Готовый перевод Reborn In 1970, Leading The Motherland Onto The Fast Track Of Military Industry. / Перерождение инженера: Стальной щит Родины: Глава 11. Первый скептик

Глава 11. Первый скептик

В углу медпункта незаметно для окружающих начала расти лаборатория Чэнь Чэ.

Чернильные пузырьки и прочие склянки по многу раз промывались, кипятились и сушились на чистой ветоши. Щербатые чашки и эмалированная кружка блестели чистотой, а горшок с крышкой стал объектом особого внимания.

Чжао Лаогуань, хоть и считал затею сомнительной, доверился Чэнь Чэ. Пользуясь старыми связями, он раздобыл в коммуне полпузырька крепкого спирта и немного негашеной извести для регулировки кислотности.

Подготовка шла полным ходом. Чэнь Чэ осторожно соскабливал плесень с гнилых тыкв и апельсиновых корок самодельным скальпелем из ножовочного полотна. Образцы грибков он высеивал в питательную среду из картофельного и бататового отвара. Каждый пузырек был промаркирован и спрятан в теплом углу.

Он экспериментировал даже с рисовым отваром и разведенным сахаром, пытаясь вычислить, какой штамм растет быстрее и лучше вырабатывает нужное вещество.

Однако со стороны это выглядело совсем иначе.

一 Слыхали? Чэнь Чэ вместе с врачом Чжао в медпункте какую-то зеленую плесень с гнилья собирают!

一 Да ладно? Зачем им эта пакость?

一 Кто их знает, блаженные какие-то…

Сначала это было просто любопытство. Но когда кто-то «случайно» заглянул в медпункт и увидел батарею банок с подозрительными грибками, слухи стали приобретать нехороший оттенок.

一 Похоже, спас Гоуданя и возомнил себя богом.

一 Небось, беса какого призывает с этими склянками.

一 Вместо того чтобы в поле пахать, трудодни зарабатывать, сидит в четырех стенах, ерундой занимается. Лодырь!

Разумеется, эти пересуды дошли и до капитана ополчения, Ван Течжу.

Течжу был человеком прямым, как палка, вспыльчивым и глубоко верил, что только тяжелый труд имеет смысл. В его картине мира крестьянин должен пахать, а рабочий – стоять у станка. Спасение ребенка он счел удачей и природной сметливостью Чэнь Чэ, но нынешнее затворничество с «тухлыми тыквами» вызывало у него лишь брезгливость и гнев.

В тот день после тренировки ополченцев Ван Течжу проходил мимо медпункта. Взглянув в окно, он увидел Чэнь Чэ: тот, затаив дыхание, поднес к носу чашку с какой-то мутной, покрытой плесенью жижей.

Ярость мгновенно захлестнула капитана. Он ворвался во двор, с грохотом распахнув калитку.

一 Чэнь Чэ! Что ты за чертовщину тут развел?!

Парень вздрогнул, едва не выронив чашку. Увидев багрового от злости Течжу, он нахмурился:

一 Капитан Ван, что-то случилось?

一 Случилось? Еще как случилось! 一 Течжу ткнул пальцем в чашку, а затем обвел рукой склад пузырьков. 一 Посмотри на себя! Взрослый мужик, а занимаешься какой-то вонючей дрянью! Морочишь людям голову?!

Ополченцы за его спиной с отвращением заглядывали внутрь, разглядывая мохнатые грибки в банках.

Из дома выбежал Чжао Лаогуань, пытаясь урезонить гостя:

一 Течжу, ты чего раскричался? Учитель Чэнь проводит исследования, это для того чтобы…

一 Исследования? Тьфу! 一 Ван Течжу не желал слушать. 一 Чэнь Чэ, слушай меня! Не думай, что раз спас одного мальчишку, то тебе всё дозволено! Крестьянин должен в земле копаться! Твоя плесень что, зерно заменит? Людей накормит?

