Готовый перевод Ten-Thousandfold Return: When My Disciple Establishes the Foundation, I Ascend Directly to Immortality / Возврат х10 000: ученик делает шаг — я становлюсь Святым!: Глава 11. Сачок в Горьком Море... Он вообще человек?

Глава 11. Сачок в Горьком Море... Он вообще человек?

Мрачные воды бескрайнего черного моря, в которых она оказалась, не были порождением искусного морока. Су Вэньцзю осознала это с пугающей ясностью: это не иллюзия, не плод чьего-то воображения, а самое что ни на есть реальное пространство.

Всем известно, что любое иллюзорное царство имеет свои пределы. И хотя с ростом могущества мастера, создавшего формацию, эти границы стираются, становясь почти неощутимыми, иллюзия всё равно остается лишь тенью реальности. Она никогда не сможет сравниться с истинным миром в его глубине и сложности.

То, с чем столкнулась Су Вэньцзю, то, что она видела своими глазами и осязала каждой клеточкой кожи, было невозможно воссоздать с помощью одних лишь техник внушения.

При этой мысли дыхание женщины участилось, став прерывистым и тяжелым. На её лице, обычно холодном и спокойном, проступила тень глубокого отчаяния. Если это место реально, то шансы вырваться отсюда живой стремились к нулю.

«Но как?!» — кричал её разум. — «Как в такой крошечной, богом забытой секте, на безымянном пике, может существовать нечто столь запредельное?»

Она подняла голову. С тяжелых, свинцовых небес повалил густой снег. Крупные хлопья медленно опускались на черную гладь воды, и от этого зрелища сердце Су Вэньцзю сковал еще более лютый холод.

— Нет... я не могу здесь сгинуть, — прошептала она, стиснув зубы так, что челюсти свело судорогой. — Я обязана найти выход.

Собрав остатки сил, она устремилась к единственному ориентиру в этой бесконечной пустоте — одинокому Белому лотосу. В подобном месте потерять ориентир означало верную смерть; даже самый могущественный практик, лишившись точки опоры, мгновенно терял чувство направления, становясь вечным пленником безмолвных вод.

*

— Опять снег пошел?

Чжун Цин, лениво раскинувшийся в кресле-качалке во дворе своего дома, отложил книгу. Он медленно поднял взгляд на белые хлопья, танцующие в воздухе за порогом.

На самом деле Чжун Цин любил такую погоду. С древних времен люди говорили: «Снег на полях — хлеб в закромах». В такие моменты в его душе просыпались старые, почти забытые мечты о доблестных странствующих рыцарях, чей путь пролегает сквозь метель.

Он вспомнил свою прошлую жизнь. Деревня, дом бабушки... Сезон, когда иней на деревьях напоминал цветение груши. Маленький он тогда нашел пустой мешок из-под удобрений «Слидан», вырезал из него прямоугольный кусок белого пластика и накинул на плечи, словно благородный плащ. К поясу на красной бечевке он привязал бамбуковую палку, срезанную на заднем дворе.

Ветер выл, снег застилал глаза, а юный «рыцарь» выходил на тропу войны, не оставляя камня на камне от зарослей сорняков в радиусе трехсот метров.

Даже после перемещения в этот мир он долгое время лелеял мечты о пути бессмертного героя. Однако «собачья система», годами не дававшая ему ни капли культивации, изрядно обтесала его энтузиазм, лишив юношеского максимализма.

Даже теперь, когда активировались [Узы Посредственности], в нем было трудно пробудить тот прежний жар. В конце концов, зачем изнурять себя тренировками, если сила растет сама собой, пока ты просто валяешься в кресле? Если можно достичь вершин, не прикладывая усилий, то к чему вся эта суета?

«Торопиться некуда», — лениво размышлял он. — «Пусть я еще не всесилен, но с бонусами от учеников-неудачников мировое господство — лишь вопрос времени».

Конечно, стоило бы поискать второго такого же безнадежного ученика. С ним отдача культивации возрастет в десять тысяч раз, да еще и суммируется с первым. Но система молчала, не давая никаких подсказок, так что Чжун Цин решил плыть по течению.

От безделья у него уже начинало ныть всё тело. Поднявшись, он взял из угла самодельное бамбуковое удилище, накинул на плечи соломенный плащ, надел коническую шляпу-доули и вышел из дома. Его путь лежал к небольшому пруду на заднем склоне горы.

