Готовый перевод The Runaway Countess Has Returned / Беглая графиня вернулась: Глава 23

Данаэ сидела в роскошной гостиной и осторожно откусила кусочек клубничного крепа.

Сладкий крем таял у неё во рту.

«Дочери бы тоже полюбили…»

Ей так и хотелось унести всё это домой.

Но тут же она смутилась от собственной мысли.

«Как мне не стыдно! Что я за эгоистка, Данаэ Обелия?»

— Как вам угощение?

Юлиан читал письмо Ребекки, но при этом то и дело бросал взгляд на Данаэ.

— А? Да, всё очень вкусно. Такое внимание — я даже не знаю, куда деваться.

— Что вы говорите! Вы — мать Ребекки, а значит, и моя мать. Говорите со мной проще.

— Но как я могу… обращаться с вами так запросто?

— Просто мне так удобнее.

— Ну… хорошо.

Юлиан удовлетворённо улыбнулся и снова углубился в письмо, внимательно изучая каждую строчку.

Данаэ заворожённо смотрела на него.

«Красив, конечно. Не уступает моей Ребекке. Но внешность — не главное. Вон Цеппелин — и что? Не допущу, чтобы история повторилась».

Она взяла себя в руки и теперь с лёгкой настороженностью следила за каждым его жестом.

Если почувствует хоть намёк на фальшь — сразу скажет Ребекке: «Передумай».

«Прикидываться влюблёнными?..»

В письме Ребекки в основном шла речь о будущем бизнесе.

Но в конце было и личное: «Мама волнуется. Пожалуйста, сделайте вид, что женитесь по любви».

Юлиан был в затруднении.

Остальные просьбы Ребекки были простыми.

Услышав, что ей нужна теплица с лабораторией в Монферре, он сразу отдал распоряжение о строительстве.

Торговая компания — создана. Управляющий — нанят.

Всё, что он просил — исполнялось. В тратах денег он был настоящим мастером.

Даже визит матери Ребекки не вызвал проблем.

Он знал правила этикета назубок.

Просто обычно считал их излишними.

Но Данаэ была другим делом. Её нужно было принимать с особым почтением.

Это было несложно.

Но «прикидываться влюблённым»?

Юлиан никогда в жизни не был влюблён. Даже в юношескую влюблённость.

Родители постоянно ссорились — он и не знал, что такое супружеская любовь.

Единственное, что он знал о мужчинах и женщинах, — это страстные ночи в постели.

Поэтому просьба Ребекки «притвориться влюблённым мужчиной» казалась ему сложнее любой другой.

Но признаться, что не может, — значило ударить по собственному самолюбию.

Просить помощи у Кроа — значит, стать объектом насмешек на всю жизнь.

«Лучше вообще не заводить эту тему».

Он решил говорить только о бизнесе — и ни слова о «любви».

— Я понял суть дела. Вы собираетесь взяться за новый бизнес?

— А? Да, Ребекка попросила. Не уверена, справлюсь ли…

— Уверен, вы отлично справитесь. Вы же вели дом Обелия все эти годы.

— Спасибо, что так говорите.

Данаэ слегка покраснела.

Юлиан вспомнил разговор с Ребеккой в приюте:

«Зачем тебе именно бизнес? Если долги — я заплачу».

«Долги — временное решение. Отец может снова обратиться к графу. Я передаю роль главы семьи маме. Для этого ей нужна финансовая независимость».

Данаэ одной держала семью на плаву. Без неё род Обелия давно бы обанкротился.

Ребекка высоко ценила её способности.

Данаэ была не просто хозяйкой — она умела видеть людей и управлять деньгами.

Прежде чем развестись с Цеппелином, Ребекка должна была устранить все его рычаги давления.

Главные — её родители и приют «Либерта».

Она решила начать с родителей.

Юлиан мягко улыбнулся:

— Расскажите подробнее о бизнесе. В письме сказано, что вы сами всё объясните.

— А, да. Это своего рода арендный салон.

Доброе лицо Данаэ мгновенно стало деловым и проницательным.

Юлиан невольно выпрямился.

— Арендный салон?

— Как вы знаете, все знатные дамы империи устраивают салоны у себя дома.

— Да, это ещё и центры политических группировок.

— Но это дорого. Нужно постоянно обновлять интерьеры. И нельзя говорить откровенно — слуги могут донести мужьям.

