Су Пэйшэн позади изо всех сил махал рукой.
— Сестрица, будь осторожна в пути! Если обидят, обязательно скажи брату!
Остальные вторили:
— Да, госпожа, если что понадобится, только скажите…
Вэнь Цзю, шедшая впереди, споткнулась и чуть не упала. Да уж, люди здесь, кажется, довольно милые.
Только вот почему с тем Четвёртым принцем никак не удаётся договориться?
Сейчас она одна, без поддержки, и сбежать, скорее всего, не получится.
Чтобы выжить, придётся как-то действовать через него.
Может, подождать, пока он остынет, и тогда спокойно поговорить?
Нынешний Четвёртый принц ещё молод, наверное, он отличается от того безжалостного императора из её воспоминаний.
— Сестрица, будьте осторожнее, не спешите. Я помогу вам идти, — радостно щебетала Шаньчжа. — Я так рада, что ваше желание исполнилось! Я же говорила, с вашей красотой ни один мужчина не устоит. Господин Бэйлэ тоже ведь обычный человек, не так ли?
Вэнь Цзю посмотрела на сияющую от счастья девушку рядом и не решилась обрушить на неё жестокую правду.
Эта Шаньчжа была верной прислужницей прежней хозяйки тела, преданной ей до глубины души.
Ну что ж, пусть ребёнок порадуется ещё немного.
— Только, сестрица, почему вы сегодня не проучили эту негодницу Шу Цин? Она посмела заискивать перед господином Бэйлэ у вас за спиной, а вы даже не приказали вырвать ей язык!
Видя, как эта юная девушка говорит такие вещи, Вэнь Цзю на мгновение опешила.
В конце концов она ответила:
— Впредь не ищи с ней неприятностей.
Заметив недоумение на лице Шаньчжи, Вэнь Цзю откашлялась и добавила:
— Главное, не порти дело.
Услышав это, Шаньчжа доверчиво кивнула.
— Сестрица, я поняла.
Едва они вошли в Прохладный павильон, как, не успев даже осмотреться, в комнату вошла ещё одна гостья, словно поджидала их.
— Ох, моя старая, должна поздравить госпожу! — произнесла она и тут же придирчиво огляделась, помахав рукой у носа. — Госпожа только что удостоилась милости, а господин Бэйлэ поселил вас в таком месте. Совсем он не понимает девичьих сердец.
Вэнь Цзю нахмурилась так, что на лбу образовалась складка, и, не мигая, уставилась на старуху своими прекрасными персиковыми глазами.
— Откуда вы знаете, что я удостоилась милости?
Вы уверены, что это была милость, а не кошмар?
Старуха Ню высокомерно вздернула подбородок.
— Шила в мешке не утаишь. Что же вы, госпожа, притворяетесь? Вы подсыпали ему снадобье — думаете, мы не знаем? К чему этот маскарад?
Старуха Ню почувствовала, как злорадство распирает её изнутри.
Эта злобная женщина наконец-то залезла к нему в постель! Не зря они так старались.
Сколько же лет они все страдали от неё!
Но она была под защитой наложницы Дэ, и свергнуть её было нелегко.
Её главной слабостью было жгучее желание возвыситься, вот они и помогли ей осуществить мечту.
Господин Бэйлэ больше всего на свете ненавидел нарушение правил, особенно такую наглость, как попытка залезть к нему в постель!
Эта Вэнь Цзю возомнила, что раз она много лет служит господину, то ей всё сойдёт с рук?
Ха, какая наивность!
Все знали, что она не нравилась господину. Если бы не лицо наложницы Дэ, её бы уже давно не было в живых.
Обычно, после ночи с господином, женщину одаривали. В крайнем случае, давали пару служанок и старуху-прислужницу.
А чтобы после этого её так позорно отправили восвояси — такое случалось впервые.
Не нужно быть гением, чтобы понять: она вызвала отвращение у господина, и теперь о какой-либо карьере можно забыть.
Раньше она была главной дворцовой служанкой, которую все уважали. Теперь же она — просто игрушка, которую можно продать и купить.
Так ей и надо!
Какой же властной была эта Вэнь Цзю!
Даже главная супруга не смела ей перечить.
С разрешения наложницы Дэ все счета задних покоев были в её руках.
В те времена даже наложницы низшего ранга должны были считаться с её мнением.
А на них, слуг низшего пошиба, Вэнь Цзю и вовсе не смотрела.
Если что-то было не по её, то побои были самым лёгким наказанием.
Бедная её племянница, всего лишь пару раз взглянула на Четвёртого принца, когда прислуживала ему, так Вэнь Цзю нашла предлог и продала её, причём в самый низкопробный бордель.
Она столько лет творила беззаконие в поместье, и вот наконец-то эта женщина лишилась власти. Какое облегчение!