Этот пруд он тоже получил в качестве награды за ежедневную отметку. Чжун Цин прекрасно знал, что система не дарит безделушек, и хотя он так и не разобрался в истинном предназначении этого места, название Горькое Море внушало уважение. Впрочем, это не мешало ему использовать его для рыбалки. Все те годы, что он провел на горе без сил и возможности обходиться без пищи, этот пруд был для него верным источником пропитания.

Однако, едва подойдя к берегу, Чжун Цин замер в недоумении.

В его тихом пруду, словно ошпаренная, металась женщина неописуемой красоты. На её лице сменяли друг друга гримасы отчаяния, мучительного срыва и болезненной решимости, после чего она снова принималась хаотично барахтаться в воде.

Со стороны это выглядело до колик смешно.

Впрочем, Чжун Цин быстро успокоился — он и не такое видел. Горькое Море появилось здесь четыре года назад, и за это время в него не раз забредали незваные гости. То были обычные птицы и звери, то духовные существа с зачатками культивации. Стоило им попасть в радиус пруда, как они, если не тонули сразу, начинали вот так же бестолково метаться из стороны в сторону, не в силах выбраться на берег часами.

Поначалу Чжун Цин и сам гадал, в чем причина такого странного поведения. Сгорая от любопытства, он не раз заходил в воду сам, но с ним ничего подобного не происходило. Вода в Горьком Море едва доходила ему до груди. Нырнул, пару раз гребнул — и ты уже на другом берегу. Чжун Цин списал это на то, что он — законный владелец пруда, и на него его мистические свойства не действуют.

Сегодня в его «сети» впервые попался человек, да еще и женщина. Но опыт у Чжун Цина был богатый. Он заранее припас на берегу длинный сачок.

Сачок был вещью незаменимой: им удобно было вылавливать тушки утонувших зверей, чтобы не портили воду, или выуживать особенно аппетитных духовных птиц на ужин. Тех же, кто был еще жив и не вызывал аппетита, он просто вытаскивал и отпускал восвояси — уж больно раздражали их бессмысленные метания, мешающие спокойной рыбалке.

С этой женщиной он решил поступить так же. Чжун Цин прицелился и ловким, привычным движением накрыл её сачком.

*

В этот момент в глубинах Горького Моря Су Вэньцзю была на грани безумия.

Вся её мощь, вся культивация, которой она так гордилась, здесь оказались бесполезны. Пыталась ли она взлететь или обрушить на воды сокрушительные удары — всё было тщетно.

И вот, когда она уже готова была сдаться, небеса над её головой внезапно потемнели. Огромная, титаническая сеть, застилающая весь небосвод, опустилась прямо на неё.

Сердце Су Вэньцзю пропустило удар. В этом бескрайнем черном океане, где не было ничего, кроме воды и снега, откуда-то из-за пределов мира явилась Сеть!

Она инстинктивно попыталась уклониться, но быстро поняла, что бежать некуда. Сеть охватывала всё видимое пространство, не оставляя ни единого шанса на сопротивление. В следующее мгновение её просто зачерпнули.

Су Вэньцзю почувствовала колоссальную, необоримую силу. Её потащило куда-то вверх и в сторону. Казалось, её тело пронзает саму ткань пространства, пересекает звездные скопления и галактики. Голова закружилась, сознание помутилось, превратившись в чистый белый лист.

И в этой оглушительной пустоте внезапно раздался мягкий, спокойный голос:

— Госпожа?

Су Вэньцзю вздрогнула и распахнула глаза. Прямо перед ней стоял молодой человек в белых одеждах и конической шляпе-доули. Его лицо дышало спокойствием и благородством. В руках он держал обычную бамбуковую удочку, а на плечах его плаща уже успел скопиться свежий снег.

От неожиданности женщина испуганно отпрянула, едва не потеряв равновесие. Сделав пару шагов назад, она почувствовала, что её пятки коснулись кромки берега.

Обернувшись, она замерла. Перед ней был лишь небольшой пруд с черной водой, не более семи метров в длину. И в этот миг до неё дошло: она выбралась. Она покинула то бесконечное, жуткое пространство черного моря!

— Я... я вышла! Я жива! — воскликнула она, и слезы едва не брызнули из её глаз.

Дрожа от пережитого потрясения, она вновь перевела взгляд на юношу, стоявшего перед ней.

http://tl.rulate.ru/book/166312/10817574