Готовый перевод Reborn as a beloved farmer's daughter: starting from an embryo / Переродилась в любимую фермерскую дочь: начиная с эмбриона: Глава 14. Вода в твоём доме вкуснее

Находясь в своей комнате, Лу Вэйши начала беспокоиться. Младшая дочь не возвращалась слишком долго.

Разумеется, она понимала, что малышка никуда не убежит со двора, но материнское сердце всё равно было не на месте, когда ребёнок пропадал из поля зрения. Отложив рукоделие, она поднялась и направилась к выходу, чтобы разыскать дочь.

Едва она приблизилась к дверям, как услышала звонкий голосок внучки, а следом — знакомый смех тётушки Линь, жены их соседа Ли.

На губах Лу Вэйши появилась тёплая улыбка. Эта женщина, несмотря на возраст, сохранила детскую непосредственность и обожала возиться с малышней.

— Невестка Линь, ты уже здесь? Почему же не заходишь? — громко произнесла Лу Вэйши, переступая порог. — Сяо Ци, разве ты не пригласила тётушку войти?

Она подошла к дочери и с нежностью погладила её по мягким волосам.

— Пригласила, конечно пригласила! — рассмеялась Линь-ши, глядя на хозяйку дома. — Просто эти двое такие забавные, что я не удержалась и решила их немного подразнить.

Болтая о пустяках, женщины вместе с детьми прошли вглубь двора.

Усадьба семьи Лу была по-настоящему огромной по меркам деревни. Сам жилой двор занимал почти полтора му земли, а вместе с прилегающими хозяйственными постройками и садом общая площадь доходила до пяти му.

Планировка была классической и продуманной. В главных покоях переднего и заднего дворов жили супруги Лу Чжуншоу и старик-отец. По бокам от главных покоев располагались «ушные комнаты» — небольшие пристройки. В задней части усадьбы находились кухня, задние комнаты и кладовые для утвари.

Восточные и западные флигели изначально были скромнее, но по мере того как сыновья взрослели и женились, пришлось достраивать новые комнаты. Если бы не изначальный размах при покупке земли, разместить такую большую семью было бы попросту негде.

Посреди двора возвышалась изящная беседка. Её построил Лу Чжуншоу уже позже, рассудив, что ему, как уважаемому учителю, полагается иметь место для возвышенного отдыха и размышлений. Впрочем, ирония судьбы заключалась в том, что чаще всего в этой «обители мудрости» отдыхали женщины семьи, обсуждая домашние дела.

В деревне Цинъюнь усадьба Лу считалась самой большой. Конечно, секрет был прост: были бы деньги, а землю купить недолго.

Женщины вошли в беседку и опустились на прохладные каменные табуреты.

— Цзинсю, — мягко обратилась Лу Вэйши к внучке, — сбегай к маме, попроси её принести чаю. Скажи, что пришла бабушка Линь.

Малышка Цзинсю энергично кивнула. Несмотря на короткие ножки, бегала она быстро — только пятки засверкали, и через мгновение она уже исчезла из виду.

— Шустрая какая, я даже глазом моргнуть не успела, — усмехнулась Линь-ши. — Ох, сестрица Лу, ты слишком церемонишься. Каждый раз, как я захожу, сразу чай подаёшь.

— Какая же это церемония? — с мягкой улыбкой возразила Лу Вэйши. — Всего лишь чашка чая, чтобы смочить горло.

Вскоре появилась жена Циншаня. Услышав просьбу дочери, она тут же заварила свежий чай и принесла его в беседку. Увидев, что свекровь и соседка увлечённо беседуют, она почтительно подошла к столу.

— Тётушка, пожалуйста, выпейте чаю, — она поставила чашку перед гостьей, затем подала вторую свекрови, а перед маленькой золовкой поставила чашку с тёплой сахарной водой.

Закончив с угощением, невестка посмотрела на Лу Ци и ласково предложила:

— Сяо Ци, не хочешь пойти ко мне в комнату поиграть с Цзинсю?

Лу Ци решительно покачала головой, обхватила обеими руками чашку и принялась делать маленькие глотки, всем своим видом показывая, что никуда не пойдёт.

«Играть с детьми? Слишком скучно», — подумала она. — «Уж лучше я посижу здесь и послушаю, о чём говорят взрослые. Вдруг узнаю что-то полезное?»

Видя, что золовка не хочет уходить, жена Циншаня повернулась к свекрови:

— Матушка, если я понадоблюсь, позовите. Мы с невестками будем на заднем дворе, нужно прополоть грядки с овощами.

Лу Вэйши благосклонно кивнула, отпуская её.

Глядя вслед уходящей молодой женщине, Линь-ши тяжело вздохнула, но в этом вздохе была лишь белая зависть.