Голос его гремел на всю улицу, и у ворот уже начали собираться любопытные односельчане.

Чэнь Чэ поставил чашку и спокойно посмотрел капитану в глаза. Он понимал: перед ним человек другой эпохи с очень узким кругозором. Объяснять ему принципы микробиологии – всё равно что метать бисер перед свиньями.

一 Капитан Ван, 一 ровным голосом начал он. 一 Я не занимаюсь оккультизмом и не лодырничаю. Я пытаюсь создать лекарство, которое сможет спасать жизни там, где бессильны травы.

一 Спасать жизни? 一 Течжу издевательски хохотнул. 一 С помощью этой гнили? Не вешай мне лапшу на уши! Чжао десятилетиями людей лечит иглами да корешками, а ты просто ищешь способ отлынивать от работы!

一 Течжу! Да замолчи ты! 一 выкрикнул старый врач.

Но Чэнь Чэ жестом остановил его. Его взгляд стал острым и холодным.

一 Капитан Ван, можешь верить, можешь нет. Ответь мне на один вопрос: если появится лекарство, которое, как святая вода, заживит любую гноящуюся рану и поднимет умирающего на ноги, это будет полезно? Стоит ли оно того, чтобы потратить на него силы?

Течжу на секунду замешкался:

一 Если бы такое лекарство было… конечно. Но причем тут твои обедки?!

一 Получится или нет – покажет время, 一 отрезал Чэнь Чэ. 一 Пока я не закончил, ты вправе сомневаться. Но я прошу тебя: не называй «чертовщиной» то, в чем совершенно не смыслишь.

Он сделал шаг вперед. Несмотря на то что Ван Течжу был куда массивнее, уверенность, исходившая от Чэнь Чэ, заставила капитана невольно отступить.

一 Ван Течжу, 一 Чэнь Чэ чеканил каждое слово. 一 Рискнешь заключить пари?

Капитан вскинул подбородок:

一 На что спорим?

一 На то, что я получу лекарство из этой «гнили»! 一 голос Чэнь Чэ разнесся по двору. 一 Если у меня получится, ты, Ван Течжу, при каждой встрече будешь вежливо звать меня «Учитель Чэнь» и беспрекословно выполнять любые мои просьбы.

一 А если проиграешь? 一 лицо капитана покраснело.

一 Если проиграю, 一 Чэнь Чэ тонко улыбнулся, 一 я навсегда уеду из деревни Чэньцзя. И перед уходом при всем честном народе отвешу тебе земной поклон, признавая свою вину.

Толпа ахнула. Ставки были запредельными. Уйти из деревни, лишиться дома, опозориться – это был путь в никуда.

Чжао Лаогуань всплеснул руками:

一 Учитель Чэнь! Да что же вы делаете!

Ван Течжу и сам опешил. Он не ожидал такой дерзости. Глядя в эти полные решимости глаза, он почувствовал странный укол сомнения, но отступать перед толпой было поздно.

一 По рукам! 一 рявкнул он. 一 Посмотрим, как ты превратишь свои помои в эликсир. Только потом не ной, когда придется собирать вещички!

Бросив на прощание свирепый взгляд, Течжу увел своих людей.

Сельчане еще долго шушукались, глядя на Чэнь Чэ. Кто-то считал его безумцем, кто-то жалел, а кто-то просто ждал зрелищ.

Чжао Лаогуань вздохнул, глядя на распахнутую калитку:

一 Зачем это вам? Связались с этим остолопом…

Чэнь Чэ поднял чашку и бережно поставил её на место.

一 Дядя Чжао, порой давление со стороны – лучший стимул.

Он посмотрел вслед ушедшим ополченцам:

一 К тому же мне нужен кто-то вроде него. Тот, кто, когда я добьюсь успеха, своим громовым голосом объявит всем: Чэнь Чэ никогда не сворачивал с верного пути.

http://tl.rulate.ru/book/175262/15249294