— Верно.

— Поэтому мы будем сдавать помещения в аренду. Целиком — комнаты или сады. Мы сами оформим их под вкус клиентки. Получится дешевле, чем делать самой. И только наши служащие будут присутствовать — никаких утечек.

— Но разве это не покажет, что дама неспособна устроить салон сама? Аристократы ненавидят готовые решения. Даже перо они заказывают индивидуально. Уверены, что они это примут?

— Примут.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что мне самой такого не хватало.

Данаэ откашлялась и продолжила:

— Не все аристократы богаты и свободны. А моду можно создать. Они же ненавидят отставать — стоит запустить тренд, и бизнес пойдёт. И для избранных — частные VIP-салоны. Достаточно?

Идею арендного салона подсказала Ребекка.

После побега из дома графа она работала в кондитерской «Ла Бонн» — которая как раз и была таким салоном.

Сейчас Ребекке больше всего нужны были сведения.

Информацию внутри особняка мог добыть Роберт.

Но для сбора данных о вассалах и рыцарях одного человека было мало.

Она вспомнила, как в «Ла Бонн» кухонная служанка слышала всё — хотя и не выходила из кухни.

Правда, тогда салон посещали в основном богатые горожане — информации о дворе было мало.

Но если салон будет под патронажем самого герцога Йоханнеса — всё изменится.

Его имя само по себе привлечёт внимание высшего света.

Проблема была в том, что Ребекка почти не бывала в обществе — плохо знала его законы.

Поэтому она позвала мать.

В молодости Данаэ была одной из самых влиятельных аристократок.

И обладала настоящим предпринимательским чутьём.

Идеальный выбор.

Едва Ребекка упомянула идею, Данаэ уже начала составлять бизнес-план.

Увидев её энтузиазм, Ребекка отправила мать к Юлиану.

«Она убедит его лучше меня», — подумала она.

И не ошиблась.

Юлиан, молча слушая Данаэ, невольно кивал.

Она была проницательнее и системнее любого бизнесмена, которого он знал.

Он восхищался прозорливостью Ребекки.

Действительно, Данаэ вполне могла быть главой целого рода.

Глядя на её блестящие глаза, Юлиан вдруг подумал:

«Ребекка очень похожа на неё».

И вспомнил свою мать.

А что, если бы главой рода Йоханнесов была она, а не отец?

Может, проклятие давно бы сняли.

Его мать, умная и решительная, узнала о проклятии вскоре после его рождения.

Она искала способ спасти сына.

Но отец, боясь скандала, запер её — не позволял ни с кем встречаться, ничего делать.

Поэтому, видя Ребекку — украшение в руках Цеппелина, — Юлиан всегда думал о матери.

Но теперь он понимал: Ребекка — не она.

Ребекка сама ломает стены.

— Пора идти, — Данаэ взглянула на часы и встала. Разговор затянулся.

Юлиан встал проводить её.

Перед выходом Данаэ спросила:

— Кстати, что вам в моей Ребекке понравилось?

Вот и настал момент.

Юлиан напряг глаза, чтобы не выдать замешательство. Данаэ было не обмануть.

Он перебрал в голове романтичные фразы — и решил быть честным.

Притворство было бы ещё подозрительнее.

Он тщательно подобрал слова:

— Она… впечатляющая.

— Впечатляющая?

— Да. У Ребекки самый впечатляющий взгляд из всех женщин, которых я видел.

Данаэ ожидала обычных комплиментов внешности — и удивилась.

Но, заглянув в его глаза, увидела искренность — и широко улыбнулась.

— Тогда до скорой встречи, сынок.

Юлиан провожал карету Данаэ до тех пор, пока та не скрылась из виду.

Как и при приезде, её посадили в маленькую белую карету с горничной.

— Это подарок, — горничная протянула корзину.

Внутри лежали все угощения, к которым Данаэ чаще всего прикасалась.

— В доме Йоханнесов испокон веков не отпускают гостей с пустыми руками.

Юлиан предусмотрел: если бы он вручил лично — Данаэ смутилась бы.

Данаэ тихо улыбнулась.

Впервые за долгое время она почувствовала: рядом с этим человеком её дочь может быть счастлива.

http://tl.rulate.ru/book/160458/10846647