Готовый перевод Master of Strange Dao / Мастер Странного Дао: Мастер Странного Дао. Глава 29

С того момента, как Ань Юэ обосновался в деревне, Цзыцин и Эрхань, словно по негласному уговору, прекратили свои ежедневные тренировки на заднем склоне горы. Ни один из них больше не заикался о практике кулачного боя, стараясь не привлекать лишнего внимания.

Ань Юэ же вел себя как праздный бездельник. То он часами сидел на вершине холма, лениво взирая на раскинувшуюся внизу деревню, то неспешно прогуливался между домами. С каждым днем радиус его «прогулок» понемногу расширялся. Однажды он даже случайно — или нет — забрел к самому входу в подземные норы.

Когда ему становилось совсем скучно, он заводил непринужденные беседы с местными жителями, как бы невзначай выпытывая у них разные мелочи.

Прошло три дня. Все казалось тихим и мирным, никаких происшествий не случилось.

На четвертый день, когда жители деревни готовились отправиться на работу после завтрака, Цзыцин, стоя за огромным дымящимся котлом и разливая похлебку, заметил нечто важное. Ань Юэ шел сквозь толпу и приветствовал каждого встречного, словно старого знакомого.

Деревня была невелика. Цзыцин никогда не пересчитывал жителей по головам, но, поскольку он каждый день готовил на всех еду, в его голове сложилась примерная картина. Чуть больше месяца назад в деревне оставалось около трехсот человек. Позже «стадо», приведенное пастухами, пополнило население еще на сотню с лишним душ.

Даже он, будучи главным поваром и ежедневно видя каждое лицо в очереди за едой, не мог похвастаться тем, что знает всех поименно. А этот Ань Юэ, пробыв здесь всего три дня, похоже, запомнил имена каждого встречного и даже умудрялся перекинуться парой фраз на темы, которые были интересны собеседнику.

Цзыцин не смел открыто пялиться на гостя. Разливая похлебку, он лишь краем глаза, едва заметным движением зрачков, следил за перемещениями мужчины. Любой мало-мальски сильный практик мгновенно почувствует на себе чужой пристальный взгляд.

Закончив с раздачей, Ань Юэ, подражая остальным, взял свою деревянную миску и присел на корточки в стороне, с аппетитом принимаясь за еду. Сегодня он даже сменил гардероб: его броская алая накидка исчезла, смененная строгим облегающим костюмом темно-зеленого, почти черного цвета. Никаких украшений, никакой роскоши. На первый взгляд он действительно начал сливаться с деревенским пейзажем.

Цзыцин в уме вел сухой подсчет.

За то время, пока люди стояли в очереди за едой, этот парень успел поприветствовать восемьдесят восемь человек. Из них лишь двадцать восемь были коренными жителями Цзиньлань. Остальные шестьдесят — те самые новички, прибывшие месяц назад.

С коренными жителями он обменивался парой дежурных фраз. С новичками же разговор затягивался. С одним из них он проговорил целых восемь предложений.

Старые и новые жители перемешивались в толпе, стоял обычный утренний гул, все спешили поесть перед сменой в руднике. Никто, кроме Цзыцина, который стоял лицом к толпе в роли «раздатчика», не обратил бы внимания на эту статистику.

Люди могут лгать, но цифры — никогда.

Если Ань Юэ делал это не намеренно, Цзыцин был готов собственноручно отрезать себе голову и использовать ее вместо мяча.

По словам Эрханя, Ань Юэ не впервые посещал деревню. Вероятность того, что он в одиночку замышляет что-то против всей деревни Цзиньлань, была крайне мала. А вот вероятность того, что его целью является Старый Козел, теперь выросла как минимум до пятидесяти процентов.

Сегодня он уже обработал шестьдесят новичков. И сейчас он присел именно там, где пролегал путь Цзыцина обратно к землянке.

Цзыцин знал: этот человек обязательно заговорит с ним.

Если разговор ограничится парой фраз — ничего страшного. Но если он затянется и тема коснется жизни за пределами деревни, то вероятность того, что гость ищет Старого Козла, подскочит до семидесяти процентов.

Когда последний житель получил свою порцию, а некоторые уже, подхватив инструменты, потянулись к шахтам, у Цзыцина наконец появилось время налить похлебку и себе. Подняв деревянную миску, он направился к своему жилищу, намеренно выбирая путь так, чтобы пройти за спиной Ань Юэ.

Однако тот, словно обладая глазами на затылке, обернулся заранее и непринужденно махнул рукой.

— Ю-сяогэ, вы потрудились на славу. Ваше мастерство поистине поразительно. С таким талантом вы могли бы открыть лучший ресторан в имперской столице Великой Цянь.

— Вы мне льстите, господин Ань. Так, баловство одно, — Цзыцин выдал улыбку, которую долго репетировал, вспоминая бесхитростное и добродушное лицо Эрханя. — Главное — ингредиенты здесь хорошие, с ними у любого получится не хуже.

В этой улыбке было семь частей простодушия, две части смущения и одна часть едва скрываемой гордости от похвалы. Цзыцин оценил свою актерскую игру на девять баллов из десяти.

Ответив, он не замедлил шага, ясно давая понять, что не намерен продолжать беседу. Но Ань Юэ, проигнорировав этот жест, легко подхватил разговор.

— Я слышал, Ю-сяогэ раньше работал шеф-поваром. Любопытно, где вы обучались? Я много странствовал по свету, но такие методы приготовления вижу впервые. А вкус... вкус просто божественный.

— Какой из меня шеф-повар? — Цзыцин усмехнулся, качая головой. — Так, нахватался вершков у деревенских умельцев, что готовят на свадьбах да поминках. Я тогда просто прихвастнул немного, неужто кто-то всерьез воспринял?

http://tl.rulate.ru/book/166211/10766084