Готовый перевод Dual Cultivation Across Life and Death / Двойная Прокачка — Живой и Мёртвый Вместе!: Глава 38

Среди девственных лесов и гор, после бегства Цюй Даюя, Линь Чушэнь остался в полном одиночестве.

Он молча достал пилюлю восполнения ци и проглотил её, восстанавливая почти истощённый запас духовных сил. Хотя благодаря работе духовных меридианов ци восполнялась сама собой, происходило это медленно, и пилюля давала куда более быстрый эффект.

Линь Чушэнь начал вполголоса читать таинственное писание, совершенствуя себя. Одновременно с заживлением ран он шаг за шагом восстанавливал свою культивацию. Как у целостного существа, все его дух, сущность и энергия были взаимосвязаны, включая и уровень сил.

Его взгляд то и дело невольно устремлялся в ту сторону, куда сбежал Цюй Даюй. Линь Чушэню явно было досадно, что ему не удалось успешно «наставить на путь истинный» противника.

Внезапно в его голове раздался пронзительный, полный агонии крик, привлекший его внимание:

— Перестань читать! Хватит!.. — молил голос.

Линь Чушэнь сосредоточился и поспешил проверить, что происходит в его сознании.

Под воздействием таинственного писания запечатанный плоти Предка Трупов затрепетал. По мере того как Линь Чушэнь продолжал монотонно повторять слова сутры, кусок плоти начал содрогаться, источая болезненный вой.

Когда Линь Чушэнь снова открыл глаза, в них вспыхнул холодный блеск. Он увеличил напор, зачитывая писание быстрее и громче.

Этот звук был подобен тысячам острых игл, которые вонзались не только в саму плоть, но и в волю Иньмина, Предка Трупов, причиняя ему невыносимые страдания.

Под этой запредельной пыткой Предок Трупов то выл, то ревел от ярости, но в конце концов, не выдержав истязаний, начал молить о пощаде.

Однако Линь Чушэнь оставался непоколебим. Он продолжал читать писание даже после того, как его раны полностью затянулись, а культивация полностью восстановилась.

До тех пор, пока в какой-то момент голос Предка Трупов окончательно не исчез из его головы, и весь мир словно погрузился в тишину.

Линь Чушэнь сначала замер в изумлении, а затем вновь заглянул в свое сознание. Он обнаружил, что кусок плоти всё так же придавлен силой писания, но больше не издает ни звука. Присмотревшись внимательнее, он почувствовал, что плоть всё ещё жива — это означало, что Предок Трупов не погиб, а впал в состояние, похожее на глубокий сон.

Линь Чушэнь ощутил легкое разочарование. Он надеялся, что сможет полностью упокоить его с помощью писания и навсегда избавиться от этой скрытой угрозы в собственной голове. Но, похоже, простого чтения текста по памяти было недостаточно.

Впрочем, и так неплохо. Наконец-то прекратилось вечное бормотание Предка Трупов, которое порядком ему надоело. Линь Чушэнь не верил ни единому слову этого существа. История с Черной Черепахой до сих пор вызывала у него жгучую обиду. Подобные великие практики способны оставить тебе «сюрприз» в самый неожиданный момент, и защититься от этого крайне трудно.

— Наконец-то тишина... — выдохнул он.

Прошло несколько дней.

Линь Чушэнь мчался на мече и, наконец, достиг края Десятитысячелистной Пустоши. Впереди раскинулась бескрайняя равнина.

По пути ему не встретилось никаких происшествий. Казалось, под впечатлением от той сокрушительной битвы все свирепые демоны и звери Пустоши затаились, дрожа от страха.

Перед тем как окончательно покинуть пределы Пустоши, Линь Чушэнь замедлился и, стоя на мече-пилюле, оглянулся назад. Он больше не видел земель Иньмин и не видел того запустения, что оставила после себя битва, но на душе у него всё ещё было неспокойно.

Он провел в землях Иньмин год и десять месяцев и теперь наконец вырвался из этого моря страданий. Однако горечь тех дней навсегда осталась в его сердце.

Но Линь Чушэнь не чувствовал растерянности. Когда он вновь повернулся лицом к расстилающейся впереди равнине, его взгляд снова стал твердым.

Один человек, один меч, верхом на вольном ветре!

