Готовый перевод Returning on the Day of Discharge / Возвращение сильнейшего в день демобилизации: Глава 28: Неожиданный звонок

— Эта битва заставила нас осознать, насколько мы слабы.

Похоже, я подхватил болезнь под названием «я — ничтожество».

Такое случается нередко.

Когда человек живет, не зная страха, а потом один небольшой удар вдребезги разбивает его ментальное состояние.

— Слабы? Вы, элита подразделения специального назначения ВМС?

Ким Минчжун ответил со вздохом:

— Дело не в этом. Разница между Пробужденными и обычными людьми слишком велика. Боюсь, никакие тренировки не помогут её преодолеть. Только само Пробуждение.

Услышав это, я задумчиво потер подбородок.

В будущем действительно станет много обычных людей и Пробужденных низших рангов, которые будут рассуждать так же, как Ким Минчжун.

Из-за этого появятся даже препараты для принудительного Пробуждения ценой собственной жизни.

Они используют жизнь как топливо, чтобы на короткое время высвободить колоссальную силу.

Насколько я знаю, это начнется в Китае.

Какой бы ни была причина, этот препарат нельзя использовать ни в коем случае.

Глядя на лицо Ким Минчжуна, я видел его разочарование.

— Похоже, встреча с теми парнями стала для вас сильным ударом?

— ...

Глава группы Ким Минчжун не нашел, что ответить. Трое других бойцов выглядели так же.

— Именно поэтому я выдал вам Блэк Стинг и Блэк Китин. Чтобы вы могли противостоять Охотникам, если столкнетесь с ними как с врагами.

— Но...

— Вы пока не чувствуете эффекта. Честно говоря, на мой взгляд, там еще есть над чем поработать. Но даже при наличии технологий, мы не можем сделать оружие еще лучше прямо сейчас. Мы и так уже пользуемся нелегальным вооружением. Сейчас это еще можно как-то скрыть, но если у нас появятся более продвинутые мана-пушки, мы тут же станем Вилланами. Врагами общества.

При моих словах Ким Минчжун поднял голову и посмотрел на меня.

— А разве это не смешно? Кто-то пускает огонь из рук, кто-то — лед. Но им никто слова не говорит, потому что они закрывают Врата и убивают монстров. Наоборот, их просят использовать силы еще активнее. То же самое и с нами. Пока что мы будем тайно использовать это оружие только против врагов, угрожающих VIP-персонам. Но в будущем, с более совершенными мана-пушками, мы будем проводить зачистку врат и охоту на монстров.

Четверо бойцов посмотрели на меня с изумлением. В их глазах читалось сомнение: «Разве это возможно?»

— Скоро будет принят один законопроект.

— О каком законе речь?

— Не могу раскрывать детали, но как только его примут, владение мана-пушками будет официально разрешено. Тогда вы наденете Стинг и Китин, разработанные по новым технологиям. Моя цель — сделать так, чтобы одна группа Блэк Хорнет из четырех человек могла противостоять как минимум одному Охотнику А-ранга. Вот тогда вы и станете настоящими «Черными шершнями».

Ким Минчжун кивнул.

— И не смейте больше заикаться о том, что вы слабы или что вы не Пробужденные. Вы просто немного приуныли из-за того, что не смогли защитить VIP-персону. Но вы сильны. Понятно?

Пришел спросить о характеристиках оружия, а в итоге провел сеанс психотерапии.

— Так что до тех пор оттачивайте тактику, чтобы выжать максимум из нынешнего снаряжения. И впредь присматривайте за моей сестрой. За вашей Королевой. Ясно?

— Да, Генеральный директор!

— Будем работать! И всё, что я сказал — строжайшая тайна!

— Слушаемся!

*

Окраина Вончжу, провинция Канвондо. Стройплощадка заброшенного здания.

Место было пропитано следами жестокого избиения.

То тут, то там слышались стоны, кое-кто лежал без сознания. Всего на земле валялось человек тридцать.

Один мужчина разговаривал по телефону, наступив ногой на голову одного из поверженных. Слева и справа от него, заложив руки за спину, стояли двое в безупречных строгих костюмах.

Тот, что придавливал чужую голову, усилил нажим, сплюнул окурок и заговорил. Мужчина под его ногой издал болезненный стон.

