Готовый перевод How to Change the Past / Способ изменить прошлое: Глава 6: Первое прошлое (2)

[Пятница, 23 ноября 18-го года]

[22:00]

Дорога домой под светом фонарей, куда не проникал лунный свет.

Хёнджи на мгновение отпустила руку Санхёка, которую держала весь день, и, потянувшись всем телом к небу, заговорила:

— Фу-ух…! Сегодняшнее свидание было по-настоящему долгим!

— Ты устала?

— Нет, вовсе нет! Оно было долгим, и мне это очень понравилось. Правда!

Она словно хотела показать, что потянулась не из-за усталости. Хёнджи несколько раз покачала головой и даже попыталась сменить медленный шаг на бодрый, но…

— Я рад…

Санхёк, который не мог сосредоточиться на идущей перед ним Хёнджи, ответил отрешенно.

«Как бы мне хотелось, чтобы каждый день был таким, как сегодня».

Как, черт возьми, предотвратить ее решение совершить самоубийство?

— …Завтра уже выходные, может, проведем и следующий день так же?

Санхёк спросил об этом, думая, не посвятить ли ей все отведенное ему время, чтобы сделать Хёнджи счастливой.

— Хорош… Ой, подожди! Это, конечно, здорово… но разве у тебя нет дел в первую очередь?

Хёнджи обернулась и посмотрела на фонарный столб, до которого оставалось всего несколько шагов.

То, чего она желала, было очевидным.

Санхёк тоже знал, чего хочет Хёнджи, и попытался воскресить в памяти воспоминания о том моменте под фонарем, но…

— …Рукопись? Отдохну пару дней.

Он дал ответ, который совершенно не соответствовал ожиданиям Хёнджи.

— Нет, я не об этом… Э-э? Отдохнешь от рукописи? С чего вдруг?

Воспоминание, которое всплыло в голове Санхёка, было не сценой красивого предложения руки и сердца под светом фонаря, а силуэтом Хёнджи, уходящей от него сразу после этого.

Он твердил себе: этого не может быть. Его предложение руки и сердца не могло стать причиной ее смерти.

Поэтому он поклялся, что не будет менять это прошлое и спасет Хёнджи.

Когда же эта решимость начала рушиться?

— Просто… хочу отдохнуть недельку.

— Я и спрашиваю! С чего вдруг!

Когда Хёнджи избегала вопросов о своих родителях.

Когда он столкнулся со странными, чужеродными воспоминаниями.

Когда в его голове поселилась мысль, что, возможно, Хёнджи действительно совершила самоубийство.

В тот момент, когда он перестал доверять любимому человеку, рухнула не только решимость, но и уверенность.

— …

Хёнджи, молча наблюдавшая за погруженным в раздумья Санхёком, с обреченным видом продолжила:

— Тогда мне тоже взять отпуск?

— А..?

— С понедельника сразу вряд ли получится, но если я все правильно объясню, то проблем не будет. Завтра же свяжусь с ними.

Хёнджи говорила совершенно спокойно, в то время как Санхёк выглядел крайне растерянным.

— Разве у тебя не было назначено встречи на попозже…?

Спросил Санхёк, словно не веря ее словам и вспоминая то, что Хёнджи говорила в его изначальном прошлом.

— А? Какой встречи? Ничего такого нет.

Хёнджи лишь наклонила голову набок, недоумевая, о чем он говорит.

— Нет..? Тебе разве не нужно куда-то пойти?

— Куда это я пойду в такое время!

— …

Каким-то образом измененное прошлое привело их к дверям дома, и Хёнджи, обеспокоенная тем, что остался всего один фонарь, преградила Санхёку путь.

— …Встречи, отпуска! Что ты вообще задумал!

Она обернулась, еще раз взглянула на последний фонарный столб и с надутым видом продолжила:

— Фонари-то уже закончились… Ты ведь говорил, что хочешь что-то сказать…

Лицо Хёнджи становилось все более понурым. Глядя на нее, Санхёк зажмурился.

Он колебался, стоит ли ему вообще проявлять смелость.

Но раз уж он столкнулся с переменой — тем, что она не собирается никуда уходить…

— Обещай мне, что не уйдешь.

— Если только твои слова не окажутся предложением расстаться, разве такое возможно?

— …

Значит, предложение руки и сердца можно сделать, как и было запланировано.

Санхёк снова напомнил себе о клятве не менять это прошлое и, наконец, решился высказать то, что так долго скрывал и от чего почти отказался.

— Я все-таки нервничаю… Даже не заметил, как мы дошли до дома.

