Готовый перевод Ten-Thousandfold Return: When My Disciple Establishes the Foundation, I Ascend Directly to Immortality / Возврат х10 000: ученик делает шаг — я становлюсь Святым!: Глава 13. Кровь Божественного Феникса? Прости, но этого всё равно недостаточно

Глава 13. Кровь Божественного Феникса? Прости, но этого всё равно недостаточно

— Вздор! — звонкий выкрик Су Вэньцзю эхом разнёсся над водной гладью, бесцеремонно оборвав Линь Фэна на полуслове.

Юноша не успел договорить, как женщина, чьё лицо вмиг залилось пунцовой краской, затараторила, отчаянно пытаясь спасти положение. В этот критический момент её жажда жизни и самообладания были натянуты, словно тетива лука.

— Я лишь хотела сказать, юноша, что твой прогресс в самосовершенствовании поистине поразителен! — Су Вэньцзю едва не задыхалась от волнения, её голос дрожал. — Я спрашивала, кто твой великий наставник, ибо сама втайне мечтала бы прийти к нему в ученицы, а вовсе не претендовала на то, чтобы учить тебя самой!

Линь Фэн замер, ошарашенно глядя на неё. Он в замешательстве почесал затылок, хлопая глазами, и с недоверием переспросил:

— Вы правда это говорили? Но я отчётливо помню совсем другое... — Юноша нахмурился, пытаясь восстановить в памяти недавний разговор. — Вы ещё хвастались, что прибыли из неких Святых Земель Восточного Региона, и твердили, будто мне там будет куда лучше, чем на моем родном Пике Муфу.

— Тебе послышалось! — поспешно перебила его Су Вэньцзю, не давая парню опомниться. — Да, я упомянула Святые Земли, но лишь для сравнения! Я сказала, что даже там никогда не встречала столь одарённых учеников, и потому моё сердце преисполнилось желания самой вступить в ряды адептов Пика Муфу!

Линь Фэн, однако, не сдавался. Подозрительно прищурившись, он задал следующий вопрос:

— А как же меч восьмого ранга, который вы мне сулили? Это тоже мне «послышалось»?

— Это... это... — Су Вэньцзю на мгновение замялась, но тут же её воображение выдало новую порцию лжи. — Это был дар! Подношение за то, чтобы ты представил меня своему учителю! Считай это платой за протекцию.

Ради того, чтобы не прогневать стоящего перед ней Чжун Цина, Су Вэньцзю в этот миг достигла вершин мастерства в искусстве наглого вранья. Казалось, её инстинкт выживания работал на пределе возможностей. Опасаясь, что Чжун Цин не поверит её словам, она поспешно и крайне почтительно сложила руки в приветственном жесте, обращаясь к мужчине:

— Старший, всё именно так, как я говорю! Увидев, как стремительно растёт сила этого юного брата, я сразу поняла: за его спиной стоит невероятный, легендарный мастер.

Она глубоко вздохнула, стараясь придать своему голосу как можно больше искренности:

— И в порыве чувств, не совладав с любопытством, я последовала за ним на Пик Муфу, надеясь просить вас о наставничестве. Но, увы, не успела я предстать перед вашим светлым ликом, как по неосторожности угодила в Горькое Море. Прошу, примите мои нижайшие извинения за то, что без дозволения ступила на ваши земли.

С этими словами Су Вэньцзю грациозно опустилась на колени, склонив голову в глубоком, смиренном поклоне.

«Тьфу! — раздался в сознании Линь Фэна едкий голос Старейшины Цзяня из Кольца Пустоты. — Клянусь, за все свои жизни я не встречал человека более бесстыжего и лживого!»

Линь Фэн и сам едва сдерживал гнев.

— Хм, я же говорил, что она врёт! Старейшина Цзянь, вы ведь тоже всё слышали! Как у неё только язык поворачивается так нагло лгать прямо в глаза?

Юноша уже открыл рот, чтобы сорвать маску с этой бесстыдницы перед учителем, но Чжун Цин лишь спокойно повёл рукой, призывая к тишине. Он не был глупцом и прекрасно видел истинную подоплеку событий, так что лишние слова были ни к чему.

Впрочем, сильного гнева он не испытывал. С тех пор как активировалось стократное усиление, скорость развития Линь Фэна стала настолько пугающей, что любой, кто увидел бы это, неизбежно воспылал бы завистью или желанием заполучить такого ученика. Это была вполне естественная человеческая реакция. К тому же, эта женщина уже сполна поплатилась за свою дерзость, пройдя через ужасы Горького Моря.

Несмотря на её виртуозное вранье, сейчас она вела себя достаточно почтительно. Чжун Цин решил не тратить время на пустые разбирательства.

