Готовый перевод I Lost My Adventurer's License, but It's Fine Because I Have an Adorable Daughter Now / Мужчина, лишённый лицензии авантюриста, наслаждается спокойной жизнью, потому что у него есть прекрасная дочь: Глава 11. Дядька с девчушкой, примирение ч.1

Я бросился к дверям приюта Мэттрок и трижды постучал тяжелым дверным молотком в форме львиной головы.

―― Бум, бум, бум.

Из-за бури эмоций внутри меня этот звук отозвался в ушах грохотом шагов великана.

— Ха-а...

Я судорожно вздохнул, пытаясь смочить пересохшее горло. Пока я сверлил взглядом бронзового льва в ожидании ответа, дверь слегка приоткрылась.

Появившийся человек выглядел как обычный работник приюта.

— Да? Чем я могу вам помочь? — спросил он с дежурной улыбкой.

Его манера улыбаться подозрительно напоминала самого директора. Казалось, он старательно копировал его мимику: так же щурил уголки глаз, так же приподнимал краешки губ. Это выглядело немного комично, но в то же время располагало к себе.

Я объяснил, что пришел забрать Рави, так как передумал отдавать её в приют.

— Ха... вот как. Я уточню у директора, подождите, пожалуйста, здесь.

С этими словами он скрылся за дверью. Время ожидания тянулось невыносимо долго. Я беспокойно мерил шагами крыльцо, то и дело вздыхая, пока, наконец, дверь не открылась снова, и меня не впустили внутрь.

— Приветствую. Доброе утро.

Я поднял голову на голос, доносившийся с лестницы. Там, сияя неизменной улыбкой, стоял директор.

— Волновались и решили проведать? — спросил Мэттрок, спускаясь ко мне с протянутой для рукопожатия рукой. — Знаете, будет лучше, если вы не станете с ней встречаться. У неё здесь пока нет никого близкого, а дети, попадающие к нам в силу обстоятельств, поначалу всегда тоскуют по дому. Ваша встреча, вероятно, только усилит её чувство одиночества.

— Нет, вы не поняли. Я пришел, чтобы забрать Рави.

— Оя... Забрать, значит. Но разве она не пришла сюда по собственной воле? Она сама так сказала вчера.

— ...Да. Я знаю. Но это было недоразумение. Я забираю Рави домой. Позвольте мне увидеться с ней.

— ...

Директор Мэттрок пристально посмотрел на меня, его глаза превратились в узкие щелочки. Затем он кивнул, сохраняя все то же доброжелательное выражение лица.

— Понимаю. Дети сейчас должны играть в саду. Я провожу вас.

◇◇◇

Директор привел меня в сад. Рави не играла с другими детьми, а одиноко ковырялась в земле в дальнем углу.

— Рави!!

Я окликнул её, бросившись бежать навстречу. Увидев меня, она широко распахнула глаза.

— А... П-почему?..

— Я пришел забрать тебя. Идем домой.

— ...!

Я протянул руки к Рави.

Она рефлекторно дернулась, чтобы взять меня за руку, но тут же безвольно опустила свои.

— Рави?..

— ...

Она сжалась в комочек и замолчала. Пряди волос упали ей на щеки, скрывая лицо.

...Как я и думал, она действительно не хочет идти со мной.

Моя протянутая рука повисла в пустоте. Грудь пронзила острая боль.

— ...Я-я буду только мешать... если мы будем вместе...

Э?..

Я застыл в шоке, услышав это. Её плечи дрожали, губы были плотно сжаты. Казалось, из её больших глаз вот-вот брызнут слезы.

Почему она говорит, что будет мешать?..

И тут меня осенило. В памяти всплыли слова директора Мэттрока, сказанные перед кондитерской.

«Вам ведь тяжело заботиться о маленьком ребенке в одиночку, верно? Да и путешествия с детьми накладывают массу ограничений. Вы не можете оставить ребенка одного, не можете нормально выспаться, так как нужно постоянно быть начеку. К тому же, расходы на двоих куда выше, чем на одного странника».

Тогда я был слишком поглощен своими мыслями и совершенно не подумал о том, что чувствовала Рави, стоя у меня за спиной и слушая всё это. Зная её тихий и скрытный характер, я должен был догадаться.

Она поверила, что её присутствие доставляет мне одни проблемы...

Вот почему она так поникла, когда мы вернулись в гостиницу. Понять это только сейчас...

Я идиот. Какой же я непроходимый идиот.

Рави приняла всё на свой счет. Я должен был понять это, если бы хоть немного внимательнее относился к её чувствам.

...Постойте. Тогда в тот раз тоже...

Рави спросила, дорогое ли платье я купил.

Она вовсе не была разочарована тем, что оно дешевое.