— Дерзость! — вскричала Шаньчжа в ярости. — Ты, злая старуха, кто позволил тебе так разговаривать с сестрицей?
— Ах ты, маленькая негодница! Думаешь, ты всё ещё та важная служанка? Тьфу! Будешь и дальше служить этой опальной дряни — никогда в жизни не выбьешься в люди!
— Злая старуха! Смеешь проклинать мою сестрицу! Я тебя исцарапаю! — Шаньчжа покраснела от гнева и, растопырив пальцы, бросилась на старуху.
С того дня, как она встретила сестрицу, она ещё ни разу не видела, чтобы ту кто-то обижал!
Сестрица была человеком наложницы Дэ, даже главная супруга говорила с ней тихо и вежливо. А эта старуха Ню — кто она такая?
— Я с тобой разберусь!
— Ах ты, дрянь, смеешь меня царапать!
Несколько мгновений спустя они уже сцепились в драке.
— Хватит! — Вэнь Цзю с силой ударила палкой по столу.
Почему в этой древности так шумно?
Всё, что пишут в книгах о спокойствии и умиротворении, — сплошное враньё!
От одного её слова дерущиеся женщины словно замерли по команде и тут же остановились.
Обернувшись и увидев недовольное лицо Вэнь Цзю, они обе рухнули на колени и в один голос выпалили:
— Госпожа (сестрица)! Это она первая начала, я ни при чём!
Вэнь Цзю ошеломлённо моргнула. А она, оказывается, внушает страх!
Интересно, если она попросит, они принесут ей жареную курочку?
Старуха Ню, опомнившись, с трудом поднялась на ноги и, помедлив, выдавила:
— А ты кто такая, чтобы я тебя слушалась?
Вэнь Цзю нахмурилась.
— Понятия не имею.
Старуха Ню чуть не скрежетнула зубами. Всё из-за этой Вэнь Цзю! Столько лет она правила в поместье, опираясь на наложницу Дэ, вот она и привыкла так себя вести!
Шаньчжа после вспышки гнева почувствовала себя неуверенно. Сестрица всегда так дорожила своим лицом.
Даже её одежда и вещи не должны были уступать вещам наложниц.
Сегодня сестрица впервые провела ночь с господином, и если пойдёт слух, что она подралась со старухой-служанкой, сестрица наверняка рассердится.
Подумав об этом, она тут же опустилась на колени.
— Сестрица, я виновата.
Старуха Ню, видя поведение Шаньчжи и поняв, что та не станет поднимать шум, тут же возомнила о себе невесть что.
— Ах ты, негодница, какая дерзкая! Посмотрим, кто кому сейчас рот заткнёт!
С этими словами она замахнулась для пощёчины.
Шаньчжа зажмурилась, готовясь принять удар. Ничего страшного, у неё ещё будет шанс отомстить, сейчас нужно потерпеть.
Но прошло несколько долгих мгновений, а боли всё не было.
Открыв глаза, она увидела, что руку старухи перехватила сестрица. Шаньчжа замерла.
— Сестрица…
Сестрица заслонила её собой…
Ух ты, какое чувство защищённости.
Вэнь Цзю: «…»
Чёрт, опять рефлексы сработали.
Раз уж так вышло, Вэнь Цзю вздёрнула подбородок и, собрав всю свою волю, исторгла из себя ту ауру, что появляется, когда надеваешь туфли на девятисантиметровых шпильках.
— Хочешь ударить моих людей?
Старуха Ню, встретившись с её холодным взглядом, почувствовала, как подгибаются колени. Она мысленно несколько раз повторила: «Она больше не та главная служанка!», прежде чем набраться смелости и выпалить:
— Не думай, что я тебя боюсь! У тебя теперь нет права меня наказывать! Ты теперь даже не наложница, в лучшем случае — постельная девка! Ничем не лучше нас!
Высказавшись, старуха Ню почувствовала себя увереннее, выпрямила спину и уставилась на Вэнь Цзю, стараясь не уступить ей в силе взгляда.
— Ты права, — серьёзно кивнула Вэнь Цзю. — У меня действительно нет права тебя наказывать, однако…
— Что ты хочешь сказать? — с подозрением спросила старуха Ню, интуитивно чувствуя неладное.
— Шаньчжа! — с алых губ Вэнь Цзю сорвались два слова. — Закрой дверь.
Шаньчжа проворно закрыла дверь, её глаза сияли, когда она смотрела на Вэнь Цзю.
В следующее мгновение в её руках оказалась деревянная палка.
Вэнь Цзю улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов.
— А теперь — бей! И посильнее!
Старуха Ню испугалась.
— Вы… что вы задумали? Меня прислала госпожа Сун, вы не можете меня бить!
— Ай, больно! Вы с ума сошли!
— А-а-а…
http://tl.rulate.ru/book/181527/17570910
Сказали спасибо 6 читателей