Готовый перевод My Husband Became a Child / Мой муж стал ребёнком: Глава 19: Предательство (3)

Элиза, которой нужно было передать весточку рыцарям охраны, находившимся в её старом доме, принялась искать слуг сразу, как только вошла в резиденцию. Однако, сколько бы она ни оглядывалась, никого не было видно. Она обошла второй и третий этажи, но Элиза не встретила ни одного человека. «Куда же все делись... Ах, наверное, ушли на генеральную уборку во флигеле». Но даже так — их было слишком мало. Не могли же абсолютно все уйти убираться во флигель. Это было странно и вызывало неприятное предчувствие. Решив напоследок проверить четвёртый этаж и, если там никого нет, отправиться во флигель, Элиза поднялась по лестнице. Как супруга молодого герцога, Элиза могла посещать любое место в герцогской резиденции Клауд, но четвёртый этаж был исключением. Это было личное пространство четы герцога Клауда. В частности, восточный коридор четвёртого этажа был закрыт, так как хранил память о покойной герцогине Клауд. Говорили, что ни Элиза, ни даже Кальверн не могли входить туда без спроса. Из слуг доступ имели только экономка Аннеке, личная горничная и по одному лакею. Западный коридор был территорией герцога Клауда; хотя это не было абсолютно закрытым пространством, куда нельзя входить без разрешения, туда всё же старались лишний раз не соваться. Тем более в отсутствие хозяина. Поэтому Элиза, остановившись перед входом на лестницу четвёртого этажа, лишь быстро огляделась и тут же спустилась. Как она и подозревала, на четвёртом этаже слуг тоже не оказалось. «Значит, надо идти во флигель», — подумала Элиза, спускаясь с лестницы. — Госпожа? Снизу, с площадки третьего этажа, донёсся голос горничной. Обрадованная тем, что наконец встретила кого-то, Элиза поспешила вниз. Горничная спросила в некотором замешательстве: — Разве вы не уходили? — Ах, я только что вернулась. За спиной горничной виднелись большие напольные часы. Текущее время — 16:50. Этого было более чем достаточно, чтобы рыцари охраны заметили её исчезновение. — Я дам тебе адрес, пошли туда кого-нибудь, чтобы привели рыцарей охраны. — Рыцарей охраны? — Да. В силу обстоятельств они ждут там. Передай им, чтобы возвращались. Горничная, хоть и выглядела слегка озадаченной, внимательно выслушала адрес и исчезла. «Когда рыцари вернутся, они ведь доложат начальнику стражи?» О том, что она самовольно исчезла и вернулась в резиденцию. Тогда начальник стражи наверняка примчится и начнёт отчитывать её за нарушение обещания. Что ей тогда придумать в оправдание? Нельзя же сказать, что она была на чёрном рынке. Вернувшись в комнату, Элиза начала раздумывать над подходящей отговоркой и незаметно заснула. Видимо, сказалась усталость от раннего подъёма и суматошного дня. — Госпожа, госпожа! Элизу разбудил всполошённый голос горничной. Она казалась крайне напуганной. От прикосновений рук, трясущих её за плечи, Элиза с трудом разлепила веки, которые казались тяжёлыми, словно налитые свинцом. Из-за внезапного пробуждения тело ощущалось ещё более неповоротливым. — Кажется, в резиденцию пробрался вор! — Что? Протиравшая сонные глаза Элиза резко распахнула их, услышав о воре. — Вор? О чём ты? — Говорят, обокрали комнату покойной герцогини. Более того, на Тину, которая убиралась там, совершили нападение. Боже мой, мало того что обворовали комнату герцогини, так ещё и напали на горничную. Остатки сна мгновенно улетучились. Поражённая Элиза вскочила с места. — Где начальник стражи? — Сейчас в холле. Там собрались все слуги. — Молодой герцог ещё не вернулся? — Нет. Его всё ещё нет. Неужели он и сегодня не придёт ночевать? Если он отправился в квартал развлечений, это было вполне вероятно. Ведь сейчас там самое время для активного веселья. — Для начала идём в холл. Приведя в порядок одежду и волосы, Элиза спустилась. В холле было шумно, так как там собрались все, кто работал в резиденции. При появлении Элизы люди, до этого громко переговаривавшиеся, разом замолчали. Мгновенно воцарившаяся тишина была даже немного пугающей. Поглаживая покрывшиеся мурашками руки, Элиза спросила у Аннеке: — Можете объяснить, что произошло? Она уже слышала краткое описание ситуации от горничной, но хотела