Готовый перевод The Runaway Countess Has Returned / Беглая графиня вернулась: Глава 19

Роберт нервно откинул длинную чёлку.

Давно забытые воспоминания начали давить на него.

«Они добрались даже туда… до самого храма Кадира…»

До того как культ Дефрии стал государственной религией, в империи Ротандерс сосуществовало множество верований.

Среди них наиболее влиятельным был культ Кадира — бога мудрости.

Его учение легко укоренилось в обществе благодаря созвучию с консервативными традициями империи.

Священники и ревностные последователи Кадира клеймили на лбу символ мудрости — татуировку в виде глаза совы.

Носители этого знака везде вели себя безупречно.

Культ Кадира осуждал излишества и слепую удачу.

«Что посеешь — то и пожнёшь» — такова была его основная догма.

Со временем некоторые правила, изначально добровольные, стали превращаться в жёсткие предписания.

Были установлены строгие нормы: от одежды до разрешённых блюд по дням недели.

Верующие соревновались в соблюдении этих правил, а тех, кто нарушал их, изгоняли.

Именно в этот период недовольство культом Кадира стало расти.

Тогда вспыхнул мятеж.

После смены власти новая религия — культ Дефрии — была провозглашена государственной. Все остальные верования оказались под запретом.

Храмы Дефрии сияли золотом круглый год. Папа позволял себе роскошь, превосходившую императорскую.

Как подобает богине удачи, культ прославлял не упорный труд, а внезапную фортуна.

Ежемесячные пожертвования в храм определялись броском двух шестнадцатигранных кубиков.

Перед лицом случайной удачи аристократ и простолюдин были равны. Полная противоположность Кадиру.

Люди приветствовали новую религию. И началось религиозное преследование.

Оно странно фокусировалось исключительно на последователях Кадира.

Казалось, будто власть стремилась стереть любое упоминание о них.

Все храмы Кадира были разрушены — даже в самых глухих деревнях. На их месте возводили святилища Дефрии.

Папа объявил культ Кадира обманом, созданным мошенниками ради сбора денег через выдуманные строгие правила.

В главном храме Кадира горел «Огонь Мудрости» — пламя, которое невозможно было ни потушить, ни перенести.

Папа использовал это.

Перед толпой он «потушил» Огонь Мудрости. Некоторые старшие жрецы поняли: это был поддельный огонь.

Но они уже были в плену — доказать ничего не могли.

После этого настоящий Огонь Мудрости исчез бесследно.

Папа не остановился на этом. Он представил сфальсифицированные доказательства, что культ Кадира — обман.

Многие верующие, разочарованные, перешли в культ Дефрии.

Но нашлись и те, кто сохранил веру.

Однако им больше негде было найти приют. Преследования продолжались долгие годы.

Прошли десятилетия.

О других религиях забыли даже как о существовавших.

Лишь клеймо «мошеннического культа» осталось в летописях.

Знак совы, некогда символ мудрости, стал печатью несчастья.

Никто больше не верил в Кадира.

Выжившие последователи прятали татуировки: либо носили платки, либо отращивали длинную чёлку.

Большинство скиталось или селилось в уединённых горных деревнях.

Молодые, отвергавшие веру предков, выжигали или вырезали знак на лбу.

Роберт был одним из таких.

Его род поколениями служил жрецами в храме Кадира.

Несмотря на жестокие гонения, их род не прервался.

Из-за этого Роберт провёл детство в нищете и унижениях.

Он отвергал бога Кадира. Та «божественная сила» принесла ему лишь страдания.

Если бы бог был настоящим — его семья не жила бы так.

Но, несмотря на всё, он не мог полностью избавиться от догм, впитанных с молоком матери.

Он вырезал себе татуировку и сбежал из дома, но внутренние запреты продолжали мучить его.

Каждый раз, когда он невольно вёл себя как истинный последователь Кадира, ему хотелось убить себя.

Именно тогда он встретил Цеппелина.

После побега Роберт работал информатором.

Он расследовал серию исчезновений кукольников — и заметил, что все улики ведут к особняку Девоншир.

Попытавшись проникнуть туда, он был схвачен «гончими».

Цеппелин, вместо гнева, оценил его способности.

Он предложил Роберту сделку: жизнь в обмен на службу.

Отказаться было нельзя — Цеппелин уже держал в заложниках его семью.

Он спрятал их в неизвестном месте, но время от времени передавал Роберту отредактированные письма и фотографии — как «награду».