Земля всё так же указывала путь, а лазурные небеса взирали на него сверху!

Через несколько дней Линь Чушэнь оказался уже в нескольких тысячах ли от Пустоши. Когда-то, будучи обычным смертным, он потратил бы на такой путь месяцы, а то и целый год. Но теперь, встав на стезю бессмертия, ему хватило нескольких дней.

Смертный, идя по дороге, видит одну гору — словно смотрит на луну из глубокого колодца. Бессмертный, идя по дороге, видит тысячи гор — словно взирает на небо из открытого моря.

Разница между божественным и мирским определяет широту кругозора.

Раньше этот мир казался Линь Чушэню огромным. Став практиком, он понял, что мир на самом деле ещё больше.

Сегодня небо было мрачным и безлунным.

Тяжелые тучи висели совсем низко, напоминая гигантскую ладонь, перегородившую небосвод и накрывшую землю. Всполохи молний в облаках походили на линии на этой ладони, вызывая гнетущее чувство у любого, кто поднимал голову. Увидев такое, любой старик сказал бы, что приближается редкой силы ливень.

Линь Чушэнь нахмурился. Хотя он не боялся непогоды, он не спешил и решил переждать грозу на безлюдной дикой горе.

К тому же ему нужно было найти укромное место, чтобы переплавить кое-какие вещи.

Дождь словно выжидал момента: едва Линь Чушэнь ступил на гору, как хлынул сокрушительный ливень. Заметив неподалеку пещеру, Линь Чушэнь быстро направился к ней, но обнаружил, что у этого жилища уже есть хозяин.

В глубине пещеры притащилась горная кошка размером в половину человеческого роста. Её белоснежный мех был испачкан алыми пятнами — она была ранена.

Увидев незваного гостя, кошка от испуга забилась в угол, выгнула спину, ощетинилась и издала низкое предупреждающее рычание, обнажив клыки.

Линь Чушэнь посмотрел на неё и миролюбиво произнес:

— Попал под ливень, позволь переждать в твоей обители.

С этими словами он вошел внутрь.

Кошка еще сильнее вжалась в угол, её рычание стало громче, а взгляд — настороженнее. Она не первый раз видела людей, но раньше люди боялись её и старались обходить стороной. Ей самой не очень нравился вкус «двуногих зверей», поэтому она никогда за ними не охотилась.

Но этот «двуногий» совсем её не боялся. Кажется, кошка поняла, что с ним шутки плохи, поэтому лишь предупреждающе рычала, не решаясь напасть.

Линь Чушэнь больше не обращал на неё внимания. Как приличный гость, он скромно устроился в другом углу пещеры и сел, скрестив ноги.

Пещера была просторной, словно каменная зала, способная легко вместить больше десятка человек. Снаружи дождь усиливался, и вскоре мир за входом превратился в сплошную водяную завесу.

После этого Линь Чушэнь достал сумку-хранилище и начал её переплавлять под себя. Это была часть добычи, которую они когда-то подобрали вместе с Гу Цзюцю; сама сумка была высокоранговым магическим инструментом.

С его уровнем восьмой стадии Концентрации Духовных Оверстий переплавить вещь высокого ранга было непросто. Ему потребовались целые сутки, чтобы окончательно подчинить её себе.

Когда Линь Чушэнь увидел содержимое сумки, он невольно замер.

Там было шестьсот восемьдесят тысяч духовных камней! Огромная сумма, о которой он раньше и мечтать не смел.

Помимо этого, внутри обнаружились четыре магических инструмента высокого ранга и десятки — среднего. Инструментов низкого ранга было совсем немного. Также там было множество разнообразных пилюль и талисманов — такое изобилие, что глаза разбегались.

Сокровища практика стадии Возведения Гор действительно впечатляли.

Однако, глядя на всё это богатство, Линь Чушэнь не чувствовал радости или азарта. Лишь горький осадок в душе никак не исчезал.

Если бы она увидела столько камней, она бы наверняка сделала вид, что ей всё равно, но не смогла бы сдержать улыбку.

Хотя у этой девушки были острые зубки, Линь Чушэню казалось, что её улыбка была на удивление красивой.

Он сохранит это в памяти и... продолжит свой путь, становясь всё сильнее.

http://tl.rulate.ru/book/154819/9641282