узнать подробности. Аннеке с мрачным лицом тяжело заговорила: — Ограблена комната покойной старшей госпожи, расположенная в самом конце восточного коридора на четвёртом этаже. Тина, не зная об этом, зашла убраться и получила сильный удар по голове от вора, после чего потеряла сознание. Также пропали вещи, которыми герцогиня пользовалась при жизни. — В других местах ущерба нет? — Нет. Даже из подробного рассказа Аннеке не прояснилось ничего особенного. Элиза решила, что лучше расспросить саму горничную Тину. — Где сейчас эта горничная? — Её осматривает врач. — Значит, она ещё не смогла описать, что произошло? — Да. Я спрашивала её, но она, кажется, даже не видела лица преступника. — Понятно. Значит, о краже стало известно после того, как она пришла в себя? — Нет. Прошло два часа с тех пор, как Тина ушла убираться, и когда она не вернулась, я забеспокоилась и отправилась на поиски, обнаружив её без сознания. — Это дело рук кого-то из своих. Элиза обернулась на внезапно раздавшийся голос. Леди Тереза, неизвестно когда появившаяся, произнесла раздражённым тоном: — Будь это чужак, он бы не стал грабить именно комнату герцогини на четвёртом этаже, в самой глубине, проигнорировав всё остальное. — Я согласен, госпожа, — поддержал леди Терезу начальник стражи. — Я расспросил тех, кто стоял на часах, — подозрительных лиц замечено не было. — А вы уверены, что стража несла службу должным образом? — Что? — Я вошла около половины пятого через черный ход, которым обычно пользуются слуги, и там не было никакой охраны. При словах Элизы начальник стражи так резко повернул голову к стоящим рядом стражникам, что послышался хруст. Обливаясь потом, стражники начали оправдываться: — В... в половине пятого у нас как раз была пересменка, поэтому мы на время отошли. — К... к тому же, у того парня, что дежурил у черного входа, расстроился желудок, поэтому он ушёл чуть раньше... — Всё равно вы должны были стоять на посту! Из-за вашей халатности это и случилось! — Громовой голос начальника стражи разнёсся по холлу. Стражники и слуги втянули головы в плечи. Глубоко выдохнув от переполнявшего его гнева, начальник стражи низко поклонился Элизе. — Прошу прощения, госпожа. Это произошло потому, что я не уследил за своими подчинёнными. — Ничего страшного. В будущем просто будьте осторожнее, а сейчас поимка преступника — первоочередная задача, сосредоточимся на этом. Теперь он не сможет отчитать её за то, что она ускользнула от охраны. Хотя было немного не по себе от того, что она использовала кризис в своих интересах, Элиза почувствовала облегчение. — Несмотря на проблемы с охраной, я тоже считаю, что это дело рук кого-то из своих. Если бы это был посторонний, он бы не ограничился только комнатой герцогини. Тот факт, что ограбили только комнату герцогини, означал: вор знал, что люди там ходят редко. — Аннеке, эта горничная всегда убиралась в комнате герцогини в одно и то же время? — Да. — Тогда это кто-то из своих, кто плохо знаком с порядками в доме. Будь это знающий человек, он бы выбрал время, когда горничная не приходит на уборку. Её слова звучали логично, и все закивали. Начали проверять алиби и проводить обыски в комнатах, начиная со слуг, поступивших на службу недавно. Для продажи украденных драгоценностей времени было слишком мало, так что они должны были быть ещё у преступника. Однако обыск во всех комнатах слуг не дал результатов. У всех было идеальное алиби. Когда начали звучать предположения, что если среди слуг преступника нет, то это всё же дело рук чужака, леди Тереза снова вмешалась: — Кажется, есть места, которые мы ещё не проверили. Аннеке вежливо переспросила её: — И где же это, госпожа? — Как где? Конечно же, комнаты нашей младшей госпожи и её отца. При этих словах все взгляды устремились на Элизу. Элиза, которая до этого обсуждала что-то с начальником стражи, нахмурилась, почувствовав на себе всеобщее внимание. — Леди Тереза, вы сейчас подозреваете меня и моего отца? — Не то чтобы конкретно вас. Просто вы входите в круг тех, кто под подозрением. — ... — Если не хочешь, чтобы тебя подозревали, просто докажи свою непричастность, разве нет? Это означало, что она должна раскрыть своё алиби и позволить обыскать комнату. Обыск