— Кимура-сан. Я понял твою позицию. Но нам тоже нужно время подумать. Сейчас общественное мнение в нашей стране по поводу вашей родины, скажем так, не самое дружелюбное. Если я сейчас открыто встану на вашу сторону, мне тут же настанет конец.

Из трубки послышались возбужденные крики собеседника. Мужчина убрал ногу с головы избитого и сложил пальцы буквой V — стоящий слева тут же вложил ему новую сигарету.

Прикурив и выпустив длинную струю дыма, он продолжил:

— Знаю я, знаю, что Китай опаснее вас. Поэтому мы и сотрудничали всё это время. Но сейчас атмосфера неподходящая. Ты тоже должен войти в мое положение. Ладно, я попробую встретиться. Да, Кимура-сан. Bye bye.

Закончив разговор, мужчина небрежно бросил телефон за спину.

— Черт, звонят тут всякие под руку, когда я занят. С каких это пор мы стали такими друзьями, обезьяна недоделанная... Кстати, этот Чха Сухо, оказывается, знатно подрос. Японцы в панике. Хви! Что скажешь о Чха Сухо?

— Он силен, — ответил стоящий справа длинноволосый мужчина.

— Ого. Раз уж сам Хви так говорит... Соль! А если я выйду против него один на один?

— Сто поражений в ста боях, — без малейших раздумий ответила женщина с короткой стрижкой, стоявшая слева.

— Бля... Настолько? Ну а если мы втроем против него одного?

— Девять к одному?

— Вот! Значит, если мы объединимся, у нас есть шансы?

— Совсем нет. «Один» — это мы.

— А, черт, весь вкус сигареты испортила.

Выплюнув целую сигарету, мужчина начал яростно пинать того, на ком до этого стоял.

— Твою же мать! Откуда взялся этот ублюдок и почему он создает мне столько проблем?! Его даже побить, как раньше, нельзя! И что мне делать?! Фух... фух... Фух, ну хоть размялся немного.

Мужчина, получивший сильный удар по ребрам, выплюнул целую лужу крови.

— Фу, мерзость какая.

Заметив кровь на своих туфлях, избивавший вытер их об одежду поверженного и произнес:

— Охотник Пэк, ты что, совсем за собой перестал следить? Жирком оброс? Жизнь наладилась?

Пэк тяжело прохрипел:

— Простите... Директор.

— Я же тебе сто раз говорил: не делай того, за что придется просить прощения. Ну что это такое? Под таким красивым лунным светом я тут обливаюсь потом, а ты, Охотник Пэк, истекаешь кровью. Давай работать профессионально и красиво. Ох, всё лицо тебе испортил, красавчик Пэк. Придется в больнице зашивать.

Мужчина схватил Пэка за волосы и притянул к своему лицу. Всё лицо Пэка было в кровоподтеках и рваных ранах.

— Это в последний раз. Если еще раз такое повторится, я вашу банду Сангун и всех «тигрят» превращу в облезлых кошек. Ты меня понял? Просто знай, что наш Старик в ярости.

— Спасибо! Огромное спасибо!

Мужчина отпустил его волосы и бросил на землю конверт, вынутый из кармана.

— Здесь немного денег. Видишь, какой я заботливый? Обо всех пекусь. Не только же мне в достатке жить. Сходи в больницу, ребятам помоги. И сделай так, чтобы мне больше не пришлось спускаться в Вончжу. Иначе реально всех порешу.

Тот, кого называли директором Пэком, несмотря на окровавленное лицо, продолжал непрерывно кланяться:

— Да, Директор. Спасибо. Огромное спасибо.

— Я ушел.

— Счастливого пути!

Закончив свою тираду, мужчина зажал сигарету в зубах, сунул руки в карманы и зашагал прочь со стройки. Двое подчиненных последовали за ним.

— Значит, стопроцентное поражение...

Выйдя из здания, он на мгновение остановился, выпустил дым и посмотрел на луну.

Мужчина по имени Хви произнес:

— Директор. По крайней мере сейчас, лучше не делать его своим врагом.

— Головой я это и сам понимаю. Но сердце не на месте. Ладно, давай хоть глянем на него! Вряд ли он меня сразу убьет. Посмотрим, а там и решим, чью сторону занять.

— Если вы так решили, я всё подготовлю.

— А! Кстати, я ведь вспомнил, что он у меня в долгу!

Он указал рукой в сторону здания.

