Готовый перевод 25 Years Old Section Chief: Provincial Boss Pats My Shoulder / В 25 начальник отдела — босс провинции стал покровителем: Глава 9

Более того, Лексус в то время требовал дополнительной платы при покупке, что говорило о весьма состоятельной семье Чжао Цзиньхао.

Чжао Цзиньхао, казалось, заметил удивление Ван Чэнгуна и, открывая дверь машины, пояснил: «Отец сказал, что ездить на «Бенцах» и «БМВ» слишком вызывающе, поэтому достаточно Лексуса – он и комфортный, и незаметный».

Ван Чэнгун кивнул, составив предварительное суждение о семейном положении Чжао Цзиньхао.

Способность легко выложить более пятисот тысяч за машину и говорить об этом так непринужденно – такое семейное положение, вероятно, было не просто «неплохим».

Чжао Цзиньхао отвез Ван Чэнгуна до роскошного отеля с впечатляющим декором, явно являвшегося элитным заведением города Линлин.

Как только они вошли, менеджер подошел с энтузиазмом: «Молодой господин Чжао пожаловал, тот же столик?»

«Да, тот у окна», – уверенно распорядился Чжао Цзиньхао, явно бывавший здесь частым гостем.

Это был кантонский ресторан. Усевшись, Чжао Цзиньхао взял меню и сразу же заказал восемь блюд и один суп: парового восточного окуня, тушеные морские гребешки, отварную курицу, жареного поросенка, овощи в бульоне, фирменного жареного гуся, креветки с чесноком и один горшочек «Будда на стене».

Ван Чэнгун поспешно махнул рукой: «Цзиньхао, это слишком много, мы вдвоем столько не съедим».

Чжао Цзиньхао пренебрежительно ответил: «Что значит слишком? Ты мне так сильно помог, отец сказал, что когда приглашаешь гостей, нужно заказывать побольше блюд, чтобы гость остался доволен!»

Он повернулся к официанту и сказал: «Вот это все, и еще чайник хорошего Лунцзина».

Ван Чэнгун улыбнулся и покачал головой, больше не отказываясь.

Он понимал, что в те времена принято было так проявлять радушие: чем больше блюд, тем искреннее приглашение. Действия Чжао Цзиньхао были вполне объяснимы.

В ожидании подачи блюд Ван Чэнгун разглядывал Чжао Цзиньхао напротив.

Этот бледный и полноватый молодой человек выглядел здоровым, как же у него может быть брадикардия? Но он был тактичен и не стал расспрашивать, у каждого есть свои тайны.

Во время трапезы Чжао Цзиньхао разговорился и сказал многое: «Моя семья занимается небольшим бизнесом, у нас в Линлине 8 гостиниц, а в столице провинции – 3 отеля. Бизнес идет неплохо, но отец всегда говорит, что в бизнесе есть деньги, но нет власти».

Чжао Цзиньхао имитировал тон отца: «Когда мы ходим на ужины, даже замначальника отдела вынужден сидеть внизу и наливать ему вино. Поэтому отец твердо решил, что я должен поступить на госслужбу, сказав, что сколько бы денег ни заработал, без власти все это напрасно».

Чжао Цзиньхао самоиронично рассмеялся: «Я поступал два года, и только сейчас мне удалось поступить. Если бы не твоя помощь, Чэнгун, я бы чуть не провалился на медкомиссии».

Ван Чэнгун кивнул и объективно оценил: «Бизнес и государственная служба – у каждого свои плюсы. В системе стабильность и статус, в бизнесе свобода и быстрый заработок. Твой отец отправил тебя на госслужбу, тоже исходя из твоих долгосрочных интересов».

Они ели и разговаривали, постепенно сближаясь. Несмотря на богатое семейное положение, Чжао Цзиньхао не проявлял многих черт избалованного отпрыска, в его словах скорее чувствовалась искренность.

После нескольких рюмок вина Чжао Цзиньхао вдруг посмотрел на Ван Чэнгуна и спросил: «Чэнгун, ты такой выдающийся, наверняка у тебя есть девушка?»

В голове Ван Чэнгуна мгновенно промелькнула сцена расставания с Ши Миньцянь, когда она пришла к нему домой. Он не хотел говорить на эту тему и кратко ответил: «Нет, давай поедим».

Неожиданно этот ответ заставил глаза Чжао Цзиньхао загореться, и он весь возбудился: «Хорошо, хорошо, едим!»

Он поспешно положил Ван Чэнгуну еды, его отношение стало еще более восторженным, но в глазах появилось нечто неуловимое.

