Поскольку солнце еще не село, он не мог предаваться меланхолии в лохани.
Поэтому он решил просидеть в ней до самой темноты!
Более того, когда вода остыла, у него в голове что-то переклинило, и он скастовал огненный шар прямо в воду.
В мгновение ока поднялся густой пар, а в районе паха полыхнуло так, что он едва не превратил свои «причиндалы» в крутое яйцо.
К счастью, столь душераздирающей трагедии не произошло, а остывшая вода снова стала горячей.
К тому же, после этого случая Гэвин обнаружил, что его контроль над магией стал более тонким.
Вот это да!
Всего одна попытка — и такой профит.
Связь между телом и душой тоже укрепилась.
Просто великолепно!
Так он и коротал время: тренировался создавать огненные шары под водой и ждал наступления ночи.
Когда воды становилось мало, он добавлял ее магией воды.
Наконец, когда стемнело,
Гэвин успешно отыграл роль меланхолика, предаваясь воспоминаниям о прошлом.
А затем…
Дрожа, он выбрался из бадьи.
Просидев там полдня, он напрочь отсидел ноги…
Придя в себя, он вышел из комнаты и заглянул к Хилис.
Как раз в тот момент, когда она открывала дверь.
Гэвин на секунду замер и спросил: — Что-то случилось?
— А, я просто хотела спросить, не хочешь ли прогуляться по деревне.
Хилис пояснила:
— Я слышала, что через несколько дней в Деревне Каменного Моста намечается какое-то торжество, и по вечерам здесь будет очень оживленно. Вот и захотелось взглянуть.
— Вот оно как? — Гэвин почесал затылок, не понимая, о чем речь.
До этого его голова была забита только горячей ванной и прочими мелочами, так что он не обращал внимания на разговоры окружающих.
— Пойдем посмотрим?
— Погнали!
Вдвоем они покинули гостиницу.
Стоило им выйти, как на них обрушился шум толпы.
Глядя на оживленную площадь, Гэвин на мгновение даже впал в ступор.
Казалось, здесь было люднее, чем в Городе Ноэль.
— Вкусно и недорого, потроха черного кабана!~
— Подходи, налетай, отличная шкура магического черного кабана!
— Шапки-кабанчики, шапки-кабанчики! Меховые, теплые, для здоровья полезные!
— Отборная кишка, кишка магического кабана, чисто и гигиенично!
— ...
Гэвин: «...»
Хилис: «...»
Проклятье, почему здесь везде одни свиньи?!
Гэвин поковырял в ухе, хотел было написать в воздухе иероглиф «свинья», но вдруг понял, что от шока почти забыл, как он пишется.
Почесав голову, он повернулся к Хилис:
— Все еще хочешь гулять?
Хилис помолчала пару секунд, кивнула и сказала: — Пойдем…
Не успела она договорить, как краем глаза заметила, как на одном прилавке порцию свиных кишок бросили в котел.
...И на этих кишках кое-где еще виднелось «содержимое».
— Прогулки — это, пожалуй, лишнее! — сухо кашлянув, Хилис мгновенно сменила тон, а ее взгляд стал чистым и решительным.
Она посмотрела на Гэвина и продолжила:
— Давай лучше отдохнем, наберемся сил. Если случится что-то действительно интересное, завтра на рассвете все разузнаем. Если заинтересует — останемся на пару дней, если нет — двинем дальше.
Хотя Гэвин не понял, почему Хилис так резко передумала,
он счел это предложение отличным.
Главным образом потому, что вся улица была завалена свининой, и Гэвину это было, мягко говоря, не по душе.
К тому же, методы обработки мяса у местных жителей явно оставляли желать лучшего: по всей улице разносился тяжелый запах крови и требухи, от которого становилось дурно.
Кстати говоря.
Эти люди ведь не используют алхимические инструменты!
Как они разделывают мясо магических зверей?
Поручают это таверне?!
План прогулки по ночному рынку скончался в момент выхода из дверей.
Оба, проявив завидное единодушие, развернулись и пошли обратно. Пожелав друг другу спокойной ночи, они разошлись по комнатам.
Раз на улице так воняет, пусть гуляет кто угодно, только не они.
Вернувшись в номер, Гэвин откинул крышку гроба.
Улегшись внутрь, он бросил взгляд на ночное небо за окном и глубоко вздохнул.
— Спокойной ночи, мир!
Хлоп.
Крышка гроба закрылась.
Он отгородился от мира стенками гроба.
