Готовый перевод I Didn't Mean to Save the Villain / Я не собиралась спасать главного злодея: Глава 56: Стану помощницей главной героини (10)

Именно так. Леопольд, наконец, не смысля в обстановке, назвал меня по ласковому имени прямо перед Амели, завершив тем самым эпизод с пробуждением ревности.

— Теперь, когда мы оба достигли брачного возраста, не пора ли нам перестать использовать ласковые имена? Даже родители меня так больше не зовут.

— Ну... когда мы наедине, это нормально, но я могу случайно ошибиться... Так что это для практики. Ради практики!

— Не могли бы вы называть меня «Молодым герцогом» хотя бы при других людях? Или же просто «сэр»...

Голос Леопольда, который поначалу звучал бодро, постепенно затихал — видимо, он как-то по-своему истолковал моё бесстрастное лицо, за которым я едва скрывала смех.

Скарлетт, язвительно прокомментировав просьбу Леопольда, продолжила:

— И что, вы согласились?

— Каким бы Молодым герцогом Ауренбаха он ни был, как он может что-то требовать от того, кто обладает Серебряными волосами? Тем более в таких личных делах.

Я пренебрежительно фыркнула. Впрочем, при Амели я всё же буду осторожнее.

— Так в каком состоянии сейчас Молодой маркиз?

— В таком же, как и в Академии.

Как я и думала. Я удовлетворенно кивнула, убедившись в точности отчета Эллен.

— Суставы на обеих руках окоченели, он едва дышит, поэтому священники каждый день вливают в него Святую силу.

Скарлетт неуверенным голосом добавила, что, судя по темпам восстановления, сейчас ему, возможно, даже хуже, чем тогда.

— И он так и не открыл рот, чтобы рассказать, кто это сделал?

— ...Похоже, отец что-то знает.

— Значит, леди он ничего не сказал.

— В семье Гейблс я — человек, который скоро станет чужим.

Скарлетт горько усмехнулась. Хотя на самом деле она продолжала притворяться, что влюблена в наследника Ауренбаха, лишь бы максимально отсрочить это «скоро».

— Тебе снова начнут поступать предложения о браке.

— ...До сих пор мне было удобно, что Молодой герцог Ауренбаха ни разу не был замешан в скандалах.

Я всмотрелась в лицо Скарлетт, на котором едва читалось разочарование. Несмотря на то, что мы сблизились, её мимика по-прежнему оставалась скупой.

«Эх, этот подлец маркиз Гейблс. Когда ему нужно, он молит всем лицом».

Я вспомнила его подобострастную мину, когда он пытался минимизировать потери Гейблс после инцидента в Академии.

— Кстати об этом, я хотела попросить тебя о понимании.

— Тот, кто обладает Серебряными волосами, просит у меня понимания? Видимо, имя Гейблс ещё чего-то стоит.

Скарлетт, как обычно, вела себя так, будто наши отношения — лишь часть сделки. Её неспособность искренне принимать чужую доброту теперь казалась мне своего рода очарованием, без которого Скарлетт была бы не собой.

— Я планирую наладить отношения с леди Роузбери.

— Хотите стать её опорой?

— Мой близкий друг совершенно потерял от неё голову и собирается надолго задержаться в Императорской столице, а слухи о ней ходят слишком скверные.

Уголок губ Скарлетт криво приподнялся. Когда я увидела это впервые, то подумала, что она насмехается, но теперь знала: так она выражает интерес.

— Значит, я, которая так сильно влюблена в Молодого герцога Ауренбаха, что изо всех сил старается подружиться с Вашим Высочеством, теперь превращаюсь в порванную нить бумажного змея?

— Почему бы леди не примерить на себя новый образ?

— Новый... образ?

— К примеру... ты так сильно любишь Молодого герцога Ауренбаха, что решила великодушно закрыть глаза на его холостяцкие увлечения.

— Ваше Высочество!..

— Или считаешь, что невинные мальчики тебе не по вкусу, и ему лучше набраться опыта, прежде чем идти к тебе.

— ...Боже мой.

Лицо Скарлетт, слушавшей мои слова, вспыхнуло ярко-красным.

— Ваше Высочество, где вы только набрались таких разговоров, право слово.

