Готовый перевод The Runaway Countess Has Returned / Беглая графиня вернулась: Глава 16

Ребекка аккуратно исправила договор и протянула его Юлиану.

Тот внимательно перечитал текст, удовлетворённо усмехнулся — и вдруг поднёс к бумаге зажигалку.

Пламя вспыхнуло. Ребекка широко раскрыла глаза.

— Это что за…

— Всё равно ни ты, ни я не предадим друг друга, так что лучше уничтожить доказательства. Я буду соблюдать этот договор ценой жизни. А если тебе дорога твоя — не посмеешь меня обмануть.

Юлиан приподнял уголок губ. Сквозь падающий пепел его глаза вспыхнули золотом.

Он сложил руки в замок и игриво спросил:

— Ты предашь меня?

От этого выражения — то ли шутливого, то ли зловещего — у Ребекки мороз пробежал по коже. Она почувствовала, будто заключила сделку с самим дьяволом.

«Ну, попробуй предать — посмотрим, что будет», — читалось в его взгляде.

На миг ей стало завидно его уверенности.

Если бы она родилась не Ребеккой Обелией, а герцогом Йоханнесом — смогла бы ли она смотреть так же?

Она отогнала глупую мысль и ответила:

— Конечно нет. И я тоже буду соблюдать договор ценой жизни.

— Отлично. Значит, договор заключён. Теперь к делу: какой у тебя первый план? Разрушить дом Девоншир — задача не из лёгких. Цеппелин — не простак. После меня и герцога Латраниса он третий по влиянию человек в империи.

— Я знаю.

Уверенный ответ заставил Юлиана с интересом наклониться вперёд.

Ребекка улыбнулась, заметив его нетерпение.

— Знаете, на чём держится дом Девоншир?

— На чём?

— На людях.

— На людях?

— Да. В доме Девоншир четыре опоры. Первая — слуги, управляющие особняком. Вторая — вассалы, ведающие основными делами. Третья — доверенные лица, поставляющие информацию. Четвёртая — рыцарский орден, охраняющий род. Ключевых людей в этих структурах называют «гончими».

— «Гончие»…

— Они действуют не из преданности. Цеппелин держит в руках слабости каждого. Поэтому они повинуются ему исключительно из страха, ужаса и ради вознаграждения.

— То есть выполняют любую грязную работу.

— Именно. Неповиновение карается хуже смерти.

— Значит, ключ — в этих «гончих». Как ты собираешься с ними справиться? Раз прирученная собака редко предаёт хозяина.

Ребекка коротко рассмеялась.

— Вы упустили одну деталь.

— Какую?

— Я уже сказала: дом держится на людях. Эти «гончие» — не настоящие псы. Они такие же люди, как и мы.

Она немного помедлила, поглаживая чашку, и продолжила:

— Эта разница и станет вашим оружием. Цеппелин превратил людей в собак. А я сниму с них поводки и разрушу тюрьму их слабостей. Тогда они сами осознают, что они — люди, и начнут подтачивать основы дома Девоншир.

Юлиан молча смотрел на неё.

В её глазах светилась уверенность человека, который годами вынашивал этот план.

— Хорошо. Что мне делать?

— Для начала создадим небольшую торговую компанию. Чтобы понять, как устроены финансовые потоки Девонширов, лучше всего выйти на рынок. И, если можно, найдите толкового управляющего.

— Не проблема. Но ты сама с трудом выходишь из дома — как будешь управлять компанией?

— У меня есть план.

От её решительного тона Юлиан рассмеялся.

— Получается, я просто сижу и даю деньги? Отлично. Денег у меня — хоть залейся. Бери сколько нужно.

— Спасибо. Подробности пришлю позже письмом. И ещё…

— И?

— Раз уж тратите — тратьте побольше.

— А?

Ребекка игриво улыбнулась.

— Я хочу побыстрее выйти за вас замуж.

Существует растение с чёрными листьями, изогнутыми, как когти, — его называют «дьявольский коготь».

Его нельзя есть, а при малейшем контакте с кожей появляется сыпь. Сначала его игнорировали.

Но однажды выяснилось: из свежих листьев получается краситель необычайного фиолетового оттенка — такого раньше не видели.

Вскоре «дьявольский коготь» стал пользоваться спросом.

Аристократы в восторге окрестили новый цвет «дьявольской фиолетовой».

Из-за сложной технологии выращивания растение стало редкостью — и стоило теперь столько, сколько просили.

— То есть ты хочешь, чтобы я достал «дьявольский коготь»?

— Да. Но нужны именно свежие листья, не сушёные.

— Боюсь, это невозможно. Без собственного выращивания — никак.

— Достаточно будет теплицы и лаборатории. У меня есть человек, который сумеет вырастить это растение — стоит только найти семена.

— Хм… Не для платья же ты это затеваешь. Зачем оно тебе?

— Я знаю новое применение «дьявольского когтя».

В прошлой жизни это растение ценилось дороже бриллиантов. Один ботаник открыл его целебные свойства.