Когда я сказал, что оно дешевое, она ответила: «Я рада». Теперь смысл этих слов стал мне предельно ясен.

Она чувствовала вину за то, что я трачусь на неё. Поэтому и спросила с такой тревогой. И обрадовалась, узнав, что оно недорогое. А я, дурак, оставил её одну в таком подавленном состоянии и ушел за подарком...

Меня поразила собственная глупость.

— Рави, прости меня! — Я низко склонил голову в извинении. — Я совсем не подумал о твоих чувствах. Из-за этого я умчался, не разобравшись... Прошу, прости меня.

— Рави, я так виноват перед тобой! — Я низко склонил голову, не смея смотреть ей в глаза. Мой голос дрожал от стыда за собственную недогадливость. — Я был так слеп, что совершенно не принял в расчет твои чувства. Я действовал как эгоист, и из-за этого сорвался с места, даже не подумав... Прошу, если сможешь, прости меня за эту глупость.

— ...?! Ах, нет, не извиняйся, пожалуйста...

Рави сделала неуверенный шаг ко мне, и я ощутил прикосновение её маленьких ладоней к своему предплечью. С замирающим от страха сердцем я поднял лицо и встретился взглядом с её влажными, блестящими глазами.

— Я никогда, слышишь, никогда не считал тебя обузой. Наоборот, я бесконечно благодарен судьбе за то, что ты путешествуешь со мной. Ты спасла меня от одиночества.

— ...П-правда?.. Я... правда не мешаю?..

— Да, чистая правда. Клянусь. Поэтому... не могла бы ты вернуться ко мне? Пожалуйста.

— ...!

Крупные слезы переполнили её глаза и покатились по щекам. Не в силах больше сдерживаться, Рави рванулась ко мне и буквально влетела в мои объятия.

Она отчаянно обхватила меня своими тонкими ручками, вцепившись в мою куртку на спине так крепко, словно боялась, что я исчезну, если она разожмет пальцы.

— На самом деле... я так не хотела уходить...

Рави...

Эмоции, переполнявшие мою грудь, подступили комком к горлу, и мне самому захотелось разрыдаться, как ребенку. Я крепко обнял её в ответ, вкладывая в этот жест все те чувства, которые невозможно выразить простыми словами.

— Послушай меня внимательно, Рави. Я никогда не доверю тебя человеку, в котором не уверен на все сто процентов. Я отдам тебя только тому, кто сможет гарантировать твою безопасность и абсолютное счастье. А если у меня возникнут хоть малейшие сомнения... запомни: я всегда приду и заберу тебя обратно. Где бы ты ни была.

— Угу...

Я больше не хочу видеть, как она проливает такие горькие слезы.

Никогда больше. Абсолютно точно.

— Ха-ха-ха. Восхитительно. Какая трогательная сцена, у меня самого глаза на мокром месте.

Я снова усадил Рави к себе на плечи — её привычное место — и повернулся к директору Мэттроку. Несмотря на то, что его слова прозвучали несколько бестактно, на лице его продолжала играть всё та же неизменная улыбка.

А ведь когда я увидел эту улыбку впервые, она показалась мне воплощением доброты...

Но теперь, глядя на него, я видел лишь жуткую, приклеенную маску, скрывающую нечто гнилое.

— Я лишь хотел протянуть руку помощи, видя, как вам тяжело... Но раз вы твердо решили заботиться о ней сами, я не стану вас удерживать. Позвольте, я провожу вас к выходу.

— Прежде чем мы уйдем, у меня есть к вам один вопрос, директор Мэттрок.

— Вопрос? И о чем же вы хотите спросить?

Я бросил быстрый взгляд на беззаботно играющих в саду детей, а затем продолжил, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно:

— Правда ли то, что я слышал: будто бы все воспитанники этого приюта в конечном итоге отправляются на Восточный континент?

— Да. Именно так, — кивнул он без тени сомнения. — Они начинают новую жизнь либо в промышленном городе Бурбон, либо в портовом городе Бастид.

— Но разве вы не беспокоитесь за детей, пересекающих океан и оказывающихся на другом континенте?

— Ну, разумеется, я переживаю, как любой отец. Именно поэтому время от времени, отправив детей, я лично езжу туда, чтобы проведать их. Впрочем, такие путешествия трудны и затратны, так что часто ездить не выходит. В последний раз я был там около года назад.

— И что, это действительно такое хорошее место?

— Безусловно! — с энтузиазмом воскликнул он, и его глаза мечтательно затуманились. — Там много людей, жизнь кипит, каждый день похож на шумный праздник. Дети, которые перебрались туда, выглядели абсолютно счастливыми.

— Вот как... Понятно...

К сожалению, мои худшие опасения подтвердились. Это самый страшный сценарий из всех возможных.

http://tl.rulate.ru/book/159398/9956407