Готовый перевод I Became Sukuna's Finger / Я стал Пальцем Сукуны: Глава 8

Глава 8

— Немедленный отказ? — Хана моргнула. — Эх, забудь. В любом случае это не повлияет на повседневную жизнь.

— Не повлияет? — Мико переспросила машинально.

Хана беспечно плюхнулась на стул, будто речь о потерянной резинке для волос.

И в этот момент Мико увидела, как из отверстия парты Ханы вылезают руки.

Сначала одна — тонкая, с длинными пальцами. Потом вторая. Потом ещё. Слишком много. Они вылезали, как корни, и сразу тянулись к живому.

— Это плохо… — выдохнула Мико так тихо, что сама едва услышала.

Она снова начала дрожать. Сколько ни смотри — привыкнуть нельзя. Невозможно привыкнуть к тому, как чужая мерзость нарушает границы “нормального”.

Руки спиралью обвились вокруг тела Ханы, цепляясь крепко, уверенно, как будто давно знали, куда хватать. Несколько легли на самые критические места — и от этой картинкой Мико стало одновременно страшно и мерзко, до тошноты.

— Хана… — сорвалось у неё.

Мико схватила палец на груди, прикинула расстояние и мгновенно выбрала самый безопасный “человеческий” предлог. Она сделала вид, что у неё кружится голова, и потянулась к Хане, будто ищет опору.

Одновременно она провела пальцем сквозь то место, где были руки.

Палец прошёл насквозь. Как через воздух.

— Тц, — холодно рассмеялся Акуто. — Со мной один и тот же трюк не сработает, малявка.

Её надежда лопнула, как мыльный пузырь.

— Э? — Хана встревоженно поднялась. — Мико, что случилось?

— У меня… у меня немного кружится голова, — выдавила Мико, изображая слабость. — Проводишь меня в медпункт?

И — как будто в ответ на её слова — руки резко отлипли от Ханы и втянулись обратно в парту. Будто дух не хотел привлекать внимание движением.

В любом случае… просто уйдём отсюда, — приказала себе Мико.

Она потянула Хану за собой и вывела из класса. Они почти бежали по коридору: шаги отдавались в линолеуме, двери хлопали, чужие голоса расплывались фоном.

Прошло немного времени, и Хана вдруг споткнулась и остановилась.

— Мико, ты точно в порядке? Я могу помочь… доведу тебя до медпункта.

У Мико шея словно окаменела.

Она с трудом повернула голову, и в этот момент её лицо едва не “сломалось”: зрачки сузились, уголки глаз дёргались, как у человека, который держит крик зубами.

— Нет… не нужно, — сказала она, слишком ровно.

Потому что за их спинами было “оно”.

Тень, которую никто не замечает. Вязкое присутствие, которое следует, не торопясь. Как мысль, от которой не избавиться.

Оно всё ещё преследует нас… мне конец. Конец, конец… что делать? Кто-нибудь… пусть кто-нибудь спасёт нас…

— Э? — Хана радостно открыла дверь медпункта. — Здесь никого нет!

И правда: медсестры не было, кабинет стоял пустой. Белые шкафы, кушетка, запах антисептика и слабый холод от окна.

У двери Мико спрятала руку в рукав и прикрыла ею рот, чтобы скрыть выражение лица. Это была идеальная поза для “мне плохо”, но Акуто, как ни странно, отметил другое: в этом жесте у малявки был какой-то тонкий шарм.

Он игриво “посмотрел” на неё изнутри.

— Ну и… что ты теперь будешь делать?

Он ждал. Ждал, когда Мико достигнет предела. Когда её “не реагируй” наконец сломается.

=

Хана была полной противоположностью Мико. Толстокожая, громкая, солнечная. Даже в пустом медпункте она умудрялась вести себя так, будто это игровая комната.

Она нашла стетоскоп и тут же начала играться: приложила к своей груди, прислушалась, нахмурилась и вздохнула.

— Ничего не слышу… — сказала она разочарованно. — Слишком много жира мешает?

Мико дёрнуло внутри, но лицо осталось неподвижным.

Хана заметила плоскую грудь Мико — и просияла так, будто нашла научное решение.

— Я знаю! Дай послушать твоё сердце. У тебя должно быть кристально чисто!

— Нарываешься на драку? — тихо спросила Мико.

За утро она уже получила два критических удара по самолюбию. Её самообладание держалось на одном честном слове.

Но рядом на полке стояла бутылка спирта для дезинфекции, и Мико внезапно решила: если спирт “очищает” бактерии, может, хотя бы отпугнёт то, что липнет к Хане. План был слабый, но лучше слабый план, чем ждать, пока руки из парты снова поползут.