Если съесть свежий лист, у человека на месяц или три по всему телу вскакивали ужасные волдыри.

От них исходил зловонный запах, иногда поднималась высокая температура.

Но после того, как сыпь проходила, большинство хронических болезней исчезало.

«Дьявольский коготь» выводил токсины из организма — своего рода эликсир от всех недугов.

Ребекка сама пробовала это средство вместе с Цеппелином.

Он купил его за огромные деньги, услышав, что оно омолаживает кожу.

И действительно — через несколько месяцев после приёма Ребекка забеременела.

Она вспомнила, как Цеппелин с ужасом смотрел на её лицо, покрытое волдырями.

Сам он тоже был в ужасном состоянии, но всё равно отстранялся от неё с отвращением.

Позже он признавался, что видел её в кошмарах.

Тогда он не бросил её, зная, что красота вернётся.

Но сейчас всё иначе.

Эффект растения ещё не был известен.

Если Ребекка потеряет красоту — Цеппелин немедленно избавится от «бесполезного груза».

Выслушав объяснение, Юлиан нахмурился:

— Он разведётся только из-за того, что ты станешь уродиной? Но ведь он так тебя любит — неужели способен на такое?

— Знаете ли вы, что любовь и отвращение разделены тонкой гранью?

Это была горькая правда, которую она не хотела знать.

Она вспомнила момент, когда любимый муж в одно мгновение превратился в чудовище.

И его взгляд, полный ненависти, когда он пинал её ногами.

— Цеппелин любит меня лишь за одно — за эту красоту, похожую на его собственную. Я была куплена для дома Девоншир. Лишившись внешности, я потеряю для него всякую ценность. Стану лишь обузой.

Юлиан молчал, не зная, что сказать.

Чтобы разрядить напряжение, Ребекка улыбнулась:

— Не смотрите так. У каждого в жизни есть хотя бы один заноза, правда?

Она намекала: проклятие, тяготеющее над ним, — такая же заноза, как и её жалкая судьба.

Юлиан сразу понял смысл её слов.

Он перестал сравнивать, чья жизнь трагичнее, и почувствовал стыд за своё эгоистичное сочувствие.

Смущённый, он молча отпил глоток чая.

Ребекка сделала вид, что ничего не заметила, и весело добавила:

— Пока никто не знает о лечебных свойствах «дьявольского когтя». Инвестируйте. Это выгодно. И не спрашивайте, откуда я знаю — коммерческая тайна.

Она даже умеет шутить.

Юлиан прищурился. В его голове началась переоценка этой женщины.

«Хочу узнать её лучше».

Эта мысль вызвала у него улыбку, будто он нашёл новую игрушку.

Улыбка получилась настолько невинной, что Ребекка на миг потеряла дар речи.

Он то казался опасным мужчиной, то вдруг смотрел на мир глазами чистого юноши.

Юлиан протянул ей свою большую ладонь.

— Значит, теперь мы партнёры. Будем работать хорошо, Ребекка.

Ребекка смотрела на его руку.

Когда она в последний раз жала чью-то руку? Воспоминания не находилось.

Обычно ей целовали руку — знак подчинения. А здесь — равный жест партнёрства.

Это было странно и приятно.

Она тепло улыбнулась и пожала его ладонь.

— Положитесь на меня.

— Вернулась позже, чем обычно.

Ребекка, в хорошем настроении возвращавшаяся домой, увидела Цеппелина у входа и нахмурилась.

Он, как она и просила, подстригся коротко. Его резкие черты лица и сильный подбородок теперь были особенно заметны.

Слуги косились на его красоту.

Прежняя Ребекка, возможно, тоже залюбовалась бы. Но не нынешняя.

После встречи с Юлианом Цеппелин казался ей ребёнком, неуклюже изображающим мужчину.

Сегодня он даже показался ей меньше ростом.

— Ну как? Подстригся, как ты просила.

Это не был вопрос. Ответ всегда был один.

Ребекка смягчила выражение лица и улыбнулась:

— Зачем спрашивать? Вам очень идёт.

— Пока тебя не было, я много думал…

Цеппелин медленно приблизился и провёл пальцами по её волосам, спадавшим на плечи.

По спине Ребекки пробежал холодок.

— После того как я взял Алисию, я, кажется, стал пренебрегать тобой. Сегодня проведём время только вдвоём.

Он поднёс её прядь к губам и поцеловал.

Ребекка сразу поняла сигнал.

Сегодня ночью они должны будут лечь в одну постель.

Она знала: избежать этого невозможно. Но мысль о том, чтобы снова быть рядом с этим мерзавцем, вызывала тошноту.

А представить, что придётся заниматься с ним интимом…

Она вспомнила их прошлые ночи — и побледнела.

Ей захотелось отрезать ухо, до которого сейчас дотягивалось его дыхание.

Канна, наблюдавшая за этим, сжала челюсти.

— Поняла, Ребекка? Тогда снимай эти лохмотья и одевайся как следует.

http://tl.rulate.ru/book/160458/10846640