Готовый перевод Genshin Impact Weaving the Future, Starting with an Invasion of the Seven Kingdoms / Вторжение Пятого Сошедшего: 20

Лязг металла…

В густом лесу не стихал яростный гул сражения.

Каждый раз, когда лазурная сталь «Песни разбитых сосен» сталкивалась с огненным лезвием двуручного меча, в воздух взмывали клубы густого пара, рожденного чудовищным жаром вражеского клинка.

Эола из последних сил сдерживала натиск Су Сюаня. В её глазах, обычно холодных и уверенных, теперь застыл первобытный ужас.

Она не могла постичь природу его силы. Всего мгновение назад в руках Пятого Сошедшего были парные пистолеты, но в один миг они трансформировались в пылающий двуручный меч.

Температура его лезвия была столь высока, что даже на расстоянии воздух обжигал легкие, словно раскаленный песок.

Последовал новый сокрушительный удар.

Скрежет…

От грохота столкновения у Эолы зазвенело в ушах, а её руки свело судорогой от неистовой вибрации.

«Я не справлюсь… Мне нечего ему противопоставить!» – пронеслось в её голове.

Девушка попятилась, едва удерживая равновесие. Её шаги стали тяжелыми и неверными.

Су Сюань же, напротив, действовал с пугающей легкостью. Удерживая тяжелый меч одной рукой, он двигался грациозно и непринужденно, словно ведя в танце неумелого партнера.

Вслед за эликсиром Стигматы, «Суд Небесного Пламени» в руках Су Сюаня в очередной раз заставил жителей Тейвата содрогнуться от непонимания.

В их мире существовало огнестрельное оружие.

Они видели, что форма пистолетов «Суда Небесного Пламени» была верхом технологического совершенства, намного превосходящим их собственные образцы.

Однако, когда рукояти пистолетов внезапно разошлись в стороны, образуя сложный эфес, а из них вырвалось ревущее золотое пламя, сконденсировавшееся в массивное лезвие, толпа у экранов онемела.

Оружие, способное менять саму свою суть? Трансформация стрелкового механизма в меч была за гранью их воображения.

Тарталья : «Это напоминает мою Форму Духа. Мастерство, позволяющее оружию менять форму вслед за волей воина… Неужели Пятый Сошедший знаком с моей наставницей?»

Арлекино : «Я сомневаюсь, что эта метаморфоза – результат боевой техники. Скорее, это врожденное свойство самого артефакта. Сама сталь наделена волей к изменению».

Дотторе : «Любопытно. Оружие с интегрированной функцией структурной деформации. Какая изысканная инженерия…»

Скарамучча : «Этот Пятый Сошедший слишком медлит. Если он продолжит тратить время на возню с этим никчемным мусором, мы никогда не увидим его истинной мощи».

Эола : «Хм! Не думала, что среди Предвестников Фатуи водятся столь ядовитые на язык субъекты. Этот долг я запомню!»

Джинн : «Надеюсь, Снежная осознает последствия своих слов. Насмехаясь над Мондштадтом, не забывайте – для Пятого Сошедшего вы такая же добыча, как и все остальные».

Где-то в глубоком ущелье за пределами Мондштадта.

Настоящая Эола, патрулирующая местность в поисках угроз, окинула взглядом пустые склоны. Убедившись, что свидетелей нет, она позволила своему лицу исказиться от гнева.

— Каков наглец… Назвал меня «никчемным мусором»!

— Посмотрела бы я на тебя в бою с Пятым Сошедшим. Легко строить из себя героя в чате!

— Если бы не дипломатический статус наших стран, я бы живо объяснила тебе, что такое манеры…

Слова звучали гордо, но в глубине души Эола признавала горькую правду.

Тот ядовитый Предвестник был не так уж и неправ. Она была первой, кому выпала честь сойтись с Су Сюанем в открытом бою на экране будущего, но её навыков явно не хватало, чтобы пробудить в нем хоть каплю интереса.

Су Сюань сражался с ней так, словно играл с котенком, в то время как она выжимала из себя последние капли сил.

«Уф!»

Новый взмах пылающего клинка обрушился на неё.

Выносливость Эолы была на исходе. Её тело больше не слушалось.

Мышцы предплечий свело судорогой, она больше не могла удерживать оборонительную стойку. Рука дрогнула, и лазурный меч, выскользнув из онемевших пальцев, с лязгом отлетел в сторону.

«Конец…» – сердце Эолы пропустило удар.

