебя, уорент? — Дэнъэнь не ответил прямо, а задал вопрос.

— Около 970 часов, — ответил Ляо Юн.

— Ого, гораздо больше, чем у обычных зеленых новичков после выпуска. А теперь угадай, сколько летал я, не считая учебных машин? И какой у меня класс пилотского знака? — продолжил Дэнъэнь.

— Эм, я помню, преподаватель говорил, что пилоты обычно уходят в отставку к пятидесяти годам, а средний налет составляет около двух тысяч часов. Вы, командир, ветеран прошлой большой войны, должно быть, налетаете больше... 2500 часов? Что касается знака, то это как минимум золотой знак, возможно, с одной оливковой ветвью? — предположил Ляо Юн.

— Про налет ты угадал почти наполовину. Я налетал 5200 часов. А что касается знака... — Дэнъэнь усмехнулся и достал из кармана рубашки свой пилотский знак, положив его на стол.

Это был золотой знак, украшенный двойными оливковыми ветвями и лавром — почти высшая степень отличия, которой мог достичь пилот.

Инструктор Ляо Юна в академии тоже был ветераном, вернувшимся после службы, но тот налетал всего чуть больше 3500 часов, и его знак был золотым, но только с одной ветвью. В академии инструктор так дорожил своим знаком, что даже не позволял курсантам взглянуть на него. И вот теперь перед ним лежал знак гораздо более высокого ранга.

— 5200 часов?! Это Золотой нагрудный знак с двойными оливковыми ветвями и лавром?! — Ляо Юн, прекрасно понимавший ценность этих регалий, замер от шока.

— Не только я. Чжуан Сэнь Фриман, он же «Занавес-2», налетал 4940 часов, у него такой же знак. «Занавес-3» Эйкэсэн Личадэ — 4875 часов, класс знака такой же, как у меня. «Занавес-4» Чжан Жусэнь — 4990 часов, а его знак...

— Хватит, командир, я понял! Вы хотите сказать, что все прошли через горнило войны и налетали достаточно долго, так что тактика и техника полета уже вбиты в мышцы, в мышечную память, и дополнительная тренировка не нужна? — Ляо Юн почувствовал, что если Дэнъэнь продолжит, его картина мира окончательно рухнет, и поспешил его прервать.

— Умный. Только не думай, что раз мы тебя прикрываем, то жизнь твоя превратится в сплошной праздник. Эскадрилья «Занавес» не терпит балласта. В течение следующего года мы устроим тебе адские тренировки. За этот год ты должен налетать минимум 1500 часов, уяснил? — Дэнъэнь кивнул.

Ляо Юн промолчал, встал и торжественно отдал Дэнъэню честь.

Он не был глупцом и мог отличить искреннюю заботу от простой вежливости. Как новичок, Ляо Юн знал, что его навыки неплохи, но понимал: одних их катастрофически мало. Ему нужно было не только налет для оттачивания тактики, но и опытный наставник.

На любой другой базе, не говоря уже о том, найдутся ли там ветераны уровня Дэнъэня или остальных членов эскадрильи, Ляо Юн вряд ли смог бы налетать больше 300 часов в год. Ведь пилотировать истребитель — задача не из легких: ресурс двигателей и покрытия ограничен, а высота и условия полета изматывают организм. Поэтому обычные базы строго ограничивают налет, и без чрезвычайных обстоятельств вылеты сверх плана запрещены.

Однако здесь, на Базе 404, эти правила, похоже, не работали.

— Ладно, ладно. Хватит быть таким серьезным. Сейчас время отдыха. Тебе нужно научиться переключаться между боевым режимом и режимом отдыха, иначе свихнешься, — Дэнъэнь махнул рукой, предлагая Ляо Юну сесть.

— Но если я должен налетать 1500 часов за год, одобрит ли это база? Я помню, расчетный ресурс «Молниеносного сокола» составляет всего три-пять тысяч часов, — спросил Ляо Юн.

— На нашей базе нет такой чепухи. Если причина обоснована, командующий Ноэль всё подпишет. Что касается новых бортов — наша база всё-таки заслуженная, у нас отличные условия медицины и приоритетный порядок снабжения. Летай спокойно, — отрезал Дэнъэнь.

Только тогда Ляо Юн выдохнул и достал зажигалку, чтобы прикурить сигарету, которую дал ему Дэнъэнь.

Курить и пить он начал еще в академии под влиянием старших товарищей, но, к счастью, обладал сильной волей и позволял себе это лишь изредка.

— Кстати, командир, с таким опытом вы все давно могли бы получить повышение. Почему же вы всё еще здесь? — спросил Ляо Юн, затягиваясь.

— Повыситься-то можно, но для нас это не имеет смысла. Вот взять меня: повышение — это либо полковник, либо командир эскадрильи, либо командующий базой. Ты лучше меня убьешь, чем заставишь копаться в бумажках. А так — всё комфортно: по графику вылетаешь на задание, делаешь круг и возвращаешься как ни в чем не бывало. На других базах такого не дождешься, — сказал Дэнъэнь.

— А штаб не требует людей? — уточнил Ляо Юн.

— Не недооценивай нашего командующего. Если ты не захочешь уходить и тебя не смутят методы Ноэля, он найдет миллион способов удержать тебя здесь. И наоборот: если захочешь сменить базу, подай рапорт сегодня, и в течение недели найдется место, где тебя с радостью примут, — пояснил Дэнъэнь.

Ляо Юн кивнул. Похоже, База 404 скрывала куда больше талантов, чем он предполагал.

— Ладно, хватит болтать. Переодевайся и готовься. Чжуан Сэнь и Кэлифу скоро вернутся. Твое обучение начнется с этого патруля. Ты отличник, так что я не буду тратить время на пустую теорию боя. Сразу после патрулирования приступим к симуляционным боевым учениям, — Дэнъэнь поднялся.

Ляо Юн замер и взглянул на запястье. Было уже 16:20. До начала его патрульного вылета в 17:00 оставалось всего сорок минут.

http://tl.rulate.ru/book/184708/18036502