— Хана, стетоскоп в микробах, — сказала Мико. — Давай стерилизуем.

— А? Ладно! — Хана послушно протянула руку.

И ровно в этот момент Мико схватила спирт и яростно распылила его на грудь Ханы.

— Мико! — взвыла Хана. — Ты куда целишься?! Угх… холодно же!

В глазах Мико она поливала не Хану. Она поливала руку духа — ту самую, что висела на “критическом месте”, как насмешка.

Ничего не произошло.

— Совершенно бесполезно, — тихо признала Мико, и это прозвучало как приговор самой себе.

— Тц… — Акуто говорил неторопливо, почти лениво. — Духов спиртом не убивают.

Он добавил с той раздражающей уверенностью, которую имеют только те, кто уже знает ответ.

— Ни один из твоих “методов” не причинит им вреда. Они лишь приблизят твою смерть.

Мико проигнорировала его и обречённо извинилась перед Ханой:

— Прости.

— Да ладно! — Хана махнула рукой и тут же снова подняла стетоскоп, будто ничего не случилось. — Неважно. Теперь дай мне послушать твоё сердце!

Их возня обеспечила Акуто “отличный вид” на весь этот цирк — и как раз тогда дверь медпункта открылась, и вошла медсестра Кидо.

Женщина с усталым, уверенным лицом, в форме, которая сидела на ней так, что её невозможно было не заметить.

— Развлекаемся? — спросила Кидо, окинув их взглядом.

Мико и Хана замерли и одновременно выдавили неловкие улыбки.

— Учитель Кидо… — пискнула Хана.

Кидо вздохнула так, как вздыхают люди, которые каждый день видят подростковое безумие и уже не имеют сил удивляться.

— Уроки уже начались.

Мико, глядя на Кидо, почему-то вдруг вспомнила вкусы мистера Пальца. “Песочные часы”, “полная спереди и сзади”… да, Кидо подходила под все критерии, которые он с мерзкой гордостью перечислял.

Она не успела додумать мысль, как дух — тот самый, липнущий к Хане — вдруг бросился на Кидо.

Он обвился вокруг неё быстро, по-хозяйски, как паразит, который нашёл более тёплого носителя. И Мико увидела это так ясно, что у неё дёрнулся глаз.

Она открыла рот… и не смогла выдавить ни слова.

Из груди Мико прозвучал ледяной голос Акуто — такой, что воздух в кабинете будто стал холоднее.

— Слушай сюда, грязный мусор. Сдохни.

— Нет! — выкрикнула Мико.

Она видела “разрез” Акуто — атаку, которая превращала духа в фарш. Если Кидо пострадает… Мико не смела представить.

И в следующую секунду —

Бам!

С причудливым звуком дух, обвивший Кидо, взорвался прямо в воздухе. Его разорвало на лоскуты, которые взвизгнули и тут же истаяли чёрным дымом.

Кидо не пострадала ни капли. Даже не вздрогнула — потому что, конечно, не заметила ничего.

Пострадала только Мико: она стояла столбом, с лицом человека, который только что увидел катастрофу, а вокруг все продолжают обсуждать погоду.

— А? — Хана наклонилась к ней. — Мико, что случилось?

Кидо и Хана странно посмотрели на неё.

У Мико дёрнулся глаз сильнее.

— Н-ничего, — выдавила она. — Пойдём на урок.

По дороге обратно в класс Мико чувствовала бурю эмоций.

Она заметила очевидное: мистер Палец помог Кидо мгновенно и без условий. А с ней торговался, шантажировал, давил, выкручивал руки.

И почему-то эта мысль бесила её сильнее, чем страх.

Ни за что не признаю, что проиграла из-за своей фигуры, — упрямо подумала она, и это было настолько по-подростковому, что ей самой стало стыдно.

Она машинально взглянула на свою грудь и тяжело вздохнула.

После уроков, в

15

:

30

15:30, Мико и Хана собрались и влились в поток школьников, вытекающий из здания на улицу.

Акуто “сканировал” толпу, явно кого-то выискивая, как хищник, который ищет знакомый запах.

— А?

Он издал озадаченный звук, и Мико тоже подняла взгляд.

— Китагава… Марин?

Вдалеке шла яркая девушка, будто из другого жанра: солнечная, модная, окружённая подругами с крашеными волосами и маникюром. Смех, фотки, разговоры — чистый ромком.

http://tl.rulate.ru/book/161414/11611965