— Знаешь, сестрица, во всей деревне я завидую только тебе. Муж тебя на руках носит, а дети и внуки такие почтительные, что любо-дорого смотреть.

— Брось, у тебя ведь то же самое, — не осталась в долгу Лу Вэйши. — Я слышала, на днях твой сын получил плату за работу и первым делом купил мяса, чтобы принести тебе. Разве это не сыновняя почтительность?

При упоминании сына лицо Линь-ши расплылось в довольной улыбке, которую она даже не пыталась скрыть. Однако уже через мгновение она посерьёзнела, оглядевшись по сторонам, и таинственно придвинулась ближе к собеседнице.

— Кстати, сестрица Лу... Ты слышала новости? Мой старик вернулся из города и сказал, что императорский двор, возможно, собирается повысить налоги.

Лу Вэйши замерла, её лицо напряглось.

— Невестка, а брат Ли не мог ослышаться?

— Я тоже ему так сказала! Но ты же знаешь, у нас маленькая чайная в городе. Денег она приносит немного, только на пропитание, зато новости там текут рекой. Он услышал это от ямыньских служащих, которые зашли выпить чаю. Боюсь, ошибки быть не может.

Глаза Лу Вэйши сузились. Если это болтали служащие из уездной управы, значит, дыма без огня не бывает. Дело принимало серьёзный оборот.

Линь-ши, видя, что подруга задумалась, продолжила говорить. Ей нужно было выговориться, а с кем ещё поделиться тревогами, как не с самой близкой соседкой?

— Эх, сестрица, ну что за жизнь у простого народа? — сокрушалась она. — Раньше были сплошные войны, люди скитались, голодали, мёрзли. Только-только победили, только начали жить спокойно, животы набили — и на тебе! Опять налоги повышают? Дают ли они нам вообще право на жизнь?

Лу Вэйши молча слушала жалобы соседки, не перебивая. Лишь когда та выговорилась, она спокойно произнесла:

— Невестка, не терзай себя понапрасну. Мы всего лишь женщины, что мы можем изменить? Если двор решит поднять налоги, разве мы сможем отказаться платить?.. Давай, выпей чаю, ты столько говорила, наверняка в горле пересохло.

Линь-ши и правда почувствовала жажду. Она послушно взяла чашку и сделала большой глоток.

Сяо Ци, смирно сидевшая на каменном табурете, внимательно слушала. Она ожидала услышать обычные деревенские сплетни — у кого курица пропала, кто с кем поругался, — а вместо этого узнала о грядущем повышении налогов.

В душе она нахмурилась. «Только бы это оказалось слухами», — подумала она. Жизнь простых людей и так не сахар. Ещё до её рождения была засуха, а теперь, если налоги действительно поднимут, многим придётся туго.

Хотя она пережила три года апокалипсиса в прошлой жизни, до этого она была обычной студенткой университета. Её мозг работал быстро. Новость о налогах вызвала у неё смутное, тревожное предчувствие. Казалось, императорский двор затевает что-то масштабное.

Тем временем Линь-ши, осушив чашку, почувствовала, как приятная прохлада разливается по телу, а першение в горле исчезает без следа. Она с удивлением посмотрела на пустую посуду.

— Сестрица Лу, я давно хотела спросить... Тебе не кажется, что вода в вашем колодце намного вкуснее, чем у других? Каждый раз, как я попью у вас, я чувствую себя так, словно сил прибавилось, и в теле такая лёгкость образуется.

Сяо Ци, услышав это, мысленно показала соседке большой палец.

«А у тётушки Линь отличный вкус!» — усмехнулась она про себя.

Разумеется, эта вода была вкуснее. Причина была проста: с тех пор как Сяо Ци научилась ходить, она регулярно, тайком от всех, подливала в домашний колодец воду из своего Пространства.

Эта вода была не просто сладковатой на вкус. Её главным свойством было укрепление организма и мягкое выведение токсинов.

С тех пор как семья начала пить эту «обогащённую» воду, здоровье всех домочадцев — от стариков до младенцев — заметно улучшилось. За последние два года в доме Лу никто даже не чихнул, не говоря уж о серьёзных болезнях.

— Правда? — Лу Вэйши удивилась. — Может, потому что я пью её каждый день, я и не замечаю разницы? По-моему, вода как вода. Наверное, тебе просто показалось, невестка.

Однако, произнося эти слова, Лу Вэйши вдруг вспомнила странности, происходившие во время её беременности. Таинственная вода, которая появлялась из ниоткуда... Она тоже была необычайно сладкой и вкусной. В её сердце закралось подозрение, но она, как всегда, оставила его при себе.

http://tl.rulate.ru/book/160209/10252073