Потеряв оружие, она оказалась полностью беззащитной. Один выпад Су Сюаня, и раскаленное лезвие без труда пронзило бы её грудную клетку.

В отчаянном порыве Эола, не заботясь о мече, с силой оттолкнулась от земли, стараясь разорвать дистанцию.

Но стоило ей коснуться земли, как две оранжево-красные вспышки прочертили воздух у её ног. Брызги крови мгновенно оросили траву.

Тяжелый меч в мгновение ока вновь распался на пару пистолетов. Су Сюань произвел два безупречных выстрела, с хирургической точностью пробив голени воительницы.

– Проклятье! — Вскрикнула Эола от невыносимой боли. Ноги подкосились, и она рухнула на колени.

Не успела она поднять голову, как почувствовала обжигающее тепло у самого лба.

Су Сюань стоял над ней, приставив дуло «Суда Небесного Пламени» к её голове.

– Ха-ха-ха… Посмотри на себя. Девушка, которую ненавидит родная семья и презирает город, за который она проливает кровь. Ради чего ты так надрываешься? — Его голос сочился ядом.

— Всё кончено, — Эола в реальности смахнула капли холодного пота со лба.

В тот момент, когда на экране ствол коснулся её кожи, она непроизвольно коснулась собственного лба.

Поддавшись силе внушения, она почти физически ощутила этот убийственный жар.

«Наверное, сейчас он просто разнесет мне голову…»

«Лишь бы смерть была мгновенной. Молю, пусть я не буду выглядеть жалкой в этот момент. Мой образ и так разрушен…»

Хотя световой экран показывал лишь возможное будущее, его цель заключалась в том, чтобы заставить Тейват изменить этот путь. Однако никто не знал, не изменит ли Су Сюань свои планы под влиянием этой огласки.

Если она опозорится на глазах у всего мира, то даже если само будущее изменится, она навеки останется посмешищем для всего континента.

Эола представила, как её голова разлетается, словно перезрелый арбуз, и её сердце забилось в лихорадочном ритме.

Су Сюань был прав: она – изгой. Если она умрет уродливой смертью, это станет последним гвоздем в гробу её чести.

«Пожалуйста… Даруй мне хотя бы достойный финал».

– С того момента, как ты узнала о моем намерении напасть на Мондштадт, каждый твой удар был нацелен на убийство, – констатировал Су Сюань.

– Если я не ошибаюсь, ты, как и Эмбер, надеялась задушить угрозу в зародыше, прикончив меня здесь, пока я один.

Эола замерла, не шевелясь. Её глаза, полные яростного блеска, были прикованы к мужчине перед ней.

– Это очевидный выбор. Если не убить тебя сейчас, то когда ты придешь к стенам города с легионами своих мутантов, у нас не будет и шанса.

– Жаль лишь, что моих сил не хватило, чтобы оборвать твою жизнь.

В её взгляде промелькнула тень жгучей обиды, она до крови закусила губу.

Она проиграла. Пропасть между её мастерством и мощью Су Сюаня была бездонной. Они находились в разных весовых категориях.

Смерть от его руки могла бы стать для неё избавлением.

Но что будет с Мондштадтом? Что будет с Эмбер?

– Решила поиграть в героя? — Су Сюань презрительно усмехнулся.

– Неужели ты всерьез полагаешь, что спасение города сделает тебя героиней в их глазах? Что это сотрет вековую ненависть к твоему имени?

– Какая поразительная наивность.

– Ты верила, что вступление в Ордо Фавониус и служба народу изменят отношение к клану Лоуренс.

– Но реальность такова: Рыцарь Морская пена, совершившая сотни подвигов ради Мондштадта, по-прежнему слышит лишь шепотки за спиной и ловит на себе косые взгляды.

– Тебе приходится притворяться разгневанной и угрожать местью лишь для того, чтобы заглушить ту боль, которую причиняют их пересуды.

– Тебе приходится охотиться в лесу в одиночестве, потому что в городе тебе не продадут даже кусок хлеба.

– Если бы они действительно хотели отбросить предрассудки, твоих заслуг хватило бы с лихвой.

– Но даже если ты убьешь меня, они не изменятся.

– Более того: если ты не сможешь меня убить, именно тебя сделают виноватой в гибели Мондштадта.

– Они скажут, что твои необдуманные действия разгневали меня.

– Ведь жители этого славного города – непревзойденные мастера в искусстве осуждения с позиции мнимой морали и перекладывания ответственности на чужие плечи.

http://tl.rulate.ru/book/170841/12639299