Чувства этих двоих, наконец-то искренне посмотревших друг другу в глаза, были накалены до предела, хоть и по-разному.

В отличие от Санхёка, чей взгляд все еще был полон тревоги, глаза Хёнджи сияли от предвкушения и любопытства. Она сложила ладони перед грудью и посмотрела на Санхёка снизу вверх.

Это был прекрасный образ девушки, готовой всем сердцем принять слова, которые она сейчас услышит.

— …Только спустя долгое время я понял, как много места ты занимала в моей жизни. Я осознал это лишь после того, как потерял тебя.

Голос Санхёка слегка дрогнул, и Хёнджи, заметив это, прищурилась и улыбнулась. Это была идеальная улыбка, способная успокоить любого.

— Поэтому я был осторожен. Я долго сомневался, стоит ли открывать тебе свое сердце, можно ли произносить эти слова.

— Можно.

— Я не хочу потерять тебя снова, и, наверное, я большой эгоист раз говорю это. Какой бы результат ни ждал впереди, я хочу будущего только вместе с тобой.

Санхёк говорил, вспоминая год, проведенный без Хёнджи, а Хёнджи слушала его, вспоминая их ссору несколько месяцев назад, из-за которой они едва не расстались.

— Я люблю тебя. Больше всех, больше всего на свете. Я хочу стать для тебя опорой.

Для Санхёка это была теплая, но немного прохладная зима.

Для Хёнджи — прохладная, но немного теплая зима.

Этот неоднозначный для обоих день близился к концу.

— Давай поженимся.

— …

Под светом фонаря, где не было видно луны, повисло женское молчание, терзающее мужчину.

— …Закрой глаза!

Хёнджи спрятала за спину ладони, которые до этого держала у груди.

— Ну же, скорее!

— …

Когда Санхёк после секундного колебания закрыл глаза, Хёнджи широко улыбнулась и кивнула. А затем, слегка приподнявшись на носочках, она прильнула своими губами к его.

Этот поцелуй стал самым прекрасным ответом в мире.

▶▶▶ ▶▶▶

[Суббота, 24 ноября 18-го года]

[08:30]

Прошлой ночью Хёнджи приняла предложение руки и сердца и не ушла от Санхёка.

Более того, они вместе вернулись домой и провели ночь вдвоем.

Прошлое изменилось.

Санхёк чувствовал облегчение, глядя на спящую в его объятиях Хёнджи спустя целый год. Это чувство спокойствия было настолько убаюкивающим, что он даже не стал задаваться вопросом, почему прошлое изменилось без веской на то причины. Веки Санхёка, который всю ночь пытался бодрствовать, чтобы защитить Хёнджи, наконец сомкнулись.

И вот сейчас Санхёк, еще не до конца проснувшись, пытался нащупать тепло Хёнджи. Ему показалось, что вокруг стало как-то зябко.

Чем дальше он тянул руку, тем слабее ощущалось тепло. Одновременно с этим осознанием его охватила крайняя тревога. Собрав все силы, он открыл глаза и рывком поднялся.

Место рядом с ним пустовало. Он был один в спальне.

— Хёнджи..?

Санхёк коснулся пустой постели, но там не осталось даже капли тепла.

— Хёнджи!

Убедившись в этом воочию, он поспешно выбежал из комнаты. Поскольку с момента пробуждения не прошло и десяти секунд, его ноги сильно подкашивались.

Гостиная — место, где он снова начал слышать такие родные звуки, — вернулась в свое прежнее состояние.

Там было темно.

— Хёнджи, где ты? Где ты..! Ты в душе?

Лишь проверив кабинет и ванную, Санхёк смог принять тот факт, что в доме он один.

— А..?

Хёнджи исчезла. Никакая автокатастрофа не могла объяснить этот факт. Санхёк застыл посреди темной гостиной. Единственным признаком движения были его зубы, судорожно кусающие большой палец. Симптом тревоги.

Сколько минут так прошло?

Из прокушенного пальца потекла алая кровь, просачиваясь сквозь зубы и касаясь языка.

— А…

Ощутив вкус горечи и боли, Санхёк пришел в себя, бросился в спальню и начал звонить Хёнджи.

— Пожалуйста, пожалуйста… умоляю, ответь, ответь же…!

Один звонок, второй, третий. В ушах Санхёка, отчаянно жаждущего услышать голос Хёнджи, раздавались лишь длинные гудки.

Он бросил попытки дозвониться и, опустившись на кровать, начал строчить сообщения. Где она, что ему страшно, что он волнуется. Отправив их, он с силой потер лицо руками, пытаясь осознать реальность.