Посмотрите-ка на неё. С тех пор как мы со Скарлетт начали общаться лично, я впервые видела у неё столь бурную смену эмоций. В приподнятом настроении я продолжила вкрадчивым тоном:

— А что? Разве благородной даме нельзя произносить такое вслух? Неужели светское общество Асурамасура настолько зашоренное?

— Нет, просто Ваше Высочество постоянно сидите во дворце, ни с кем не встречаетесь, так откуда такие речи?

— В книгах так пишут.

Я слегка вздрогнула и пожала плечами, притворяясь невозмутимой. Внешне я была младше Скарлетт, не участвовала в светской жизни и слыла невинной младшей принцессой. К тому же я не проявляла интереса к браку или романам, поэтому Скарлетт порой считала меня чудачкой.

«Весь мой опыт на самом деле из прошлой жизни».

Я усмехнулась про себя, смочила горло холодным фруктовым чаем и продолжила:

— Говорят, на недавнем банкете семьи Гленция твои поклонники устроили настоящий переполох.

— Да, было дело...

— Вина леди Роузбери лишь в том, что она — та самая девушка, в которую Леопольд мог влюбиться.

— Я и сама это понимаю. Но разве отношения в светском обществе строятся так просто?

— Ты же на вершине этого общества, что тут сложного? Просто не сиди сложа руки, используй свою власть и приструни тех, кто распускает сплетни.

— ...И что же я с этого получу? — пробормотала Скарлетт с легким недовольством. Даже если она не показывала этого явно, ситуация с Амели, похоже, задела её гордость.

Оно и понятно: Амели в одночасье пошатнула положение, которое Скарлетт старательно выстраивала в течение шести лет с момента своего дебюта. Она во всеуслышание заявляла о своей симпатии к Леопольду и держала других леди в узде, так что теперь её авторитет пострадал.

Чтобы убедить её, я заговорила максимально мягким голосом:

— У леди Роузбери ничего нет. Просто прояви к ней снисходительность. В светском обществе Императорской столицы нет дураков, которые бы поверили, что брак с домом Ауренбах решится лишь из-за чувств Леопольда.

— Но Молодой герцог настроен довольно серьезно, не так ли?

— А его искренность важна для тебя?

— ...

Скарлетт плотно сжала губы. В любом случае, для неё важнее всего был формальный повод. Повод любить Молодого герцога Ауренбаха; повод не иметь возможности легко сблизиться с ним из-за того, что их семьи — политические противники; повод отвергать все предложения о браке, якобы ожидая того дня, когда они смогут быть вместе.

Хотя она и старалась приструнить других леди по моей просьбе, появление Амели всё равно оставалось для неё проблемой. Я невзначай добавила:

— ...Второй сын Альбинуса тоже влюблен в эту леди.

— Тот самый, что вернулся после учебы за границей? Похожий на ворона.

От столь нелестного описания Скарлетт я едва сдержала смех.

— Ты к нему сурова. На банкете семьи Гленция все только и говорили о его недосягаемом обаянии, наблюдая за ним издалека.

— Это потому, что я люблю Молодого герцога Ауренбаха.

— Пха! — я не выдержала и рассмеялась.

«Наверное, только я знаю, какая она на самом деле остроумная».

Несмотря на то, что Скарлетт не теряла бдительности, она заметно расслабилась.

— Дело в том, что второй сын Альбинуса — это тот, кто ранил Молодого маркиза.

— Что?!

На лице Скарлетт редко можно было увидеть такое изумление.

— Значит, Молодой маркиз напал на Ваше Высочество, а второй сын Альбинуса его за это покарал?

Скарлетт выглядела искренне потрясенной. «На её месте я бы тоже удивилась». Раз Уиллоу постоянно бормотал моё имя, она, должно быть, думала, что это дело рук кого-то из моих людей. Но поскольку было установлено, что нападение было магическим, а маги обычно водятся только в Магической башне, она, вероятно, пребывала в недоумении.

«Поскольку с Альбинусом связано слишком много дел, они не могут потребовать компенсации у Лусифеуса, поэтому для начала пытаются надавить на меня».

Я взглянула на роскошное платье Скарлетт и подумала об этом.

— Неужели и в Академии тоже...

