Готовый перевод Fell into the hands of my childhood bamboo horse after being exiled / Попала в руки своему старому другу детства после ссылки: Глава 4

Все чиновники префектуры Шоучжоу собрались в одном месте. В таких случаях обычно просто знакомятся друг с другом, что можно назвать заведением связей, а можно и не так лестно...

Янь Хэн согнул палец и время от времени постукивал по столу. Он часто бывал в толпе и не считал себя человеком, связанным с высокомерием. Тем более, в данной ситуации ему не нужно было льстить. Что касается Цзи Юньчань, он уже забыл о ней. Если бы не сегодняшний случай, он бы вообще... Янь Хэн поднял бокал, его лицо не выражало печали, он сделал глоток. Вино было слишком слабым, безвкусным.

Завывание северного ветра доносилось сквозь разговоры в зале. Рука Янь Хэна, держащая бокал, едва заметно дрогнула. Когда он поднял глаза, красные сливы в голубой фарфоровой вазе на столе сразу же бросились ему в глаза. Самообман. Он не выдержал и поставил бокал, сделав жест.

Приблизился доверенный человек:

— Генерал.

Янь Хэн замер на мгновение, его взгляд скользнул по чиновникам, которые смеялись с префектом, и сдержанно сказал:

— Иди и выясни, как Цзи Юньчань оказалась здесь.

Подчиненный, следуя приказу, отступил. Янь Хэн потер пустой бокал и уже хотел налить вино, как кувшин подняли чьи-то руки. Это были женские руки, с тонкими пальцами, пропорциональными костями и мышцами, но на суставах и тыльной стороне ладоней были красные обморожения, которые разрушили первоначальную белизну на две-три части. Именно эти руки наполнили его бокал до краев. Янь Хэн не двигался, холодно глядя на руки.

— Нуби нальёт генералу вина, — тихо, дрожа, сказала Цзи Юньчань. [Нуби: самоуничижительное обращение служанки, "эта рабыня"]

Только тогда Янь Хэн взял бокал, но не пил, а поднес к губам, рассматривая её. В зале было ярче, чем во дворе. Цзи Юньчань, одетая в тонкую одежду служанки, стояла на коленях рядом с ним, опустив глаза. Её выражение лица было неразличимо, всё тело слегка дрожало. После мороза снаружи и в такой тонкой одежде дрожь была неизбежна, но как это выглядело в глазах Янь Хэна, было неизвестно. Она изо всех сил сжимала ладони, но не могла остановиться.

Янь Хэн постепенно нахмурился, его тонкие губы приоткрылись:

— Кто тебя позвал?

— Нуби... — Цзи Юньчань вся дрожала, её слова прерывались, но Янь Хэн, не имея терпения, перебил:

— Хватит.

Цзи Юньчань с недоумением подняла глаза, её ресницы, влажные от пара, стали блестящими, что вызывало непроизвольную жалость. Этот вид заставил Янь Хэна тут же усмехнуться.

— Не притворяйся жалкой передо мной, Цзи Юньчань, — сказал он, чувствуя раздражение.

Он снял плащ и бросил его на Цзи Юньчань, накрыв её с головы до ног.

— Я уже достаточно обманулся тобой.

Пока она приходила в себя, расправляя одежду, он выпил бокал до дна и встал, направляясь к выходу. Когда Янь Хэн поднялся, все чиновники за столом тоже встали, не понимая, что его расстроило.

Префект, увидев это, поспешил вперед, его взгляд скользнул по Цзи Юньчань, но слова были уклончивыми:

— Генерал, может, эта служанка плохо обслуживала? Ничего страшного.

Он любезно показал на управляющего позади себя:

— Иди лично обслужи генерала. [Гуаньши: управляющий]

Янь Хэн проигнорировал это, его взгляд был полон давления. Префект немного испугался, втянул шею и не осмелился продолжить. Только тогда Янь Хэн отвел взгляд, улыбнулся, как ни в чем не бывало, оглядел всех и сказал:

— Все, наслаждайтесь, у меня есть дела, прощайте.

После этого он вышел из зала под звуки проводов. Префект, вздохнув с облегчением, увидел, что Цзи Юньчань держит в руках черный плащ, и, не раздумывая, дал ей знак и приказал:

— Иди проводи генерала.

Цзи Юньчань была в смятении, она решила ни о чем не думать и покорно побежала за ним. Снаружи было все так же холодно, но плащ был толстым, и даже просто держа его, Цзи Юньчань согрелась и перестала дрожать. [Дачан: длинная меховая накидка, плащ]

— Генерал, — она робко позвала, но человек впереди не остановился. Он был высоким, шагал широко, и Цзи Юньчань едва успевала за ним. Они прошли через несколько дворов, вышли за пределы резиденции префекта, и он сел на лошадь.

Как раз когда Цзи Юньчань подумала, что больше не сможет догнать его, к Янь Хэну подошел человек, похожий на телохранителя. Цзи Юньчань узнала его. Это был Чан Суй, который с детства служил телохранителем Янь Хэна, полный странных идей, часто получавший выговоры от старого генерала Яня.

Чан Суй, увидев Цзи Юньчань, тоже был удивлен, но быстро восстановил выражение лица, поклонился Янь Хэну на лошади и что-то шепнул ему на ухо.

— Правда? — Янь Хэн почти сквозь зубы выдавил эти слова.

— Тысяча раз правда, — тихо сказал Чан Суй. — Я спросил ближайших соседей. После того, как семья Цзи была сослана сюда, здоровье мадам Цзи ухудшалось. Сегодня она выплюнула кровь. В доме холодно, как в леднике, везде сквозняки.

Он осторожно посмотрел на выражение лица своего хозяина.

— Может быть, мисс Цзи оказалась в безвыходной ситуации и...

Янь Хэн молчал, повернулся и посмотрел на Цзи Юньчань, которая тихо стояла недалеко позади. Он был против света, и она не могла разглядеть его выражение. Но он мог видеть всё в ней. Она стояла там, вся в снегу, и, увидев, что он обернулся, подняла глаза, её губы приоткрылись, как будто она хотела что-то сказать.

Янь Хэн не стал ждать, пока она заговорит, и безжалостно повернулся обратно. Он опустил глаза и тихо приказал Чан Сую пару слов. Затем он натянул поводья и сразу же собрался уходить.

— Янь Хэн! — позади него Цзи Юньчань поспешила. Дорога была скользкой, она споткнулась и чуть не упала. Янь Хэн резко схватил её за руку, подождал, пока она встанет, и быстро отпустил.

Не дожидаясь, пока Цзи Юньчань заговорит, он холодно, с каменным сердцем, сказал:

— Цзи Юньчань, не ходи за мной.

http://tl.rulate.ru/book/145721/7777337