Готовый перевод Master of Strange Dao / Мастер Странного Дао: Мастер Странного Дао. Глава 24

Ю Цзыцин решил отдать миску этому существу лишь потому, что разглядел в нем крохотный шанс на возвращение к подобию человечности. Он хотел дать ему эту мизерную возможность, этот «шанс судьбы», который был одной из немногих вещей, что юноша мог себе позволить даровать в этом суровом мире.

Когда он впервые услышал от Эрханя рассказы о «свирепом Голодном мертвеце», который ведет себя не так, как остальные, он сразу заподозрил, что речь идет именно об Эгуе.

Местные жители, измученные постоянной борьбой за выживание, редко видели разницу между Голодным мертвецом (Э'сигуй) и Голодным демоном (Эгуй). Для них и те, и другие были лишь порождениями кошмаров, терзаемыми вечным голодом.

Однако Ю Цзыцин знал ключевое отличие, и знал его гораздо лучше любого другого человека в этих краях. Голодный мертвец, как и говорил Личан, обречен на вечные муки: он чувствует невыносимый голод, но не может умереть от него и, что самое страшное, физически не способен проглотить ни крошки. Это существо, запертое в ловушке между жизнью и смертью, рано или поздно сходит с ума от боли и само ищет гибели. Убить такого обезумевшего мертвеца в глазах многих считалось актом милосердия.

Но Эгуй — это совсем иное. В начале своего пути они могут выглядеть одинаково, но у Голодного демона остается крошечная лазейка. При определенных, крайне редких обстоятельствах, он *может* принимать пищу. Просто эти «обстоятельства» наступают нечасто и требуют невероятных усилий или особого стечения обстоятельств.

То, что глуповатый демон не вернул миску, Ю Цзыцина не слишком заботило. Свое семя он посеял, а взойдет оно или нет — зависело уже не от него.

Дни потекли своим чередом, однообразные и тихие, но Ю Цзыцин наслаждался этим спокойствием. Ему было уютно в этой рутине. Не прошло и месяца, как регулярное питание и отдых принесли свои плоды: его ребра, которые раньше, казалось, вот-вот прорвут кожу, чтобы глотнуть воздуха, теперь скрылись под слоем здоровой плоти.

Теперь, свалив очередной гриб Цзиньлань, ему больше не нужно было, пересиливая стыд, звать на помощь дородных тетушек из кухни.

Кстати, эти женщины в последнее время стали подозрительно хитрыми. Каждый раз, когда они приходили «помочь» дотащить гриб, они умудрялись выудить у него новый рецепт. Сначала это были способы приготовления похлебок, а потом они и вовсе принялись выспрашивать секреты отжима масла.

«Если так пойдет и дальше, мне придется учиться добывать крахмал и делать лапшу из папоротника, чтобы удивить их чем-то новым...» — с иронией думал он.

Вытаскивать тяжелый ствол гриба из подземелья в одиночку по-прежнему было делом нелегким, но, не торопясь, Ю Цзыцин вполне справлялся сам.

На небольшом склоне неподалеку Личан с тихой улыбкой наблюдал за трудами юноши. Дождавшись, пока Ю Цзыцин скроется в дверях кухни, старик повернулся к стоящему рядом Эрханю.

— Что ты о нем думаешь?

— Готовит вкусно, — не задумываясь, выпалил Эрхань. Заметив, как лицо деда начало стремительно менять выражение, он поспешно добавил: — Братец Ю — хороший человек. Он не только готовит отменно, но и знает уйму всего. Добрый он. Вот только телом слабоват — даже один гриб Цзиньлань тащит с трудом.

— Хм, готовит он и впрямь чудесно. Никогда бы не подумал, что из этих грибов можно сотворить такое... Отправлять его на рудник было бы непростительной тратой таланта.

— Деда, да с его-то здоровьем он на руднике и дня не протянет! — тут же заволновался Эрхань.

Личан промолчал, лишь с доброй усмешкой глядя на простодушного внука. Отсмеявшись, он указал трубкой в сторону кухни:

— Твоя правда. Глупо было бы его там извести, рабочих рук нам и без него хватает. Но тело его и впрямь слишком хрупкое. Если у тебя выдастся свободная минутка, сходи к нему, поучи его нашей технике кулака. Пусть наберется сил, а то, не ровен час, встретит в лесу какую-нибудь тварь и даже крикнуть не успеет.

— Есть! У меня как раз сейчас свободная минутка! — просиял Эрхань и, радостно гогоча, припустил к кухне.

Личан долго смотрел ему вслед. Когда внук скрылся из виду, улыбка медленно сошла с лица старика. Он тяжело вздохнул, и в его глазах промелькнула тень глубокой, затаенной тревоги, которую он больше не мог скрывать.

* * *

Тем временем Эрхань ворвался в кухню и принялся корчить рожи Ю Цзыцину, который как раз заканчивал дела.

— Эрхань, ты что, так проголодался, что у тебя лицо судорогой свело?

— Вовсе нет! У меня к тебе дело государственной важности, — Эрхань вытянул шею, принюхиваясь к аромату жареного масла, и на мгновение забыл, зачем пришел. — Братец Ю, ты доделывай давай, я подожду.

— Ладно.

Закончив с обедом, Эрхань схватил Ю Цзыцина за рукав и потащил в сторону задней горы.

— Постой, Эрхань, ты хоть скажи, куда мы? Разве на заднюю гору ходить не запрещено? — спрашивал Ю Цзыцин, хотя ноги его сами несли вперед.

Он давно хотел исследовать те места, но сдерживал любопытство. Будучи чужаком, он старался не совать нос туда, куда не просят, чтобы не навлекать на себя лишних подозрений.

На задней горе виднелось множество могильных холмов. Воздух здесь был пропитан могильным холодом и какой-то липкой, зловещей тишиной. Именно здесь хоронили всех жителей деревни, и именно здесь те безумцы, что приходили за «белым мясом», раскапывали могилы.

http://tl.rulate.ru/book/166211/10766065