Ван Чэнгун немного недоумевал от реакции Чжао Цзиньхао, но не стал придавать этому значения, сосредоточившись на наслаждении изысканными блюдами.

Блюда в этом отеле действительно были превосходны, каждое приготовлено с большим мастерством.

«Чэнгун, в будущем мы будем коллегами. Хоть и в разных отделах, но в одном комплексе городского комитета партии, будем чаще общаться!» – предложил Чжао Цзиньхао, поднимая бокал.

Ван Чэнгун поднял свой бокал в ответ: «Обязательно. У организационного отдела и канцелярии городского комитета и так много рабочих контактов, прошу и впредь направлять».

«Будем поддерживать друг друга, поддерживать!»

Чжао Цзиньхао рассмеялся и сказал: «Я вырос в Линлине, прекрасно его знаю. Если тебе понадобится какая-нибудь помощь, просто скажи!»

Этот ужин продлился почти два часа, они оба остались довольны беседой.

При оплате счета Ван Чэнгун мельком увидел сумму – 1288 юаней, что составляло почти половину месячной зарплаты обычного госслужащего того времени.

Чжао Цзиньхао же, не моргнув глазом, расплатился картой, очевидно, привыкший к таким тратам.

Покидая отель, Чжао Цзиньхао настоял на том, чтобы отвезти Ван Чэнгуна домой.

В машине Чжао Цзиньхао снова серьезно поблагодарил: «Брат Чэнгун, спасибо тебе огромное сегодня. В будущем, если что-то понадобится, просто обращайся ко мне!»

После того как Ван Чэнгун вышел у дома, Чжао Цзиньхао специально вышел из машины, чтобы пожать ему руку на прощание, и уехал, только убедившись, что Ван Чэнгун вошел в дом.

Вернувшись домой, родители немедленно бросились расспрашивать о результатах медкомиссии. Ван Чэнгун улыбнулся и сказал, что все в порядке, и только тогда Ван Тэн и Хэ Чуньцзюань окончательно успокоились, на их лицах появились умиротворенные улыбки.

Тем временем, в изысканно оформленном ресторане в Линлине, в отдельном кабинете, молодой человек лет двадцати пяти в гневе ударил бокалом по столу, издав пронзительный звук.

«Я был вторым по баллам на письменном экзамене, а он был только четвертым! И как он мог получить такие нелепые 92.7 балла на собеседовании, это меня просто бесит!»

Молодого человека по имени Чжан Хайбо налились щеки, в его глазах были ярость и непокорность.

Он претендовал на ту же должность в канцелярии городского комитета партии. Его баллы на письменном экзамене были на 3 пункта выше, чем у Ван Чэнгуна, и он был уверен в успехе, но на собеседовании его обошли с большим отрывом.

Сидевший рядом мужчина средних лет, около сорока пяти, с уравновешенным видом, тихо вздохнул и утешил его:

«Хайбо, все. Баллы письменного и устного экзаменов уже опубликованы, дело решено. Готовься к другим вакансиям, в городе есть другие хорошие места».

Этого мужчину звали Чжан Годун, он был начальником управления сельского хозяйства города Линлин и отцом Чжан Хайбо.

Он проработал в системе более двадцати лет и хорошо знал серьезность и правила набора государственных служащих.

Однако Чжан Хайбо все еще не желал сдаваться и, стиснув зубы, сказал:

«Папа, ты же узнал по номеру экзаменуемого, что этого человека зовут Чэнгун, и он из обычной сельской семьи. Почему бы не подправить что-нибудь? Если бы он не прошел, я бы прошел!»

Чжан Годун знал, что ничего нельзя изменить, покачал головой и серьезно сказал:

«Если бы это было пять лет назад, это было бы проще сделать. Сейчас все процедуры публикуются онлайн, все прозрачно. К тому же, это должность в канцелярии городского комитета партии, сколько глаз за этим следит? Если возникнут проблемы, организационный отдел и комитет по проверке дисциплины начнут расследование, тогда это будет невыгодно!»

Как начальник управления, Чжан Годун прекрасно понимал, насколько строгими были правила набора в настоящее время.

Если бы кто-то подал жалобу, вышестоящие органы обязательно провели бы тщательное расследование, и тогда не только сыну нельзя было бы помочь, но и сам он мог бы попасть в беду.

На лице Чжан Хайбо мелькнула жестокость, и, наконец, он со злостью сказал: «Тогда ему повезло!»

Чжан Годун на мгновение задумался, понизил голос и сказал:

«Ничего, у меня есть люди в канцелярии городского комитета партии».

http://tl.rulate.ru/book/182521/17563986