— Говорят же, что именно Чха Сухо подпортил наш арендный бизнес. Значит, точно надо встретиться.

Хви кивнул:

— Члены банды Чёрного Тигра, подчиняющейся гильдии Сангун, попались Чха Сухо, и теперь контракты аренды разрываются один за другим.

— Ха... И чего этот гад приперся громить чужой бизнес? В общем, договорись о встрече. Скажи, хочу лицо его увидеть. Мы ведь раньше были почти друзьями.

— Слушаюсь, Директор Ли Джонсу.

— Пошли. Раз уж поработали, надо бы и по стаканчику пропустить.

Мужчина зашагал вперед. Это был Ли Джонсу, первый в Южной Корее Охотник S-ранга.

*

— А как Эйрин?

— Ведется следствие. Хотя там и расследовать-то нечего — улики слишком очевидны.

Сестра, получившая ранение в живот, поправилась без осложнений, как я и говорил брату. Проснувшись и увидев, что на животе не осталось даже шрама, она была поражена.

Однако.

Внешние раны я мог исцелить, но рана в её душе была слишком глубока.

Шутка ли — близкая подруга, с которой они несколько лет делили и горе, и радость, вонзила ей нож в живот.

Хотя она уже могла ходить и её состояние позволяло выписаться, сестра весь день сидела на больничной койке и тоскливо смотрела в окно. Сердце сжималось при взгляде на неё.

Вдруг она посмотрела на кольцо, которое я ей дал.

— Сухо.

— А?

— Если бы не это, я бы и правда умерла?

— Нет, всё равно бы выжила. Тот парень из охраны, когда Эйрин ударила, подставил под нож свою руку.

— Боже! Правда? Как же он теперь?

Похоже, она и правда идет на поправку. Раз начала беспокоиться о других.

Я важно ткнул себя большим пальцем в грудь и на ломаном английском произнес свои инициалы:

— World best number one. C.S.H.

— Э? Это еще что?

— Лучший в мире Чха Сухо. О чем тебе беспокоиться, когда я рядом? Я его уже давно вылечил.

— Боже, что за самовлюбленный придурок.

Сестра меня обругала.

Для меня это была новость столь же радостная, как первый выход газов у пациента после операции на аппендицит.

— Ого! Сестренка ругается! Надо сказать врачу, что моя сестра начала сквернословить. Доктор! Мы выписываемся!

Когда я, дурачась, уже собрался открыть дверь и закричать, сестра подскочила и отвесила мне подзатыльник.

— Этот паршивец решил меня в могилу свести! Ты еще хуже, чем Эйрин! Подумай, что люди скажут, если узнают, что исполнительница баллад так выражается!

Хлысть! Хлысть!

Сила её ударов была почти на максимуме от обычной. Теперь за неё можно не переживать.

— Ребята из охраны сильно винят себя. Поговори с ними, поддержи их.

Потирая спину, я перешел на серьезный тон. Сестра кивнула.

— Да, обязательно. Этот глава группы, Ким Минчжун? Он просто невероятный. В такой патовой ситуации даже бровью не повел.

— А, Ким Минчжун? Он человек серьезный.

— Он держал пистолет... или как это называется? И вот так, и вот эдак двигался!

Сестра сложила руки, имитируя пистолет, и начала показывать, как зачищали здание. Пока мы оба смеялись, дурачась в палате, мне позвонили с незнакомого номера.

Мой личный номер, который знала лишь горстка людей. Кто бы это мог быть?

— Алло.

— Эй! Чха Сухо! Слышал, ты Пробудился и теперь крутой стал?

Что за...

Голос был мне незнаком.

— Ты кто? Раз звонишь, представься. Я сейчас на взводе. Жить надоело?

Когда я ответил ледяным тоном, сестра, которая только что дурачилась, уставилась на меня круглыми глазами.

— Тише, тише, напугал прямо. Ты что, мой голос забыл? Это я, хён Джонсу. Ли Джонсу из «Сансон»!

А, Ли Джонсу.

Ругательство вырвалось у меня само собой.

— А, бля, хён. Как жизнь?

— Что, пацан? — По голосу Ли Джонсу чувствовалось его замешательство.

Сестра, услышав мой мат, беззвучно одними губами спросила: «Что случилось?»

Давненько не виделись, Ли Джонсу.

Всё-таки нам суждено было встретиться.

http://tl.rulate.ru/book/159086/9808694