Готовый перевод Master of Strange Dao / Мастер Странного Дао: Мастер Странного Дао. Глава 11

В противном случае, если бы людей не прижали к самой грани безумия, если бы они не умирали от истощения, не было бы причин для появления целых толп с повадками каннибалов. И та женщина перед смертью не стала бы так решительно швырять своего ребенка в бездонную пропасть, спасая его от участи куда более страшной, чем смерть.

Цзыцин замедлил шаг, всматриваясь в туманную даль. В его сердце вновь окрепла решимость. Что бы ни ждало его впереди, он должен идти.

Он снова повторил про себя ту же истину: человек, по крайней мере, не должен умирать от голода.

Пусть его изрубят в капусту, пусть его заживо сожрут демоны — это всё равно лучше, чем медленно превращаться в ледяную корку в замерзшей пустоши или чувствовать, как желудок переваривает сам себя.

Он слишком сильно боялся холода. Он был до смерти напуган голодом.

Для начала нужно было закрепиться на руднике. Если Рудник Цзиньлань действительно так важен для неких могущественных господ, то рано или поздно сюда прибудут люди, несмотря на ледяные ветра.

Если взять за ориентир тех практиков темного пути, чьи тела были подобны камню, то их сил хватало лишь на то, чтобы промышлять работорговлей в этой глуши. Значит, в той Божественной Династии Великая Цянь, о которой так часто упоминал старик, найдутся люди куда более могущественные.

Учитывая перемены, охватившие тысячи ли пустошей, найдутся те, кто захочет воспользоваться хаосом и прибрать Рудник Цзиньлань к рукам. И придут они сюда не в одиночку.

Тогда-то и можно будет найти способ покинуть эти проклятые земли и отправиться на благодатный, теплый юг. Это был лучший план. В любом случае, с Цзыцина было довольно этой вечной зимы, грозящей смертью каждую секунду.

Таков был его план на ближайшее будущее. А насущный вопрос заключался в одном: как обосноваться на руднике прямо сейчас?

Пока Цзыцин предавался раздумьям, Старый Баран внезапно вцепился зубами в край его тяжелого плаща. Он бросил короткий взгляд на дорогу впереди и предостерегающе покачал головой.

— Господин старец, вы хотите сказать, что мне не стоит туда идти? — тихо спросил Цзыцин. — Или советуете проявить осторожность и сначала всё разведать?

Старый Баран на мгновение замер, а затем снова покачал головой.

Цзыцин понимал его опасения. «Не идти» — не вариант. Они уже здесь, и идти им больше некуда. «Разведать» — тоже сомнительная затея. Он всего лишь одинокий путник, слабый, как новорожденный котенок, едва живой от голода и холода.

Пытаться скрыть следы и прокрасться в неизвестность — затея, обреченная на провал. Если там есть живые люди, то попытка шпионажа будет расценена либо как враждебность, либо как проявление трусости.

Вспоминая участь той женщины-призрака, он понимал: показать слабость здесь — значит добровольно лечь под нож.

Взвесив все «за» и «против», Цзыцин решил войти открыто. В любой ситуации нужно делать вид, что у тебя есть на то веские основания и внутренняя сила.

Крепко держа Старого Барана за загривок и ведя за собой остатки стада, Цзыцин двинулся вперед.

Как только они миновали выход из ущелья, температура снова подскочила. Впереди послышались ритмичные звуки: *Динь! Дон! Динь!*

Словно пелена тумана внезапно разошлась, и в этом мертвом, застывшем мире внезапно проступили признаки жизни.

Земля здесь была суровой и бесплодной, лишь кое-где пробивались пучки сухой, пожелтевшей травы. На возвышенностях виднелись зияющие провалы входов в пещеры и норы, из которых то и дело выходили и заходили люди.

Чуть поодаль, на склонах холмов, были вырыты углубления, обложенные кусками дерна и глины — некое подобие примитивных землянок.

В воздухе поплыл запах гари от костров и — Цзыцин не мог в это поверить — манящий аромат горячей пищи. Он увидел людей, несущих на плечах кирки из бараньих рогов, направляющихся вглубь поселения. До его слуха долетали выкрики на самых разных диалектах.

Цзыцин замер, пораженный. Честно говоря, он ожидал увидеть что угодно, но только не такую картину.

Всё выглядело настолько мирно и обыденно, что казалось сном.

Не прошло и нескольких вдохов, как его заметили.

— Новички пожаловали-и-и!.. — раздался протяжный, зычный крик, мгновенно перекрывший все остальные звуки.

Люди, собиравшиеся на работу, разом обернулись. Они прибавили шагу и с радостными возгласами бросились навстречу Цзыцину.

На их лицах застыло выражение, с которым старый деревенский пахарь встречает любимого внука, не возвращавшегося домой много лет. Восторг был настолько искренним, что они, не успев даже осмыслить происходящее, уже бежали со всех ног, словно боялись, что драгоценный гость исчезнет, если они замешкаются хоть на миг.

Цзыцин не чувствовал от них прямой злобы, но в душе нарастало гнетущее чувство нереальности происходящего.

Он опустил взгляд на Старого Барана.

— Господин старец, я ведь сейчас не в иллюзии, верно?

Старый Баран покачал головой, а затем, словно для убедительности, с силой наступил передним копытом Цзыцину на ногу.

Цзыцин осторожно выудил из-за пазухи поваренную книгу и бросил на нее взгляд. Убедившись, что буквы всё еще складываются в знакомые слова (говорят, во сне невозможно читать), он немного успокоился. Резкая боль в пальцах ног тоже подтверждала — это реальность.

В этот момент стадо баранов, следовавшее за ним, почуяло запах сухой травы и с блеянием бросилось вперед, толкаясь и мешая друг другу.

http://tl.rulate.ru/book/166211/10766014