И уснул за секунду.
Хороший гроб — залог быстрого сна. Проверено на себе, Гэвин Гандольф рекомендует!
…
На следующее утро.
Гэвин откинул крышку гроба и, потягиваясь, сел.
Глядя на светлеющее небо, он пару секунд размышлял, затем высунулся в окно и глубоко вдохнул.
Хм, отлично, тот сомнительный аромат уже выветрился.
Ума не приложу, как местные жители и искатели приключений терпят такую вонь.
Неужели, долго живя подле свинарника, перестаешь замечать запах навоза?
Только он об этом подумал, как снизу донесся шум.
— Твою мать! Стоило нам на пару дней отлучиться по делам, как вы превратили деревню в помойку?
— Было сказано: продавать свинину только после тщательной очистки! Что вы наделали?!
— Штраф, штраф, обязательно штраф!
— Это чья тележка? Мать твою, почему здесь еще и трусы валяются?!
— ...
Слушая эти вопли, Гэвин слегка опешил и выглянул вниз.
На улице он увидел нескольких стариков и старушек лет пятидесяти-шестидесяти, которые, тыча пальцами в кучу молодежи, нещадно их распекали.
Глядя на эту сцену, Гэвин прищурился.
Ему на мгновение почудилось, что на руках у стариков надеты красные повязки с надписью:
«Служим народу».
Гэвин: «...»
Ничего себе, это что, активисты сельсовета Деревни Каменного Моста?
Хорошо, что у этих дедов и бабок повязок нет, а то Гэвин бы подумал, что попал не в тот мир.
Подумав об этом, он помолчал пару секунд.
Порывшись в своем старом мешке, он выудил кусок рваной ткани.
Разрезав и сшив его, он начертал на нем несколько слов.
Затем Гэвин, прихватив эти лоскуты, спустился вниз.
Через минуту на руках у ругающихся стариков красовались повязки, на которых было написано:
«Активист сельсовета Деревни Каменного Моста, служу народу».
Глядя на эти слова, старики почувствовали, как в их душах закипает неведомая мощь.
Да, ругаться стало куда сподручнее.
Значит, продолжаем!
Что касается Гэвина.
Под полными обиды взглядами молодежи он с чувством выполненного долга вернулся в гостиницу.
На Континенте Лорен была основана первая ячейка сельсовета.
Этот момент достоин войти в историю!
Поздравляю, поздравляю.
— Ты даже знаешь про сельсоветы? — встретившая его в гостинице Хилис задала этот вопрос.
Гэвин на секунду оцепенел, в душе шевельнулось недоброе предчувствие, и он осторожно спросил:
— Твой отец…
Хилис послушно кивнула и сказала:
— Мой па… мой отец, когда воца… кхм, когда пришел к успеху, внедрил в разных местах сельсоветы и домовые комитеты для управления. Вот только те ребята были слишком дикими, так что эффект оказался так себе.
Гэвин: «...»
Прекрасно, первое историческое достижение коту под хвост.
Помолчав пару секунд, Гэвин вздохнул:
— Раз такое дело, давай сначала поедим. А после разузнаем, что за праздник намечается в деревне, и решим — уезжаем сразу или остаемся поглазеть.
Хилис кивнула: «Ладушки».
Затем один, вооружившись кухонным ножом, а другая — скалкой, они стремительно умчались в Старый Лес.
Наевшись и напившись, они неспешно вернулись в деревню.
Гэвин огляделся и нашел знакомого деда, чтобы расспросить его.
— О, парень, это ты мне повязку дал?
— Именно. Я как увидел вашу повязку, сразу понял — надо у вас спрашивать.
Дед поправил повязку, и его лицо расплылось в улыбке, став похожим на хризантему.
Он кивнул Гэвину и Хилис, весело похлопал себя по груди и прямо заявил: спрашивайте что угодно, он даже цвет панталон бабки Лулуфии выдаст без запинки.
Гэвин: «...»
Хилис: «...»
Это… пожалуй, лишнее.
— Мы просто хотели узнать, что за радостное событие или фестиваль намечается в деревне. Последние пару дней тут очень шумно.
— А, так вы не про цвет панталон…
Гэвин: «...»
Хилис: «...»
Да погоди ты!
Почему в твоем голосе слышится разочарование?!
Дед вздохнул, но быстро приободрился и начал рассказывать о причинах деревенского оживления.
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/171691/12856483
Сказали спасибо 0 читателей