её не пугал, проблемой было алиби. В то время, когда на Тину напали, Элиза возвращалась с Кальверном с чёрного рынка. Проще говоря, не было никого, кто мог бы подтвердить её алиби. Видя молчание Элизы, леди Тереза с многозначительной ухмылкой повернулась к начальнику стражи. — Где рыцари, которые охраняли нашу младшую госпожу? — Они несут наказание. — Какое наказание? — За то... что не смогли должным образом охранять госпожу. — Командор рыцарей продолжил, косясь на Элизу. — Госпожа внезапно исчезла, а затем таинственным образом объявилась в резиденции... — О боже, и куда же она ходила, оторвавшись от охраны? — Её лицо, выражающее притворное любопытство, было крайне неприятным. Пока Элиза мучительно раздумывала, стоит ли признаваться в походе на чёрный рынок, раздался голос: — Это не моя дочь. Появился барон Зерна. Его никто не звал, он вышел сам, услышав шум. — Элиза никогда не притронется к чужому, леди Тереза. — Если вы так уверены, позвольте обыскать ваши комнаты. — В таком случае, леди Тереза, вашу комнату тоже обыщут? Когда барон Зерна задал встречный вопрос, леди Тереза скривила губы в явном неудовольствии. — Вы сейчас подозреваете меня? — Вовсе нет. Просто под подозрением все, и вы в том числе. Барон Зерна вернул ей её же собственные слова. Из-за этого леди Тереза не смогла ничего возразить и лишь мелко дрожала от гнева. Наблюдать за этим было приятно, но Элизе было не до смеха. Её всё ещё беспокоило алиби. Она радовалась, что избежала нотаций начальника стражи, но не знала, что впереди её ждёт ловушка похуже. Это была ситуация «из огня да в полымя». — Хорошо. Проводите обыск. «Сначала позволю обыскать комнату, чтобы выиграть время». Подумав так, Элиза дала разрешение, но это было ошибкой. — Боже мой! — Ка... как же так!.. В комнате Элизы обнаружили пропавшие драгоценности и окровавленную музыкальную шкатулку, которая, предположительно, была орудием преступления. «Почему это в моей комнате?» Глаза Элизы расширились от шока. Она хотела сказать, что не делала этого, но одна из горничных выкрикнула первой: — К слову, я видела, как госпожа спускалась с четвёртого этажа!.. Услышав это, слуги зашушукались ещё громче, глядя на Элизу. Леди Тереза усмехнулась с видом «я же говорила», а лицо барона Зерна осунулось. — ...Нет. Придя в себя под градом обвиняющих взглядов, Элиза яростно затрясла головой. — Это не я! Я этого не делала! В это время я была на чёрном рынке! Она изо всех сил старалась не упоминать чёрный рынок, но в сложившейся ситуации у неё не было выбора. Её слова вызвали сильный шум среди собравшихся. Стоявшая впереди леди Тереза прикрыла рот веером и фыркнула: — Теперь она уже несёт нелепую ложь. — Это правда! Я действительно была на чёрном рынке! — И кто же может это подтвердить? Конечно, такой человек был. Более того, свидетель с самым безупречным статусом и высокой степенью доверия, но Элиза не могла назвать его имя. Ведь Кальверн строго наказал ей ни в коем случае не говорить никому об их встрече. «Но если я промолчу, меня обвинят в преступлении». Что же делать? Что... Пока она судорожно соображала, сцепив руки, толпа, окружавшая её, расступилась. — Что здесь за собрание? Сквозь ряды людей неспешно прошел Кальверн. За его спиной виднелся Эдвин. — Кальверн! Увидев Кальверна, леди Тереза с трагическим выражением лица подбежала к нему. — Ты не представляешь, какое ужасное событие произошло в твоё отсутствие. — Ужасное событие? — Да. О боже, эта девчонка... Кальверн, выслушав объяснения леди Терезы, нахмурился. Сейчас единственным способом для Элизы снять с себя обвинения было подтверждение её алиби Кальверном. Да, её бы отругали за то, что она пошла на чёрный рынок одна, обманув охрану, но это было неважно. Это куда лучше, чем прослыть преступницей. «Он ведь станет моим свидетелем?» Даже если он не хочет, чтобы узнали о его походе в квартал развлечений, он не может просто стоять и смотреть, как его жену ложно обвиняют. Она верила, что, несмотря на фиктивный брак, он поможет ей. — Я понял, в чём дело, тетя. Я сам с этим разберусь, так что вы, пожалуйста, успокойтесь и возвращайтесь во флигель. Кальверн так и не снял с Элизы ложное обвинение.

http://tl.rulate.ru/book/168944/11791707