Даже отвергнув семью, Роберт не мог игнорировать кровную связь.

Он сдался.

С тех пор прошло много лет.

Роберт стал самым долгослужащим «охотником» в доме графа.

Потом появилась Алисия. Большинство «гончих» перевели к ней.

Цеппелин оставил за Ребеккой лишь самых опытных — включая Роберта.

После инцидента с лестницей и того осталось мало — теперь за Ребеккой следил только он.

На деле его задача заключалась скорее в наблюдении за Канной.

Молодой «собаке» нужен был наставник.

Но чем дольше Роберт наблюдал за Канной, тем яснее понимал: она не на стороне Цеппелина.

Он не знал почему, но чувствовал: её преданность принадлежит Ребекке.

Это подтвердилось, когда он увидел, как Канна выпрыгнула из окна второго этажа, прижав к себе Ребекку.

Ребекка была высокой для женщины — на голову выше Канны.

Но та легко приземлилась, неся её на руках.

Роберт невольно свистнул от восхищения.

«У графа действительно талант замечать людей».

Он последовал за ними.

Мысли о боге, семье и долге на миг исчезли.

Его интуиция подсказывала: Ребекка что-то задумала.

Но даже если он узнает — докладывать Цеппелину не собирался.

Он видел с самого начала, как тот женился на Ребекке.

Это была не любовь. Просто одержимость собственностью.

Поэтому Роберт всегда сочувствовал Ребекке. Иногда закрывал глаза на её «проступки».

Но дело было не только в жалости.

Ребекка, как никто другой, соответствовала идеалу Кадира:

— Не болтлива,

— Не расточительна,

— Скромна,

— И прекрасна до того, что даже ангелы позавидуют.

Если бы культ Кадира процветал, её провозгласили бы святой.

А потому, глядя, как Цеппелин издевается над ней, Роберт видел лишь святую, попавшую в лапы демона.

Он давно мечтал спасти её.

Не знал, движет ли им рыцарский долг или заповедь Кадира — «не оставляй в беде».

Но теперь он был уверен: обязан помешать ей совершить глупость.

— Прекрасная ночь, миледи.

Из-за дерева вышел Роберт.

Ребекка на миг удивилась — и прищурилась.

Внезапный порыв ветра взъерошил чёлку Роберта.

Она увидела большой шрам, пересекающий его лоб, и мягко улыбнулась.

Пока она лежала взаперти, она систематизировала воспоминания.

И вспомнила семью Роберта.

После его скромных похорон они пришли к воротам особняка.

«Как вы могли?! Он только что вернулся с острова! Умереть так внезапно… Да ещё и похороны без нас! Роберт с детства верхом! Проверьте ещё раз! Иначе мы лично пойдём к императору!»

Привратники быстро заткнули им рты и утащили прочь.

Ребекка не услышала больше ничего.

Но она хорошо запомнила их вид.

Они носили чёрные одежды с белыми воротниками и татуировку глаза совы на лбу.

В детстве отец возил её в деревню последователей Кадира.

Там ей рассказали об их вере и истории гонений.

Глядя на шрам Роберта, она вспомнила ту историю.

Цеппелин всегда использовал слабости людей. Знание, что семья Роберта — последователи Кадира, было для него ценной уязвимостью.

Уголки губ Ребекки изогнулись в лёгкой улыбке.

Роберт растерянно смотрел на неё. Её улыбка и аромат сирени кружили голову.

— Роберт Кроули. Подслушивали?

— Подслушивать? Просто гуляю. Такая лунная ночь…

— Какой же вы преданный слуга. Даже ночью не отдыхаете.

— Я просто прогуливаюсь. Это не работа — миг отдыха.

— Кроули. Я не глупа. Знаю, что все слуги следят за мной.

Роберт широко раскрыл глаза. В её голосе не было упрёка.

Он недоумённо наклонил голову.

Ситуация для Ребекки была явно щекотливой.

Если он доложит Цеппелину, Канну могут избить — или хуже.

Но Ребекка не умоляла его молчать. Она гордо подняла подбородок и посмотрела на него.

Хотя она сидела, а он стоял, Роберт почувствовал: она смотрит на него сверху вниз.

Увидев его смущение, Ребекка сказала:

— Не пугайтесь. Я не собираюсь вас винить. Вы просто выполняете приказ.

Роберт, ошеломлённый, пробормотал:

— Тогда…?

Ребекка подняла взгляд к яркой луне.

Её белоснежная шея сияла в ночи.

http://tl.rulate.ru/book/160458/10846643