Прошлое определенно изменилось.

Хёнджи не ушла, она уснула рядом с ним.

Но Хёнджи исчезла, пока он спал.

Санхёк думал: был ли он слишком беспечен, или же исчезновение Хёнджи — это неизбежное событие? Но у него не хватало зацепок, чтобы понять, что из этого правда.

— Ха…

Поскольку все эти мысли были лишь бесполезными рассуждениями, Санхёк вспомнил об одном месте и схватил куртку.

— Еще не должно быть слишком поздно…

▶▶▶ ▶▶▶

[09:45]

Место, куда прибыл Санхёк, — это дом Хёнджи, находящийся примерно в тридцати минутах езды от его собственного.

Если быть точным, это был не отчий дом, а съемная комната, в которой она жила до того, как переехать к Санхёку.

Причина, по которой она сохранила договор аренды и платила за нее даже после того, как они начали жить вместе, заключалась в том, что Хёнджи часто возвращалась сюда, чтобы побыть одной.

Это не было местом для тех случаев, когда их отношения портились или они ссорились. Хёнджи просто нуждалась в личном времени и пространстве, и Санхёк относился к этому с пониманием.

В этом и заключался весь смысл этого жилья.

Санхёк пришел сюда впервые после смерти Хёнджи.

— Хёнджи, Ким Хёнджи! Ответь мне! Тебя нет внутри?

То ли его отчаянный голос и стук в дверь не доносились до комнат, то ли что-то еще, но плотно закрытая входная дверь лишь требовала ввести пароль.

— С чего вдруг… почему ты так поступаешь… Прошу тебя, умоляю… Я уйду, как только убежусь, что ты внутри, просто ответь мне…

Он не мог войти внутрь просто так, потому что не знал пароль от дверного замка.

Очевидно, требовалась помощь полиции. Ему нужно было встретиться с Хёнджи во что бы то ни стало.

— …

Санхёк закрыл глаза и представил короткую сценку:

«Мне кажется, женщина в этом доме собирается совершить самоубийство. Пожалуйста, откройте дверь».

«Кто вы? Кем вы приходитесь этой женщине?»

«Мы пара».

«Пара? С чего вы взяли, что она хочет покончить с собой? Она сама вам об этом сказала?»

«Ну, не совсем…»

— Нет… так не пойдет…

«Да, она сама мне это сказала. Пожалуйста, приезжайте скорее».

Если возникнут сомнения, приедут ли они вообще, достаточно будет показать фотографии и кольцо, подтверждающие их отношения, а в случае с самоубийством — просто нагнать побольше жути.

— Если так…

В этой ситуации он мог вызвать полицию и вскрыть запертую дверь. Но в этом и заключалась проблема.

Прошлой ночью реакция Хёнджи не была похожа на отказ. Напротив, она словно ждала этого и желала. Хотя слова Санхёка и реакция Хёнджи отличались от первоначального прошлого, итог был тот же — она приняла предложение руки и сердца.

И единственным отличием вчерашнего дня от первоначального прошлого было поведение самой Хёнджи.

В отличие от оригинального прошлого, где были хоть какие-то, пусть и недостаточные, объяснения, в этот раз у него было стойкое ощущение, что она ушла внезапно.

Однако Хёнджи ушла сама, так что это нельзя было расценить как похищение.

Нужно было мыслить хладнокровно.

Что изменится, если он встретит ее прямо сейчас? Она ушла по собственной воле, и даже если он найдет ее с таким трудом, она может уйти снова. А если из-за вызванной полиции его сочтут сталкером или бывшим парнем, который не может смириться с разрывом, тогда ситуация станет непоправимо серьезной.

Санхёк должен был открыть эту дверь во что бы то ни стало именно 29-го числа в семь часов вечера — в предполагаемое время смерти Хёнджи. Это означало, что в тот день помощь полиции будет просто необходима.

То есть, помощь полиции — это, возможно, его единственный шанс, последний козырь, который нужно приберечь до самого конца.

— Проклятье…

Санхёк в ярости ударил кулаком по закрытой двери. Он больше не мог выносить этот внутренний диалог.

Стена правды, преграждающая ему путь, была слишком толстой, чтобы ее пробить, а чтобы обойти ее, пришлось бы сделать слишком большой крюк.

— Тебя ведь здесь нет… Наверное, тебя здесь нет…

Санхёк подумал, что у Хёнджи нет причин прятаться, раз уж он пришел сюда. Успокаивая себя этой мыслью, он развернулся.

Ему нужно было двигаться. Нужно было что-то делать.

http://tl.rulate.ru/book/168702/11753315