— Верно. Он владеет магией, но не учился в Магической башне, поэтому об этом мало кто знает.

— О боже.

— Видимо, ты слышишь об этом впервые. Хотя маркиз Гейблс должен быть в курсе.

Лицо Скарлетт помрачнело. Её отец превозносил сына как наследника, хотя тот только и делал, что ввязывался в неприятности. И даже теперь, когда сын был поражен проклятием подобной магии и не имел шансов на быстрое выздоровление, маркиз ни словом не обмолвился об этом дочери. «Конечно, это ранит».

Вместо пустых утешений я предпочла молча ждать. Лишь звук льющегося в чашку холодного чая нарушал тишину оранжереи. Вскоре Скарлетт прогнала уныние.

— Видимо... поэтому отец в последнее время ведет холодную войну с маркизом Альбинусом.

— Да?

— Кажется, они вместе инвестировали в какие-то лечебные травы, а теперь спорят, кому возвращать вложенные деньги... Только секретари с ног сбиваются.

Я знала, что это связано с заговором с целью подрыва рейтинга императорской семьи. Сейчас они враждуют, но скоро снова объединятся. Так было в оригинале.

— В общем, я клоню к тому, чтобы ты приструнила леди именно из-за этого. Я понимаю, что всех не проконтролируешь, но если они тронут леди Роузбери не вовремя, то могут закончить как Молодой маркиз.

— Потому что второй сын Альбинуса влюблен в леди Роузбери?

— Да.

— А то, что он напал на Молодого маркиза, когда тот пытался навредить Вашему Высочеству?

— А это и есть правда того дня.

В голосе Скарлетт, называвшей собственного брата «Молодым маркизом», не было ни капли тепла.

— И в Академии... Молодой маркиз пострадал из-за того, что проявил неуважение к Вашему Высочеству.

— М-гм, именно так.

— ...И при всем этом он любит леди Роузбери?

— Да. Ты же знаешь о том, как она недавно поймала мошенника? Говорят, он тайно следовал за ней, желая помочь.

Я пожала плечами. Ведь это была чистая правда.

— Это по-своему мрачно...

Янтарные глаза Скарлетт какое-то время с подозрением изучали моё лицо.

— Что не так? Ты сомневаешься в моих словах?

— ...Если Ваше Высочество так говорите, значит, так оно и есть.

Скарлетт всё ещё выглядела не до конца убежденной. В её голосе даже послышались нотки смеха. Да что с ними всеми не так в последнее время?

Подавив неприятное чувство, я озвучила заготовленную фразу:

— Знаю, присматривать за всеми непросто, но я тоже приложу все усилия.

— Приложите усилия?

— В этом году я планирую часто устраивать чаепития. Разве это не будет выглядеть так, будто я поддерживаю леди как будущую хозяйку дома Ауренбах?

— Пока вы сами являетесь опорой той леди?

— Я справедливая принцесса. А той леди опора не нужна, верно?

Скарлетт слегка нахмурилась. Было очевидно, что я что-то замышляю, но, видя, что я не собираюсь раскрывать карты, она решила сдержаться.

— И вот еще что. Когда я буду устраивать чаепития, обязательно проследи, чтобы на них присутствовало ближайшее окружение леди. Липиша Кучель и другие подобные девицы.

— Вы собираетесь провести для них предвыборную кампанию?

— Есть одна задумка.

Я тихонько хихикнула, прикрывшись чашкой. Мой план состоял в том, чтобы через Кейна узнавать график Амели по исследованию столицы и в те дни, когда она могла столкнуться с пересудами, запирать светских леди в императорском дворце. Чтобы никто не смел сплетничать о том, как Амели пытается спасти свою семью.

— Ах да, и на благотворительном вечере в эти выходные я тоже появлюсь.

— О боже, в этом году вы действительно часто выходите в свет.

— Ну, этого ведь будет достаточно, чтобы поддержать твой авторитет?

— Я буду только благодарна.

Я лучезарно улыбнулась, делая вид, что стараюсь ради Скарлетт, хотя на самом деле это было нужно мне самой. Ведь я знала, кто придет на ту вечеринку.

«Там будет Лусифеус. Нужно проследить, чтобы он не подобрался к Амели слишком близко».

http://tl.rulate.ru/book/169172/13650896