— Ступай, — небрежно махнул рукой Чжун Цин. — Уходи и больше никогда не возвращайся на Пик Муфу.

Лицо Су Вэньцзю вспыхнуло от стыда. Она поняла по тону и взгляду мастера, что её ложь шита белыми нитками. Краснея до корней волос, она вновь низко поклонилась:

— Простите меня, старший... Я действительно солгала. Мне не стоило так поступать. Я проявила слепоту и невежество, не осознавая, пред кем стою. Моя дерзость не знает границ. С таким талантом, как у вашего ученика, я и впрямь не имею ни малейшего права претендовать на роль его наставницы.

Она сделала паузу, а затем добавила с нескрываемым трепетом:

— Но, старший, всё, что я сказала после, было правдой. Я всем сердцем желаю стать вашей ученицей. Молю, окажите мне такую милость!

Теперь, когда она видела Чжун Цина воочию, желание учиться у него стало искренним. Этот человек был первым в её жизни, чья мощь казалась ей бездонной пропастью. А уж после того, как она увидела Горькое Море и то, как он непринужденно выудил из его глубин то чудовищное создание... Она была уверена: стать его ученицей — это величайшая удача, которая только может выпасть смертному.

Слова Су Вэньцзю заставили Чжун Цина слегка удивиться. Её запоздалая честность не вызвала у него восторга, но, по крайней мере, улетучилась былая неприязнь. Однако... в ученицы?

Чжун Цин невольно окинул женщину оценивающим взглядом. Активировав Небесное Око, он изучил её ауру и через мгновение разочарованно покачал головой.

— Госпожа, вы не подходите под мои критерии. Уходите.

Услышав это, Су Вэньцзю почувствовала себя так, словно её ударили наотмашь.

«Не подхожу под критерии?» — эхом отозвалось в её голове.

Это был сокрушительный удар по её самолюбию. Стоит помнить, что её талант и сила когда-то побили все рекорды Долины Утренней Зари. В своё время старейшины секты едва не поубивали друг друга, споря, кто станет её учителем. Они выкладывали на стол свои самые ценные сокровища и тайные техники, но так и не смогли прийти к согласию — никто не хотел уступать. В итоге было решено, что её будут обучать все старейшины сообща.

Именно поэтому она, Святая Дева Долины Утренней Зари, технически до сих пор не имела одного-единственного истинного наставника. И она не подвела своих учителей: к двадцати с небольшим годам она уже достигла Царства Лунной Ци. Без преувеличения можно было сказать, что она — будущее Святых Земель Долины Утренней Зари. И вот сегодня, здесь, Чжун Цин заявил ей в лицо, что она даже не достойна стать его ученицей.

Но чем сильнее был отказ, тем меньше ей хотелось отступать. Она интуитивно чувствовала: встреча с Чжун Цином могла стать для неё либо катастрофой, либо величайшим шансом в жизни. Су Вэньцзю решилась раскрыть свой самый сокровенный секрет. Эту тайну знали лишь несколько человек в Долине Утренней Зари. Если бы об этом узнали во внешнем мире до того, как она обрела достаточную силу, и её саму, и её секту стёрли бы с лица земли.

Она верила, что, услышав это, Чжун Цин передумает.

— Старший, на самом деле... помимо моего природного таланта, в моём теле сокрыта тайна, о которой никто не знает... — Су Вэньцзю глубоко вздохнула, собираясь с духом, но не успела она произнести ни слова, как Чжун Цин заговорил первым. Голос его был будничным и безразличным:

— Я знаю. В твоих жилах течёт капля крови древнего Божественного Феникса.

Су Вэньцзю замерла. Её глаза расширились, а губы невольно приоткрылись в немом изумлении. Она смотрела на Чжун Цина так, словно увидела привидение. Её величайшая гордость, её скрытый козырь, который, как она считала, невозможно обнаружить без специальных ритуалов... Он просто знал? И сказал об этом так легко, словно речь шла о погоде?

— Простите, госпожа, — продолжил Чжун Цин, — но даже наличие крови Божественного Феникса не делает вас подходящей кандидатурой. Прошу вас, покиньте Пик Муфу.

Он небрежно забросил только что пойманную рыбину в садок. Решив, что на сегодня улова для ужина вполне достаточно, Чжун Цин начал не спеша собирать снасти.

— Ученик, проводи гостью.

— Слушаюсь, учитель!

Глядя в спину уходящему Чжун Цину, Су Вэньцзю чувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. В её ушах набатом гремели его слова: «Даже крови Божественного Феникса недостаточно...»

Эта фраза вдребезги разбила последние остатки её гордости, оставив после себя лишь звенящую пустоту.

http://tl.rulate.ru/book/166312/10817581